Навсегда, твой Гром...

Глава 29

Алису пугала тишина. Нет, благодаря детям и другим домочадцам она не оставалась одна практически никогда. Дело было в другом. После пережитого стресса Нестеровой казалось, что сейчас этап затишья перед бурей. Не могло быть все так просто и гладко. Она ждала удара из вне, казалось, стоит немного расслабиться и он непременно случится. Поэтому девушка все время была готова к неприятностям. Однажды вечером она даже поделилась своими мыслями с Богданом, но тот постарался ее успокоить, так разговоры сошли на нет.

Сейчас Алиса сидела на кухне рядом с Глафирой и Анной Львовной и рассматривала детские фотографии Громова.

– А здесь Богдаше пять. Ой, не могу забыть эти его сандалики. – Алиса взяла из рук женщины фотографию. На нее смотрел ее Захар, в который раз Нестерова поразилась, как же отец с сыном были похожи. – Помню, они были дефицитными, муж привез их с командировки. Богдан так радовался обновке. А через неделю, прибегает домой, весь в слезах. Они с ребятами куда– то полезли, и он зацепился ремешком за железяку, оторвал ремешок и сам упал. Колени в крови, он плачет, а в руках сандалик.

Алиса с улыбкой посмотрела на Анну Львовну. Ей очень нравились такие вечера в компании будущей свекрови и Глафиры. Они рассказывали про малышей, про себя, и узнавали много нового о Богдане. С каждым рассказом Громовой Алиса лучше начинала понимать поведение своего Захара. Он действительно был уменьшенной копией своего отца.

– Мама, заканчивай со своими рассказами. А то я с твой подачи останусь без жены. – Сильные руки оплели плечи Алисы, Богдан всего на секунду прижался губами к ее макушке и сел на соседний стул.

– Сынок, я ничего плохого же не рассказываю. Правда, Алиса, детка?

– Да, Анна Львовна. Богдан, мне правда интересно.

– Хорошо, если вам так нравится, то сидите, но теперь в следующий раз. Дети уже уснули, и нам всем тоже пора ложиться.

– Ты сам уложил малышей? – Глафира искренне восхитилась, но при этом на Громова смотрела с недоверием. Они с Алисой иногда укладывали этих разбойников по нескольку часов, а Богдан провел в детской от силы двадцать минут.

– Да, даже сказку им не дочитал.

– Восхищаюсь тобой.

Алиса чуть наклонилась и поцеловала мужчину в щеку. При женщинах ей было немного стыдно показывать свои чувства. С появлением Богдана на кухне ей нестерпимо захотелось остаться с ним наедине. Мужчина понимал ее без слов, поэтому встал первым, взял девушку за руку и пожелав всем спокойной ночи направился в сторону их спальни. Алиса последовала за будущим мужем.

– Не понимаю, тебе правда интересны эти истории? Мне кажется, ты слушаешь их уже по второму кругу. – Вопрос застал Нестерову в расплох. Она только успела снять домашнюю одежду и протянуть руку за шелковой пижамой.

– Богдан, ты можешь считать меня плохой матерью, но я за все эти годы не понимала поведения Захара. Они очень разные с Соней. Ее я читаю, словно открытую книгу, а наш сын для меня всегда был загадкой, как и ты. Когда мы с тобой встречались я не понимала твоего поведения и многих поступков, истории Анны Львовны, словно открывают мне спрятанные кусочки пазлов. И стала понимать тебя, Богдан. Где– то даже обида уменьшилась, но помимо этого я стала понимать Захара. И кажется, я не плохая мать, просто мой сын твоя копия, и теперь мне приходится разгадывать вас двоих.

Громов улыбнулся. Он был рад, что Алиса стала говорить ему правду. Оказывается, его девочка считала себя плохой матерью. Он подошел к ней и забрал у нее из рук пижаму, которую она так и не надела.

– Я никогда не сомневался, что ты самая лучшая мама. И наши дети это подтвердят. Ну а про понимать меня ты права. Мы тогда не с того начали Алиса, и поэтому ни к чему не пришли. Теперь все иначе. Мне теперь интересно, сможешь ли ты понять, о чем я думаю сейчас?

– О том, что очень сильно меня любишь.

– Вот видишь, ты уже начала «читать» меня. И планирую тебе показать, насколько сильна моя любовь, дорогая.

Алиса послушно шагнула в его объятья. Только рядом с Громовым она чувствовала себя в безопасности.

***

Они собирались на ужин к Варгаровым, и Алиса уже была готова отказаться от этой затеи. Дети словно сошли с ума, постоянно дергали друг друга и кричали, раньше такого никогда не было. Алиса не справлялась. Да что там Нестеровой, не помогали ни Анна Павловна, ни Глафира. Богдан уехал на работу, там случились непредвиденные обстоятельства, поэтому нужно было срочно подписывать документы лично. А девушка в этот момент поняла, что она готова сойти с ума.

В момент, когда Нестерова практически сорвалась в истерику, она услышала позади себя тихий и строгий голос.

– И что это вы здесь устроили?

– Папа!

– Папа!

Соня и Захар тут же оказались рядом с отцом и буквально повисли на нем. Дети наперебой начали жаловаться друг на друга, а Богдан, подхватив их на руки понес в спальню. Нестерова выдохнула. Ей начинало казаться, что с появлением Громова в жизни малышей, они изменились. Начались неконтролируемые истерики и скандалы. Алиса всерьез думала записаться к психологу, потому что это становилось уже невыносимым. У нее была мысль, что Захар с Соней так завоевывают внимание отца, но с такой борьбой явно нужно было что– то делать. Девушка сделала себе мысленную зарубку, найти завтра хорошего специалиста и пошла собираться.

Она все также ревновала Богдана к Ольге Варгаровой, поэтому сегодня была просто обязана выглядеть неотразимо. Ее выбор пал на изумрудное платье, на широких бретелях. Талия аккуратно подчеркивалась кроем самого наряда, а небольшой разрез от колена до середины бедра притягивал взгляд. Алиса улыбнулась своему отражению и решила собрать волосы на затылке. Именно в этот момент в спальню зашел Громов.

– Я собрал детей, мама и Глафира за ними присмотрят.

Он буквально в несколько шагов оказался рядом с девушкой и прижался к ней со спины.

– И ты решил помочь мне разобраться, да, Громов? Убери руки, я тебя знаю.