Науфрагум 3: Заброшенный край

Глава девятая: Мертвая история - часть 7

Резкий щелчок винтовочного выстрела словно подтвердил мои слова. Обернувшись, я увидел, как Брунгильда с гадливым выражением лица передёргивает затвор, а подстреленная мокрица корчится в переломанных кустах.

Немедленный переход к практике был вполне в характере суровой телохранительницы, но я всё же решил напомнить ещё об одной важной вещи:

– Давайте-ка утвердим боевое расписание. До сих пору нас было, скорее, путешествие, а теперь воевать придётся; нужно определить, кто чем будет заниматься.

– И наверху людям больше находиться нельзя, – поддержала Грегорика. – Придётся потесниться внутри танка. Наводчиком будет Хальда, у неё получается лучше всех. Водителем традиционно Золтан, я на месте командира танка. Весне лучше заниматься радиостанцией, потому что заряжать тяжёлые снаряды для неё трудновато...

– Тогда я, – неожиданно подала голос Гейрскёгуль.

– Отлично, – кивнула принцесса, кинув взгляд на мускулистые руки скандинавки, выглядывающие из-под закатанных рукавов куртки. – Вы нам сильно поможете. Главное – разберитесь в номенклатуре снарядов: где шрапнельные, где бронебойные, где гранаты, дымовые и зажигательные, а где картечь. И как ставить взрыватели – на удар или на картечь.

– Картечь не особо потребуется – я с пулемётом её заменю, – поднял руку Герт. – В правой башенке буду. И огнемёт тоже возьму, поджаривать буду гадов.

– О, тебе же это всё хорошо знакомо! – вспомнил я, переведя взгляд на лежащий на крыше корпуса ранцевый огнемёт, рядом с которым виднелась пара канистр. – Покажешь мне, как огнемёт работает, а то у меня знания чисто теоретические, ни разу в руках не держал. Это же какой-то новый? Только как мы будем перезаряжать баллоны, у нас ведь компрессора-то нет?

– Он и не нужен.

– Как это? А как тогда огнесмесь метается, если не сжатым воздухом?

– Хе, темнота! Это же РОКС-5, фугасный, – не упустил возможность блеснуть знаниями гардариканец. – Там в баллонах горючее, а выстреливается пороховыми газами от пиропатронов: три выстрела по четыре литра. Потом заливаешь заново и вставляешь новые метательные и запальные пиропатроны, никаких тебе компрессоров.

– Ничего себе, даже не слыхал про такие! – восхитился я. – Дашь и мне пальнуть?

– Только по подходящей цели, чтоб не впустую тратить, – согласился Герт. – Не знаю даже, совладаем огнемётом с этим здоровым крабом? У него ведь панцирь.

– Панцирь прочный, но спереди же глаза и мандибулы, всякие там мелкие ротовые ножки. Если туда плеснуть горящего напалма, ему мало не покажется. И с маткой то же самое, только она может сама кислотой брызнуть метров на десять.

– Так РОКС вязкой смесью даже на семьдесят пуляет, нормально!

Наш технический энтузиазм заставил забыть об оставшихся спутниках, но Грегорика о них, конечно, не забыла, и продолжила организационные моменты.

– Хорошо, боевые посты мы распределили. Весна останется при рации, слушать эфир, а Алиса и София будут...

– ...Тихо сидеть в левой башенке и бояться, – подхватила рыжая подруга.

– Бойся, если хочешь, а я умею стрелять! – нахмурилась трансильванка. – Дайте и мне винтовку, не хочу оставаться беззащитной.

– Ага, чтоб ты в спину выстрелила? Ещё чего! – воскликнула Алиса. – Может, и гранату дать, чтобы наверняка всех угрохать вместе с собой?

– Не собираюсь я вас грохать!!! – завопила София. – Помочь предлагаю, а они еще кочевряжатся!

– Если бы не холостые патроны, которые вам подсунули люди Якова, вы бы застрелили его, – сурово проговорила принцесса. – В чём бы он ни был виноват, его нужно предать суду, а не убивать на месте – не говоря уж о том, что мы всё ещё не знаем точно, чего именно он добивается, и от этого могут зависеть жизни намного большего количества людей. Ваша импульсивность могла привести к трагедии, поэтому простите, София, но я не позволю вам взять в руки боевое оружие. По крайней мере до тех пор, пока вы не докажете свою адекватность. 

– И как же мне её доказать?!

– Пока не знаю, и сейчас некогда этим заниматься. Постарайтесь просто не мешать, когда мы вступим в бой. Едва ли вам будет грозить какая-то опасность за бронёй танка, не волнуйтесь, – добавила Грегорика, и София, которая поняла, что добиться своего не удастся, лишь возмущённо фыркнула и демонстративно отвернулась, сделав жест, будто умывая руки.

– Ох, ваше высочество, ваши слова бы да богу в уши, – уныло заметила Алиса. – В прошлый раз, когда клоп дубасил по танку, было ужасно страшно.

– Но мы ведь не пострадали, верно? Броня надёжно защитила нас, и думаю, так получится и теперь. Снаряды танковых пушек бандитов были намного опаснее.

Обведя всех глазами, Грегорика уверенно взмахнула рукой, указав на самую середину излучины:

– Итак – вперёд! Мы отправляемся вперёд, чтобы разгадать тайну Оппау. Если чудовища осмелятся заступить нам дорогу – сметём их с лица земли!

– Ура! – удержаться я не сумел, хотя и не выкрикнул боевой клич, а произнёс стеснительно, вполголоса. Герт поддержал меня незнакомым, но крайне решительным жестом – подняв согнутую руку с крепко сжатым кулаком.

– Рот Фронт!

Гейрскёгуль, помедлив, повторила его движение. Что интересно, то же самое проделала, делая вид, что не глядит на них, и София.

Алиса, которой явно надоело толкаться на одном сиденье с трансильванкой, устроилась у меня за спинкой водительского сидения, с опаской наблюдая, пока я проверил, заряжен ли маузеровский карабин, и с трудом пристроил его сбоку так, чтобы он не мешал. Справа вовсю звенел лентами «машиненгевера» наш молодой танкомастер, насвистывая под нос какой-то воинственный мотивчик. Огнемёт с трудом поместился между нами, заняв массивными баллонами весь проход и едва не раздавив приборы Весны.