Наверное, влюблена

Глава 9

Кирилл делал вид, что пялился в телефон, а сам исподтишка наблюдал за парочкой, обсуждающей какую-то книгу. «Когда только успел начитаться?» — давил улыбочку.

Они устроились на полу, лежа на шкуре, скорее всего коровьей, с черными большими пятнами. Николь, похоже, совсем не понимает, как выглядит со стороны. В простой футболке с лосинами, обтянувшими стройные ноги, она лежала на животе. Аккуратная попка заманчиво колыхалась под дрыганье ног, которыми она болтала в воздухе. Теплые вязаные носочки в полоску… Блин, такая уютная и домашняя. От нее не было шума и капризных визгливых выпадов. Тихий голос журчал умиротворенно и успокаивающе. Кир и думать забыл, что куда-то хотел сходить оттянуться. Что до Леньки… Пропал пацан для общества. Казалось, он ничего вокруг кроме нее не замечает.

«Короче, такое дело» — писал Золотой в мессенджере. — «Девчонку эту развел на секс Амичев с первого курса. Потом выставил фото на общее обозрение. Ее сильно потрепали в чатах. Не все выдержат такое давление. Даже я себе подобного никогда не позволял. Надо наказывать » — Беловичу прилетело фото, и он автоматически нажал «открыть».

Будто кипятком плеснули, ударили под дых со всего маху. Лучше бы он этого не видел. Никогда... Смятая белая простыня с каплями крови. Большие серые глаза смотрят удивленно, в них страх, разочарование, боль. Закрывается руками. В немом крике открыт рот. Так много в одном простом кадре, когда рушатся надежды и мечты с подачи того, кто посчитал все удачной шуткой, розыгрышем. Уничтожив чистое и светлое, он просто похвастался друзьям. На спор.

Кирилл не понял, как вылетел из дома, ничего не видя перед собой. В чем был.

— А-а-а-а! — его дикий крик, рвущийся из груди, стряхнул снег с ближайшей сосны и спугнул какую-то птицу. Эхо подхватило голос легким облачком и понесло в темноте вместе с ветром вдаль.

— Твою же мать! — схватившись двумя руками за голову, в которой заколотилось, словно ударяли по бубну шамана.

Кир пытался понять, за что такая жестокость к милой и тихой девчонке, которая в своей жизни никого не обидела? Ей всего девятнадцать-двадцать на вскидку, а уже попала под жесткую терку, которая стругает до костей, ничего не оставляя от прежнего человеческого.

Закрыв глаза, он видел полосатые вязаные носочки, взмах длинных ресниц… Легкий румянец на щеках от небольшой температуры. Как же так? И ведь не замкнулась, не сдалась. Поверила им с Ленькой.

Трясущимися руками стал набивать ответ:

«Тимур, все зачисти! Чат вскрыть. Скрины, кто и что писал, мне высылай. Ты прав. Будем наказывать. Это девушка моего брата».

«Херасе! Я бы за свою закопал живьем» — смайл гнева. — «Понял, братан».

— Кирюха, ты чего? — позвал его Лео, стоя в открытой двери, которую брат просто не закрыл. — Случилось что-то? — скрестил руки на груди, сжавшись от мороза.

— Все нормально, Лень. Все будет нормально… Я щас. Подышать немного вышел, — он глотнул холода и закашлялся. — Даю слово: все будет, — он повторил самому себе, когда на пороге брата уже не стало.

Крутанувшись со скрипом снега под ботами, пошел в дом. Громко хлопнул дверьми. Выдохнул и изобразил на лице безмятежность. Парочку он нашел на том же месте. Они чистили мандарины и раскладывали дольки по плоской тарелке. Николь, будто заподозрив что-то, прищурилась и оглядела его с ног до головы. Потом перевела взгляд на телефон, сжатый в руке.

— Че смотрим? Нашли киношку? Я пойду нам бутеры соображу, а вы врубайте телик, — вышло немного хрипло и наигранно бодренько, но уж как есть.

Кирилл был в полном ауте. Смотрел на экран и ничерта не видел. Злость била в нем ключом, ища выхода. Хорошо, что он сейчас не рядом с подонком, натворил бы дел. Почти под конец фильма в двери раздался громкий стук, заставивший Николь вздрогнуть… Даже не стук, а буцканье и знакомым басом по оголенным нервам:

— Охо-хо-хо! Детишки, открывайте! Дедушка Мороз пришел, и подарки вам принес… — снова от удара дверь дрогнула.

Братья переглянулись.

— Давайте не откроем, — шепнула Николь, испуганно посматривая на двери. — Бандит какой-то, наверное.

— Точно. Бандит, — согласился Кирилл, поднимаясь с места и направляясь в сторону шумного гостя.

Натан Белович ввалился внутрь вместе со снегом и большим мешком. Одетый в костюм доброго новогоднего волшебника, в безразмерных валенках, он едва стоял на ногах. И ведь странным образом в подобном состоянии доперся.

— П-подарки принес дедушка. Ух, и устал, — глуповато растянул губы от уха до уха. Брода съехала криво. Нос размалеван губной помадой. Морозище пошатнулся и рухнул прямо у входа на свой мешок, свесившись на нем каракатицей.

— Господи, тебя только не хватало, — проворчал Кирюша, оборачиваясь к брату за помощью.

— Писец, — почесал загривок Леонид и, без напоминания, подхватил отца под руку с другой стороны от брата.

— Тяжелый, паразит, — они замучились его тащить в большую комнату, в которой, кстати, братья хотели спать на диване.

Домик совсем небольшой. В нем гостиная, одна спальня и кухня. Папеньке досталась коровья шкура на полу. Николь пожертвовала одну подушку ему под голову.

— В тесноте, да не в обиде, — она сняла с «дедушки» колпак и бороду. Тулуп и валенки оставили как укрытие.