Навья царевна. Иван

Глава 1

Уважаемые читатели, если вам понравилась книга, ставьте звёздочку, добавляйте в библиотеку и подписывайтесь) Ваша поддержка очень вдохновляет)

В лесу было тихо и влажно. Из-за этого над головой частенько вилась мошкара. Залезала в уши, нос, глаза, отчего хотелось тихо рычать от злости, ведь поделать с ней я ничего не мог – оберег от этой напасти валялся дома, в одном из сундуков, как и множество других полезных колдовских мелочей, которые были бы мне очень кстати.
Да, сейчас я бы много что отдал, дабы защита от мелких кровопийц имелась. Эти твари будто со всего леса слетелись. Ещё бы, грязный, потный – вонь от меня, наверняка, стояла ещё та. Царевич, чтоб тебя. Да родная мать бы меня сейчас не признала, после того как я провёл в столичных нечистотах четверть дня в настойчивых попытках выскользнуть из города. Батюшка на славу постарался, чтобы меня изловить.
Не дать совершить главную глупость в своей жизни, по его мнению. Будто бы он их в своё время не совершал. Да и сейчас удумал такое, что волосы дыбом. Василису мою использовать, словно она мало для меня сделала. Пока я жив, не бывать этому.
Конечно, отцу невдомёк, как сложно, имея полозью кровь, найти подходящую себе пару. Его-то в своё время матушка не просветила о данной родовой особенности. Поэтому сейчас мне всячески препятствовали, считая моё мнение пустой блажью. Пришлось прятать Василису от всех желающих выгоду с её помощью извлечь, а самому бежать, что ещё делать?
Хотел из города на своих ногах уйти, да куда там. Везде стража да не простая, а одарённая. Поэтому оборачиваться не решился. К тому же, казалось, что в змеиной форме моя сила, которая после исчезновения жены стала давать о себе знать, воспринималась легче. Не так она удушала, не так беспокоила. Не то что в человечьем обличье. Уж в нём лихорадило меня знатно, как обернулся и поближе к лесу переместился, так думал, что всё – до Яги не доберусь, помру. Вначале лишь на одном упрямстве брёл, потом уж полегчало. Но не ползти же полозом по дремучему лесу? Небольшое это удовольствие.
К тому же мне и так, из-за устроенного отцом переполоха, пришлось время потерять да от снеди отказаться. Благо, в сумку походную, что намеренно для таких превращений зачарована была, удалось кинуть кое-что съестное из дворца. Иначе не только от лихорадки, но и от голода подохнуть можно было. Только вот пирожков ненадолго хватило. Пробуждённый вновь дар брал своё. Отчего у меня постоянно судорогой сводило желудок.
В очередной раз, когда вновь накатила дурнота, пришлось сойти с тропинки, дабы прилечь и переждать эту минутную слабость. К счастью, с каждым разом такие приступы были всё короче. Уж не знаю, что влияло: лес колдовской, тропка диковинная али принятие моей сущности у меня наступило – сложно мне разобраться сейчас, знаний не хватает. Уж что, что, а они мне страсть как нужны были. Это после книгохранилища стало ясно как день.
И чтобы их приобрести, я готов был на многое пойти. Даже с Ягой связаться. А она та ещё интриганка. Ведь старуха своего не упустит, так потом с тебя потребует, что проклянёшь тот день, когда к ней обратился. Поэтому следует избегать иметь перед ней долги – иным не откупишься, ежели не по нраву придут её условия. Но это дело будущего, сперва бы до ведьмы добраться.
А это в моём состоянии было не так и просто. Вначале боялся, что вовсе путь к её избе не найду. Старательно выуживал в памяти, что мне рассказывали об этом гиблом месте. Только вот из-за жара выходило плохо, но мне удалось связать воедино все Василисины и нянькины байки. Поэтому тропу, которую вся живность стороной обходила, всё же нашёл. И обрадовался тому, что не обернулся. Слишком уж от этой дорожки в дрожь кидало. В змеиной форме, в припадке горячки, точно бы инстинктам поддался – уполз от этой проклятой стёжки как можно дальше.
А так, человеком, смог оценить хитрый замысел старухи. Действительно, зачем путника лишней опасности подвергать, если в конце пути, в избушке на курьих ножках, его ждёт главный хищник. Нечего лишний раз иным существам ведьме дорогу переходить да игрушки ей портить. А если посмеют, то в нави место для всех приготовлено.
Дорога к её избе усыпана костями, а жизнь обходит это место стороной. Сам собой всплыл из глубин памяти певучий голос няньки после очередных замеченных мною на обочине останков. А они в последнее время стали попадаться всё чаще. Видимо, чем ближе место обитания Яги, тем сильнее крепло наведённое ею на тропу колдовство.
Да и лес менялся. Постепенно взамен зарослей кустарников да берёзовых рощ стали появляться сосны и ели. На смену травам да цветам пришли папоротники и мхи, пышным зелёным ковром укрывая землю. И с каждым шагом деревья становились всё выше, всё больше, отчего лучи солнца уж вовсе не могли пробраться сквозь их крону.
Сумрачно. Сыро. Удушливо пахнет хвоей, сырой землёй и гнилью. И почему-то, вдыхая этот запах, мне казалось, что всё вокруг мертво. Возможно, на такое моё ощущение повлияли кости, белеющие среди лесной изумрудной подстилки, а, может – стволы сосен, что были столь огромными, что не обхватить руками. К тому же, нередко мелькавшие среди деревьев бесовские огни, навевали мысль о погосте. Всё это было столь неправильно, так не похоже на обычную природу, что брала оторопь.
Вот так, напрягаясь от каждого шороха, я дошёл до небольшого пригорка, откуда проглядывалось жилище ведьмы. Старая деревянная изба, расположенная на огромных пнях, ветхая, покрытая мхом и лишайником, мало напоминала жилой дом, больше – домовину. Завершал унылый вид забор. Человеческие черепа, надетые на колья, заставили меня скривится от отвращения и вспомнить, что меня ожидает, ежели не обхитрю «тётушку» своей жены.
Однако, приблизившись к хижине, я удивлённо хмыкнул – сколь еще более неприглядна и мрачна оказалось картина вблизи. Вот уж точно захоронение. И древнее, давно заброшенное. Видимо, к Яге могут попасть только избранные или совсем отчаявшиеся. Мне повезло, что я отношусь и к тем, и к тем.
- Избушка, избушка! – крикнул громко, как научила Лиска, разрушая своим зычным голосом стоявшее вокруг безмолвие. – Повернись к лесу задом, ко мне передом!
Вначале не происходило ничего. Я уж набрал воздуха, дабы рявкнуть колдовскую фразу ещё раз, как им и подавился – по опушке прошелся леденящий порыв ветра и сразу всё переменилось. Лес ожил, застонал, наполнился воем, криками. В мгновение ока исчезла мёртвая тишина, что озадачивала меня по дороге сюда. Хотя она была не так и плоха – не так пугала, как это светопреставление, что творилось сейчас.
При очередном особо громком вопле то ли нечисти, то ли животного, загорелись насаженные на колья охранные черепа, и холодный зеленоватый свет из их глазниц пронзил сгущающийся вокруг сумрак. Почти сразу же после этого раздался жуткий скрип, и изба, сделавшаяся за считанные мгновения значительно больше и добротней, стала разворачиваться. Полетели комья земли, и корни тех огромных пней, на которых и стояло ведьмовское жилище, стали вырываться из почвы, прямо на моих глазах превращаясь в чудовищные куриные лапы с острыми стальными когтями.
Не знаю, как мне удалось сдержаться и не заорать в этот момент, а, может, и того хуже – броситься наутёк. Пожалуй, сдержали только мысли о жене и пронизывающее всего меня изумление. Вот в этом Василиса жила? Вот это видела каждый день? И умудрялась говорить обо всех этих преображениях с лёгкой насмешкой? У моей супруги стальные нервы. А я, дурак, переживал, что в тереме царском её напугать и расстроить кто-то может. Да ежели рядом с ней горло кому перережут, она и глазом не моргнёт, после таких-то ужасов.
Размышляя на эту тему, я упустил момент, что избушка давно развернулась, как ей и было указано. Уже стоит с открытой дверью, приглашая пройти внутрь. А я застыл как вкопанный, находясь под впечатлением от увиденного. Привёл меня в чувство лишь хриплый старческий голос:
- Фу-фу, русским духом пахнет! – ехидно добавив: - Хотя нет, скорее уж душком. А ты, Митрофан, что думаешь? Обещанного царевича к нам занесло али всё же бродягу какого?