Научи меня прощать

Глава 91.

В комнате воцарилась тишина. Лера вскочила с софы.

Было слышно только громкое тиканье большого зелёного механического будильника, стоявшего на письменном столе. 

Лера называла его «маминым будильником», аккуратно заводила металлическим ключом-колечком, торчащим со стороны задней хромированной стенки, поддевая его  ноготком большого пальца.

Будильник слегка «спешил», убегая за сутки минут на пять. Эти пять лишних минут по утрам были для Леры иногда настоящей радостью. Как и все типичные «совы», она с трудом вставала рано, а эти набежавшие пять минут  давали ей гарантированную возможность поваляться в постели ещё чуточку.

Поднявшись, она обычно переводила черные стрелки старого, но добротного пружинного механизма, сверяя время по своим точным наручным часам.

После неожиданного признания Дмитрия и резко наступившей тишины, тиканье старого будильника отдавалось в голове у Леры громким колоколом: «Тик-так… Тик-так!»

Она стояла ошарашенная, оглушенная этими словами. В первые мгновения, наверное, походила на мелкую рыбёшку, вытащенную из проруби на лёд во время зимней рыбалки. Открывала было рот, чтобы что-то сказать и снова закрывала, не находя нужных слов.

Так вот откуда это изобилие, которым её осыпал Дмитрий… Игрок!

Теперь ей всё понятно! И его продолжительные исчезновения тоже понятны.
Значит, он появлялся у неё только тогда, когда ему удавалось хорошо выиграть. Или отыграться. Кажется, это так называется…

А сейчас? Что же случилось сейчас?

- Что теперь будет? – наконец с трудом выговорила Лера, всё ещё надеясь, что это просто нехороший сон. Или Дмитрий решил так неудачно подшутить над ней. Но до первоапрельского дня смеха было слишком далеко. Да и сам мужчина выглядел не на шутку испуганным.

- Ну… Что будет… - Дмитрий метнул острый взгляд на стоявшую рядом женщину. – Если в ближайшее время я не найду где-нибудь крупную сумму денег, то скорее всего, меня просто зароют в ближайшей лесополосе.

Глаза Леры округлились от ужаса.

- Дима, ты сейчас серьёзно? Тебя, что, правда, могут убить? Из-за карточного долга?!

- Серьёзно. – Дмитрий тяжело вздохнул. – Я должен денег такому человеку, которому проще убить, чем трясти долги. 

- Подожди, а как же милиция? – Лера судорожно сжимала тонкие пальцы одной кисти руки другой, словно это физическое действие могло подсказать ей какое-то верное решение. – Я ведь сразу тебе сказала – нужно заявить в милицию!

Дмитрий обречённо покачал головой.

- Лера, я не думал, что ты настолько наивна. У этого человека давным-давно всё либо куплено, либо «прикормлено». Если я исчезну, никто и пальцем не шевельнёт, чтобы меня найти. Даже если кто-то напишет заявление, и при условии, что  его всё же примут – никто не станет меня искать. Дело просто переложат в стопку не раскрытых «висяков». На этом всё закончится. Наступило такое время… Жёсткое. С подобными людьми нельзя шутить.

Он помолчал.

- Результат таких «шуток» ясно написал на моей физиономии. Я не оправдываю себя, я виноват. Но это не освободит меня от долга.

Дмитрий криво усмехнулся.

- Подожди, а если занять у кого-нибудь нужную сумму? – Лера прижала пальцы к вискам.

Теперь с софы вскочил Дмитрий, швырнув на сбитую простынь грелку со льдом. Та булькнула и плюхнулась на постель со звуком огромной, шлепнувшейся откуда-то сверху, лягушки.

- Королева, ты смеёшься?! Кто мне даст, да ещё  просто так, столько денег? Сумма очень большая.

- Почему, просто так? – Лера осторожно на него посмотрела. – Под расписку. Это будет гарантией возврата долга.

Дмитрий не выдержал и рассмеялся.

- Нет, ты точно не от мира сего… У меня ничего нет! – он выкрикнул эту фразу уже истерически. – У меня нет квартиры, нет дачи, нет драгоценностей, нет машины. Ни-че-го нет!

Лера в изнеможении снова села на софу.

- Постой, а если обратиться к этому, твоему пожилому другу? Вячеславу Георгиевичу, так вроде бы? – она оживилась. – Он не производит впечатления бедного человека, как раз наоборот. Разве он не согласился бы тебе помочь?

- Кто? Георгий? – Дмитрий усмехнулся. – Лера, запомни, такие люди, как Георгий, деньгами так просто никогда не разбрасываются. Мне нечего ему предложить, кроме самого себя. А я сам ему не нужен. У него таких «друзей», как я – вагон и маленькая тележка.

Снова воцарилось молчание.

Лера сидела, Дмитрий стоял рядом, пугая её своим устрашающим видом и синяком, уже налившимся густым фиолетовым цветом.

Оба усиленно думали. Каждый о своём.

Лера перебирала в уме возможные варианты быстрого обогащения. Но все они были слишком фантастические. 

Конечно, у неё есть драгоценности. Что-то она покупала сама, что-то дарил отец. Вещи довольно дорогие, но даже если всё это продать – вряд ли наберётся нужная сумма.

Обратиться к брату? Это совсем не вариант.

С тех пор, как началось это безобразие в стране, работы для оркестра практически не стало. Платили Женьке за его игру сущие копейки, семья жила фактически только на зарплату Ирины и на отцовской помощи.

Дмитрий осторожно погладывал на Лерино лицо, по которому то и дело пробегали волны эмоций. Вот она прищурилась, приподняла одну бровь, что-то тихонько шепча про себя. Потом покачала головой, снова напряглась, на лбу пролегла складочка, щеки неожиданно порозовели, но быстро вернулась прежняя волнительная бледность…

Додумается, или нет? Очень не хотелось самому намекать на икону… Нет-нет… Это должно быть только её решение. Только её. Чтобы потом не возникло никаких вопросов. 

Он требовал или просил? Нет.

Лера решила всё сама.

Тогда, возможно, удастся выйти сухим из воды и в этот раз.

Поэтому Дмитрий только внимательно следил за Лерой. Смотрел на неё искоса, так, чтобы она не поймала его заинтересованного взгляда.

«Ну, давай же! Давай!» - торопил он её мысленно. – «Что ты возишься, ведь решение так очевидно! Просто лежит на ладони. Вернее, стоит на полке прямо у тебя над головой!»