Наука зелий, магия любви

Глава 3

Вечером в нашей с Лорой комнате было тесно. На шестерых человек и одного шумного ворона, который стоил целой стаи, она точно оказалась не рассчитана. Марк пришёл с соседом, будущим целителем, а ныне таким же первокурсником, как мы. Андре был худым, высоким, с такой смоляно-чёрной шевелюрой, что казалось, будто его макнули в краску. Мечтал стать хирургом. На вопрос, как умудрился заселиться быстрее всех, вначале хитро отмалчивался, а потом признался, что по уважительным причинам не мог присутствовать на официальной церемонии принятия в студенты, поэтому получил значок и мантию чуть раньше. Парень был совершенно не в моём вкусе, зато он неплохо разбирался в травах, потому оказался вполне интересным собеседником для нас с Лорой.

Но вчетвером мы общались минут пятнадцать, не больше. После в нашу комнату постучали два метаморфа. Флорентина сдержала обещание и, не откладывая дело в долгий ящик, решила познакомить меня и со своим женихом и с его другом. Но если Аскольд, жених Лоры, показался мне вполне приятным и с ним я быстро нашла общий язык, то молчаливый Шедриан был классическим образцом метаморфа. Внимательно наблюдал за всеми присутствующими, в разговор не вступал, если спрашивали конкретно его — отвечал кратко. Одним словом, принюхивался и не спешил доверять. Протяни руку слишком резко — того и гляди, цапнет. Зато Аскольд трещал без умолку, по-моему, даже болтливого Марка заткнул за пояс. Если бы не глаза, блестевшие на свету расплавленным серебром, я ни за что не подумала бы, что он — метаморф. Впрочем, Аскольд, заметив удивление на лицах ровно половины присутствующих, охотно пояснил, в чём причина.

— Мои родители занимаются разработкой и испытаниями оборудования для подводных исследований и большую часть года проводят, мотаясь между лабораториями, корабельными палубами и батискафами, — произнёс он. — Моё рождение ничего не изменило, а лаборатории и корабли — не самое подходящее место для ребёнка. По сути, меня растила семья дяди. А тот женился на обычной девушке, даже не магичке. Как понимаете, именно тётушка Виолетт и её родители внесли основной вклад в воспитание маленького метаморфа, который подрос, возмужал и сейчас сидит перед вами. — Аскольд отвесил шутливый полупоклон и признался с искренней улыбкой: — Мне всегда было проще общаться с кем угодно, только не со своими. — Приобнял Лору и добавил: — Хотя одна вредная ведьмочка все три ипостаси мне вымотала, пока позволила хотя бы ухаживать!

Флорентина прильнула к нему и отшутилась:

— Вредность — основное качество для хорошей ведьмы, а я очень хорошая.

Мы с Марком переглянулись. Друг едва заметно кивнул и прикрыл глаза, мол, не слепой, всё вижу и понимаю: здесь ловить нечего, эти двое влюблены друг в друга по уши. Но я заметила лёгкое разочарование, мелькнувшее в его взгляде. Однако, оно тут же сменилось предвкушением, стоило Маркусу покоситься на Корвина. Ворон ехидно каркнул, но на всякий случай перелетел подальше.

— Всё равно заговоришь, — негромко пообещал ему Марк с предвкушающей улыбкой.

Аскольд, услышав это, хмыкнул и покачал головой:

— Марк, мне жаль тебя разочаровывать, но эта вредная птица за три года нашего знакомства ничего, кроме «кар», мне так и не сказала.

— Ты всё это время был занят прекрасной хозяйкой Корвина, а не налаживанием отношений с её фамильяром, — парировал Марк.

— Даже спорить не стану, — кивнул метаморф. — Потому в итоге Корвин терпит меня, а я его. Нам нечего делить. Мы оба любим Лору и отдадим за неё жизнь, если понадобится.

Он сказал это просто, даже буднично. Не рисуясь, не для того, чтобы произвести впечатление на кого-то из собравшихся. А я вспомнила услышанную где-то фразу, что метаморфы любят раз и навсегда. Потому и жениться предпочитали на себе подобных. Слишком тяжело переживали расставание. Поймала на себе пристальный взгляд Шедриана и поспешила разорвать зрительный контакт. Я не считала себя ветреной кокеткой, но перспектива прямо на первом курсе раз и навсегда определиться со спутником жизни не привлекала. Мало ли, что произойдёт, буду потом мучиться от угрызений совести всю оставшуюся жизнь, что я разлюбила, а он-то — нет. К демонам в Подземный мир такое счастье!

— Серьёзно всё у вас, — заметил Андре. — Но я вот что хотел спросить: правда, что в Фесской академии очень строгие правила?

— Не особо, — легко переключился на новую тему Аскольд. — Есть комендантский час — после полуночи нельзя шастать по учебным корпусам, полигонам и лабораториям без подписанного кем-то из профессорского состава разрешения. Но получить его не составляет труда, было бы желание.

— А за тем, чтобы это соблюдалось, тоже магия следит? — спросил Андре.

Метаморф расхохотался и покачал головой:

— Кто ж будет столько силы тратить на пустяки? Нет, по территории ходят патрули из старшекурсников, есть дежурный преподаватель, и этого достаточно. Дают возможность развивать полезные навыки: бесшумную ходьбу, маскировку на местности, в крайнем случае, быстрый бег. Не пойман — не нарушал.

— А за нарушения что грозит? — полюбопытствовал Марк. — Замечание? Выговор?

— Смотря, кому попадёшься, — ответил Аскольд и возмутился: — Шед, я один тут соловьём разливаться буду целый вечер? Твоя очередь отвечать! А то устроился в углу и притворился частью интерьера. Не выйдет!

Шедриан вздрогнул от неожиданности, метнул в сторону друга полыхнувший недовольством взгляд, но Аскольд лишь усмехнулся и шевельнул ладонью, поторапливая. Глубоко вздохнув, Шед сцепил ладони, откашлялся и нехотя буркнул:

— Замечание. Десять замечаний за год — выговор. Три выговора — отчисление.

— Разговорчивый ты наш, — хихикнула Лора. — Очень подробно и понятно. Аск, не тормоши его, пусть присматривается к новым людям. Расскажи сам. — Взглянула на меня и пояснила, будто персонально: — Шед всегда поначалу стесняется в новой компании. А потом будет болтать без умолку — не заткнёшь.

— Классический метаморф, хоть учебники с него пиши, — пошутил Аскольд. — А я — исключение, подтверждающее правило. Так, про выговоры и замечания Шед сказал. Но, сами понимаете, всегда можно договориться. Не со всеми, правда. Есть десятка два принципиальных, в основном, из боевиков. Вот их не уболтаешь: раз хватило дурости попасться, сдадут дежурному преподу.