Навечно люблю (книга 2)

Ты решил отказаться?

Ее ноги подкашивались, когда школьница поспешно спускалась по лестничному маршу так, что когда она добежала до конца, вдруг подвернула лодыжку и начала падать на грудь, еле поспев расставить руки вперёд и опереться на них. Жгучая боль отдалась в области колена и, зажмурившись, она прижимала место ноющей боли обеими руками. В тот момент она не знала, что болит сильнее: ее тело или душа? Какая боль была сильнее? Она должна была подняться с грязного и холодного бетонного пола, не взирая на боль и сомнения, но девушка не могла. Ей так хотелось закрыть глаза и заткнуть уши, лишь бы только не развивать свои мысли, посвящённые ему. Она должна была идти на встречу к истине, но именно сейчас ей дико нужно было сомнительное чувство уверенности в своём выборе.

С неким призывом посмотрев в потолок, ее нижняя губа дрогнула от тоски, от жалости к самой себе, но она тут же прижала рот кулаком и сдержала рёв, что было силы. В этот момент на ее телефон пришло смс сообщение с текстом:

«Если сейчас же не выйдешь, я позвоню в домофон!»

Офелия услышала шаги за дверью подъезда и поняла, что это Марсель, который и без того не терпеливый растратил остатки своего терпения. Она протянула руку к кнопке домофона и дверь со звуком отварилась. Через секунду дверь дернули и на пороге появилась большой, бородатый Марсель. Он заметно растерялся, увидев девушку на полу.

—Офелия? Ты как? — он наклонился к ней и протянул свою ладонь ей, желая помочь. Девушка, не задумываясь, взяла эту руку и постаралась подняться.

— Упала, лодыжка немного болит и колено разбила, — шипя от боли, протянула она, пытаясь встать на ногу.

Марсель крепко держал ее руку и озадаченно всматривался в ее лицо, но девушка наоборот избегала встречи с его взглядом. Офелия знала, что одно неосторожное движение и она сможет спровоцировать в нем пробуждение зверя. Она боялась его, боялась его темперамента и даже сейчас, когда он держит ее, дабы та не упала, одно его присутствие заставляло ее испытывать неимоверный страх.

— Нормально, — подытожила девушка, вставая на ногу и перебарывая боль.

—Точно? — засомневался он. — Я могу донести тебя на руках.

—Умоляю не нужно, —пролепетала она, словно птичка, выпархивая из его рук. — Пошли уже!

Офелия торопливо покинула грязный подъезд и пара молча отправилась в ночной клуб. Парень пригласил ее сесть рядом на переднее сиденье, но она тут же отказалась. Ей намного спокойнее было ехать сзади, но и там Марсель продолжал своё наблюдение, она всю дорогу ловила на себе его пылкий взгляд, брошенный через зеркало заднего вида. Но именно после того, как они сели в машину, Марсель перестал существовать для неё, ее всю колотило от волнения, слова Кати, которые доходили до ее сознания сквозь сон, продолжали звучать в голове, а сердце лихорадочно билось в груди.

Было страшно выходить из машины, когда она подъехала к зданию, рука сама потянулась к ручке двери и, вставая на ноги, она их совсем не почувствовала, не почувствовала брусчатку под ногами, как по ватной земле она медленно прошествовала к входу. Боль в колене и щиколотке совершенно не чувствовалась, это было похоже на заморозку дёсен перед удалением зуба, но сейчас это чувство протянулось по всему телу.

Пара подошла к небольшой компании у входа в здание и Марсель поднял руку, демонстрируя ребятам свой браслет на руке и те молча им кивнули. Пройдя во внутрь, парень с пренебрежением оглядел девушку, довольно ухмыляясь, будто только что заметил весь ее «образ» для посещения ночного клуба.

— Мда, без меня тебя в таком виде точно бы не пустили.

Она проигнорировала его насмешку, думая только о том, что сейчас она увидит Артемьева, который совсем не ожидает встречи с ней. Думала, каким же все-таки он встанет перед ней и почему голос подруги так сильно дрожал. Ее жизнь в последние дни обернулась бесконечным сомнением, обидой и неким недоверием, и пропасть, которая все расширялась между ними, не давала ей покоя. Жить стало тяжелее, чем раньше, с пробуждением каждый вздох давался с болью, но сейчас все могло наконец проясниться, это успокаивало, но одновременно и пугало. Офелия боялась, но продолжала идти.

Марсель повёл ее в вип зону, а именно к большому столу, за которым сидели одни парни, большинство из которых она знала.

— Здорова, — поздоровались присутствующие, пожимая Марселю руку. Парни вопросительно оглядели девушку и кто-то, широко улыбнувшись, спросил:

— Вы вместе, что ли?

Офелия посмотрела на Марселя, который смотрел ей прямо в глаза из-под бровей, но так ничего не ответил другу, просто сел за стол и выдвинул стул рядом со своим, приглашая ее сесть рядом.

—Мы просто вместе приехали, — смущено оборонила Офелия и не хотя села рядом с парнем.

Дальше все, что окружало девушку в миг растеряло свои краски, все звуки, что издавало окружение перестало звучать в ее ушах. Офелия в поиске знакомого лица посмотрела по сторонам, но ничего. Лица всех были пластмассовыми, не живыми. Она медленно обернулась назад, при этом щуря взгляд — из-за софитов ничего практически не видно было. Столы, за которыми сидели большие и шумные компании друзей, невероятной красоты девушки, мужчины с сальными взглядами и он, наконец, его лицо показалось из толпы людей. Его веселые и беззаботные глаза, от вида которых в животе, как и прежде, начинало щекотать. Его полные губы, вкус которых навсегда останется в памяти, и руки, самые сильные и крепкие руки лежали на чужих ногах.

Офелия замерла. Она словно перестала вообще существовать, ведь и дыхание и биение сердца в миг прекратилось. Внутренний крик оглушил уши, она сжала губы так, чтобы она не смогла и пискнуть, но внутренне она кричала. Как руки любимого, которые она считала только своими, сейчас обнимают другую, почему они греют части тела другой девушки, в то время как она сама осталась в ожидании его тёплых и родных объятий? Как тот единственный, о котором она грезила, может так близко сидеть рядом с другой? Как? Почему? За что?