Научи меня прощать

Глава 118.

Аня проснулась оттого, что мама тихонько трясла её за плечо и шептала на ухо:

- Вставай, соня, мы уже приехали!

- Приехали?!

Девочка удивленно посмотрела за окно, где было совсем-совсем темно. Колёса поезда всё так же мерно стучали, дробно отсчитывая километры.

- Уточняю: ещё не приехали, но совсем скоро приедем! – Константин подхватил сонно моргающую дочь на руки. – Давай одеваться, мама пока уберёт твою постель, хорошо?

Аня кивнула и огляделась. 

В вагоне все спали. Спала сердитая тётенька, которой не понравился Апельсин, спала Ксюша вместе со своим котёнком… Вокруг было тихо, поэтому стук колёс казался необычайно громким.

В их купе заглянул проводник:

- Уже встали? Отлично! Никоновка через двадцать минут. Не забудьте – стоим всего  две минуты, поэтому старайтесь не задерживаться, на ваши места есть пассажиры. Платформа короткая, а людям нужно успеть в вагон забраться, да ещё с вещами. Я тут однажды старушку едва затащил, ступени высоко, залезть сама не могла, а подсадить некому.

Он покачал головой. 

- Ох уж эти полустанки… Жду в тамбуре!

Подхватив чемоданы и сумки, Константин с Ольгой и дочерью тихонько вышли в тамбур. 

- Смотри, Костя, элеватор! – Ольга оживилась, показав куда-то в тёмное окно. – Мы уже почти на месте!

За окном промелькнуло огромное, мрачного вида здание, скупо освещенное редкими огнями.

Действительно, минут через пять поезд сбавил ход и начал тормозить. Вскоре показались ярко освещенные окна небольшого вокзального зала.

Поезд встал. Проводник, уже занявший своё место у двери, открыл её, в лицо пахнуло жгучим морозным воздухом.

К вагону бежали люди, таща за собой какие-то вещи. 

Константин ловко спрыгнул вниз, снял с нижней ступени Анечку, потом спустил чемоданы, поданные женой, и, наконец, аккуратно подхватив Ольгу на руки, поставил на землю и её.

К вагону уже подбежали две запыхавшиеся женщины.

- Ой, страсть-то какая, - запричитала та, что постарше, - да разве же я на такую высоту залезу?! 

- Так, не волнуйтесь, дамы, сейчас мы вас вознесём туда, куда надо! – Константин рассмеялся и подмигнул проводнику.

Общими усилиями они быстро загрузили пассажирок вместе с их сумками в вагон, и проводник, крикнув: «Счастливо вам! С Новым годом!», закрыл дверь. 

Поезд начал трогаться с места.

Анечка сморщила нос: здесь, внизу, у самых колёс, огромных и уже двигающихся, словно они были живые, мазутом пахло сильнее.

- Ну что, не замёрзли? 

- Нет! – тоненько пискнула Аня и шмыгнула носом.

Родители рассмеялись.

- Пойдём на вокзал. Семён обещал встретить, но пока не видно его. 

Подхватив чемоданы, направились к ярко освещенным окнам. Аня важно шагала, крепко прижимая к животу свою сумочку. Там лежали цветные карандаши, точилка, ластик (между прочим, «не наш», похожий на половину дольки лимона). 

Ластик плохо стирал карандаш, поэтому вместе с ним у Ани была в запасе самая обычная, белая резинка, которую ей подарила Наталка. 

Кстати, слово «ластик» появилось в лексиконе Анечки недавно. Наталка и сама Аня этот школьный кусочек резинки называли попросту «стёркой». Однако папа сказал, что правильнее будет – «ластик».

Слово Ане понравилось. 

«Ластик» - значит что-то такое мягкое и ласковое, как Ксюшин котёнок Апельсин. 

Новое слово Аня запомнила, мечтая поразить своими обширными знаниями пока ещё незнакомого мальчика Пашу, который, по словам её мамы, тоже очень любит рисовать.

Хотелось спать, но любопытство было сильнее. 

Аня, сидя в зале ожидания на жестком деревянном кресле, отполированном до блеска сотнями пассажиров, упрямо таращилась в пространство сонными глазёнками, хотя мама и предлагала ей подремать.

Они сидели одни в этом небольшом зале, где по стенам были развешаны плакаты с рисунками паровозов, надписями: «Будь осторожен – берегись поезда!» и расписание этих самых поездов.

Вдруг входная дверь громко хлопнула, впустив внутрь новую порцию морозного воздуха, раздались весёлые мужские голоса.

Аня увидела, как радостно вскочила мама, обняла высокого, красивого мужчину, подошедшего к ним вместе с отцом.

- Ага, ты – Анечка! Угадал? Привет!

Глаза мужчины светились весельем. 

- Привет! – Аня вдруг засмущалась и подумала, что зря она ленилась учиться выговаривать букву «р». 

- Поедешь знакомиться  с Павликом? – мужчина присел перед ней на корточки. От него вкусно пахло одеколоном и чем-то ещё очень праздничным.

- А он драться не будет? – Анечка серьёзно посмотрела в смеющиеся глаза. – Если будет драться, не буду с ним играть.

- Драться не будет, я обещаю. Меня зовут дядя Семён. Запомнишь?

Девочка всё так же серьёзно кивнула. 

- Тогда пойдём? 

Дядя Семён подхватил её на руки. Руки были крепкие и сильные, совсем как у папы. Только у папы на ладонях не было мозолей. 

- Пойдём! – Аня весело взмахнула сумочкой.

Уложив вещи в багажник машины, все разместились в салоне: папа впереди, Анечка с мамой на заднем сиденье, а дядя Семён сел за руль.

Взрослые не умолкали всю дорогу, особенно мама: говорили про общих знакомых, обсуждали новости.

Аня глазела по сторонам, но за окном по-прежнему было темно, поэтому смотреть в окно ей быстро надоело, и она почти уснула, когда машина остановилась у обычной пятиэтажки.

Она почти не помнила, как дядя Семён нёс её по лестнице, потом она попала в квартиру, где пахло шоколадом, а симпатичная женщина со светлыми волосами тепло ей улыбалась. Она показалась Ане доброй волшебницей из сказки.

Наконец чьи-то руки опять подхватили её и понесли, девочка оказалась в постели. 

Коснувшись щекой мягкой подушки, Аня подумала: «А как же Павлик? Меня ведь обещали познакомить?»  

Но через минуту она уже крепко спала.

***

Разбудило её тиканье.