Навстречу любви

Глава 8

Аннабель повернулась на бок и тихо ахнула от боли – на ноге, куда пришелся удар сапога, темнел большой синяк. Она легко провела по ноге пальцами и медленно поднялась, стараясь не потревожить рану. Ступать на ногу было больно, и она мелкими прыжками добралась до кресла, где был брошен её халат. Она почти надела его, немного запутавшись в длинных полах, так и удерживаясь на одной ноге, когда дверь в спальную резко отворилась, и она услыхала сердитый возглас:

– Ну за что мне такое наказание, как непослушная жена?

Аннабель удивлённо повернулась и в дверях разглядела сердитого Вальдемара.

– Зачем вы встали, Аннабель? Надо было позвать горничную, вам бы помогли.

Молодая женщина замерла и почти со страхом уставилась на мужа. Он подошёл ближе, аккуратно отдёрнул завернувшийся край халата и подхватил Аннабель за талию, помогая ей удерживать равновесие.

– Что вы хотите? Я помогу вам.

Энни подняла голову и внимательно посмотрела ему в глаза.

– Ты... Вы... сердитесь? Но я... ничего не сделала, чтобы вызвать ваше недовольство, милорд.

Гилфорд посмотрел на жену и вдруг увидел перед собой не уверенную в себе леди, в которую постепенно превращалась его любимая Энни, а испуганную, сжавшуюся маленькую девочку, будто замершую перед наказанием и ударом. Он укоризненно покачал головой и крепко прижал её к себе, обняв за опущенные плечи:

– Глупенькая ты моя, глупенькая! Сержусь... Да я чуть с ума не сошёл, когда увидел, как этот негодяй ударил тебя! Я не знаю, чем бы закончилась эта поездка в Данхем, если бы Алекс не удержал меня. А ты спрашиваешь, сержусь ли я!

– Никогда не говори со мной так, ладно? Мне страшно, когда ты становишься чужим, я боюсь тебя такого.

– Почему?

– Потому что это очень больно, когда тебя бьёт мужчина, – вдруг тихо проговорила Энни и заплакала.

Гилфорд замер на секунду, а потом схватил жену на руки, стараясь не прижимать слишком сильно к себе, чтобы не причинить ещё большей боли, и упал в кресло, стараясь успокоить плачущую женщину.

– Успокойся, Энни, любимая, клянусь, я не хотел испугать или наказать тебя. Просто я сильно за тебя испугался, а когда ты днём уснула после... после нашей встречи, я понял, что не знаю, как я буду жить дальше, если с тобой, моя девочка, что-то случится. Энни, посмотри на меня, ну? И запомни. Я клянусь тебе памятью своих родителей и моего дяди, что никогда не обижу тебя и никогда не подниму на тебя руку. Слышишь, никогда.

– Да-а-а, – обиженно протянула Анна, всхлипнув и вытерев ладошкой нос, – а сам ударил меня в первый же день после нашего венчания.

Гилфорд нахмурил брови и непонимающе уставился ей в лицо:

– Энни, милая, о чём ты? Я не мог...

Аннабель вдруг глубоко вдохнула и обняла мужа, потеревшись носом об мягкий воротник домашней куртки:

– Да? А кто лупил меня в карете моим же свадебным букетом?

Вальдемар склонил голову на бок и удивлённо поднял брови:

– Не припомню этого. Зато я хорошо помню, дорогая, как вы мне нарезали таких тумаков, что у меня потом всё тело было в синяках. Кстати, покажи ногу, – с этими словами он склонился к ногам жены и отбросил полы халата в стороны.

На белоснежной коже ярко темнел большой кровоподтёк.

– Я его убью, – глухо проговорил Гилфорд. – Миссис Купер надавала мне различных снадобий и мазей с такими странными названиями, – продолжал он, поглаживая пальцами ногу жены, – что у меня мимоходом возникла мысль, что недаром ведьмы славились своим кулинарными способностями.

Аннабель ахнула и прижала ладошку ко рту:

– Ты думаешь, что миссис Купер имеет отношение к клану ведьм?

Гилфорд серьёзно кивнул:

– Да, и я уже обсудил этот вопрос с сеньором Рамиресом, который тоже сегодня удостоверился в этом, когда получил некую склянку для заживления царапин у Софи.

– Ах, и что же вы решили, милорд?

– Я принял единственно правильное решение, и граф Серхио со мной согласился. Мы решили, что нам сегодня нужен отдых и прекрасный ужин, на что миссис Купер с радостью согласилась.

Аннабель тихо рассмеялась и обняла мужа за шею:

– Как я люблю тебя такого!

– Какого такого? А как вы собираетесь доказать мне это, миледи? До ужина у нас ещё есть время.

– Правда, милорд? Тогда я собираюсь доказать это вам прямо сейчас... и прямо здесь... милорд, что вы делаете?... люблю тебя, люблю...

***

Бейкер закрыл дверь и начал перебирать полученные письма, оставляя записки и уведомления на подносе.

– Бейкер, – раздался нежный голосок леди Натали, – добрый день! А для меня что-то есть?

– Да, миледи, вам письмо и какой-то пухлый конверт.

Натали с улыбкой забрала свою почту и бросила мимолётный взгляд на другие конверты. Она вдруг замерла и уставилась на голубой конверт с печатью в виде орла. Очередное послание от Чарльза Роана, одного из руководителей столичной полиции? Надо срочно найти графа Солсбури! Натали быстрым шагом прошла по длинному коридору в сторону конюшен. Она открыла дверь и замерла от страшной картины – огромный жеребец стоял на задних ногах, молотя копытами воздух, а перед ним спокойно стоял граф Алекс Солсбури.