Научи меня прощать

9

– Выйдем, – предложил я ей.

Посетителей немного, но Наташкин голос привлёк внимание, а поэтому на нас смотрят и косятся с любопытством. А я как-то вроде не клоун, чтобы развлекать толпу. Особенно если учесть, какой разговор предстоит.

Она послушно потопала к выходу. Дёмин – тенью за ней.

Я ещё ничего не понимал. Только чувствовал раздражение: какого чёрта он припёрся? Как бы мне свидетели не нужны нашего с Наташей разговора. Всё, что между нами, касается только нас двоих.

Я уже хотел было сказать ему, чтобы он отошёл куда подальше, даже обернулся, как Наташа снова открыла рот. Буквально на крыльце кафешки. Мы даже двух шагов в сторону от здания не сделали.

– Андрей! Я пришла сказать, что свадьбы не будет!

Я даже споткнулся. Как бы это я должен был сказать эти слова.

Что я чувствовал? Не понять. Но нет, не облегчение. Муть какую-то в душе.

– Я… я тебе изменила! – заявила Наташка.

Отчаянная такая, лицо заострилось, губы дрожат, в глазах слёзы.

– С ним, что ли? – кивнул я на Дёмина, что маячил рядом с ней.

Теперь понятно, почему он здесь.

Он что, обидел её? Почему она такая? Нервная, бледная, непролитые слёзы вот-вот по щекам поползут.

Да она плакала же… Вижу…

В ушах зашумело. Не знаю, каким взглядом я этого чудика одарил. Наверное, страшным. И, кажется, хотел дать ему в зубы. Чтобы рухнул тут и не встал больше.

– Не надо, – сказал Артём. И взгляд у него ясный, как у Иисуса Христа. Блаженный даже. – Не делай того, о чём потом пожалеешь.

И тогда я поднял лицо к небу. Кажется, собирался дождь. Давил тёмными клубящимися тучами. Душно. Дышать нечем.

– Хорошо, – выдохнул я.

И в груди развязался узел.

Я Наташу не осуждал. Не мог. Я чёрт знает сколько с ней не спал. Так что всё нормально. Тем более, что я сам… не образцом верности оказался.

– Я не хочу за тебя замуж! – продолжила Наташа. Голос её звенел высоко, терзал уши и нервы. – Я поняла, что ошиблась! Ты… не тот, кто мне нужен!

– А он – тот? – спросил, глядя ей в глаза.

– А он – хороший! – задрала она подбородок вверх.

И эти дрожащие губы, эти глаза сказали о многом.

Она просто отпускала меня, потому что видела и понимала то, что я, как мог, пытался скрыть, чтобы не ранить её, не обидеть, но всё же сделал больно, разбил ей сердце, заставил страдать.

– Прости меня за всё, – сделал я шаг вперёд и стёр с её щеки мокрую дорожку.

Всё же плачет.

– Прости, что не смог быть принцем твоей мечты. Не плачь. Я не заслужил твоих слёз.

А потом повернулся к Дёмину:

– Обидишь её – я тебе голову оторву.

– Не обижу, – кивнул он, соглашаясь. И что-то такое было в его взгляде, что меня даже проняло.

Кажется, я упустил нечто важное, пока занимался страданиями и самоедством. Пока мотался туда-сюда за неуловимой ведьмой, что никак не выходила ни из головы, ни из сердца.

– Пойдём, Наташ, – взял этот чёртов гений мою бывшую невесту за руку и повёл куда-то.

А я остался стоять, где стоял. Смотрел им вслед.

Мне снова было стыдно и мерзко. За то, что даже этот шаг, так нужный мне, Наташа сделала за меня. Противен сам себе до тошноты.

Первые капли упали на лицо. Холодные, почти льдистые. Март в этом году аномально тёплый, но вот снова потянуло морозом, какой-то стылой стужей. В унисон тому, что угнездилось в душе. Наверное, снова выпадет снег, заметелит. Но хоть дышать стало чем.