Навья царевна. Иван

Глава 9

Предложение Костия было полным сумасшествием. Но понял я это отнюдь не сразу. Слишком занят был, дабы сесть и хорошенько подумать над словами ведьмака. Ведь поначалу Кощеев сын толком ничего не объяснил, упомянул лишь, что Баюн этот – кот учёный. Всё ему ведомо должно быть: и что твориться сейчас, и что творилось на белом свете много веков назад.
В общем, идеальный источник знаний для нас. Мы-то отлично разумели, что с Яги нам не вытрясти ничего про червоточину. Она лишь слухи людские нам пересказывала. А сколь в этих толках правды? Капля?
Только вот разговор о Баюне у нас с шурином на этих отрывочных сведениях и застопорился. Более о коте Костий и не знал, или же, что вероятнее, ведал такое, что решил не упоминать, дабы меня не пугать. Так как слишком подозрительна была оговорка Яги о мясце свежем, и судя по всему не простом, а человечьем. Но все мои вопросы о том, что этот кот жрёт, оставались без внятного ответа. Да и вообще любые мои попытки добиться более чётких объяснений Кощеев сын столь искусно избегал, что даже вызывал восхищение. Дипломаты батюшкины могли у ведьмака поучиться, как сказывать так, чтобы и ответить вроде и сведений никаких толковых не дать.
В общем, помаялся я так пару дней, послушал отговорки различные, а потом плюнул. Не говорит, так не говорит. Ежели и дальше ничего не объяснит, то сам свою блистательную идею осуществлять будет. К Баюну меня никто силком никто не затащит, покуда не пойму, что за зверь это такой дивный. Да как от чуда этого живым уйти можно будет. Думается мне, что именно последнего Костий и не знал, оттого и недоговаривал. Вот пусть и ищет, а мне пока и без кота учёного забот хватало.
Ведь после того, как Яге притащили упырицу, старуха, как и предсказывал шурин, просто на ней помешалась. А вид увлечённой ведьмы, то ещё удовольствие: незабываемое и неповторимое. Причём по поводу последнего, признаться честно, у меня были огромные надежды на то, что в последующей моей жизни сие представление мне действительно видать больше не придётся.
Ибо сначала мне дурно становилось просто от тех опытов да исследований, что она над покойницей проводила. Причём дурнело от души так. Думается мне, что домовой Яги меня тихо ненавидел за все те разы, что меня выворачивало в уголке от великолепных идей его хозяйки. Зуб даю, подурнело бы любому нормальному человеку, услышь бы он её рассуждения. Мне же и вовсе не повезло – приходилось задумки старой карги не только слушать, но и лицезреть во всей красе.
Но, человек ко всему привыкает, так что через три седмицы наблюдений за данными мерзкими экспериментами, я уже даже спокойно попивал бодрящий чай, покуда старуха воплощала свои безумные идеи в жизнь. Именно тогда мне и пришла в голову мысль, от которой мне поплохело ещё сильнее. Что совсем скоро убиенная мной и Тихомиром тварь будет исследована ведьмой до последней косточки, и тогда для меня вновь наступят дерьмовые деньки. Ибо весь свой творческий запал Яга перенесёт именно на меня. А этого допустить было никак нельзя.
Во-первых, как оказалась, старуха действительно была неплохой наставницей, всё же соглашусь с Василисой. Но, видно, со мной она могла таковой быть, лишь когда была достаточно занята другим, более интересным делом, и у неё не хватало времени и сил на издевательства да подставы. И Костий, подкинув ей упырицу, оказал мне поистине неоценимую услугу – возможность учиться, к тому же учиться быстро, хорошо и без измывательств.
Во-вторых, исступлённость, с которой Яга относилась к интересующим её вещам, меня откровенно пугала. Мороз бежал по коже от её лихорадочного взгляда, горевшего просто фанатичным огнём, когда ведьма любовно рассматривала лежащую на хладном столе нежить. А мне ещё хорошо помнилась наша первая беседа, где карга признавалась, что я ей непонятен, оттого и интересен. Нет уж, после увиденного за последние дни, я прекрасно осознавал, что быть интересным безумной старухе – это верный путь к смерти.
Оттого напрашивался один единственный вывод – мне нужна новая тварь. Желательно, живая, дабы у Яги было больше времени, чтобы ею натешиться, а мне подольше малоинтересным для старухи побыть. Только вот упыря придётся искать самому. Костий сейчас больно Баюном да нежитью иной в лесу занят, дабы ещё и тут подсобить.
Но идти в одиночку за монстром таким – глупость полная. Поэтому нужно заручиться силовой поддержкой. Интересно, удастся мне соблазнить Медведя, Селезня, Косого да Щуку на это дело? Конечно, самое простое посулить им золото за их помощь, но согласятся ли они жизнью рисковать даже ради денег больших? Всё же первое знакомство с новой нежитью уж слишком сильное впечатление на всех четверых произвело. Они теперь при одном упоминания о ней, молитвы богам читают. Оттого и есть во мне сомнения, что идея им моя по вкусу придётся.
Нет, можно, конечно, и другим ведьмакам предложить, но с вышеупомянутой четвёркой мы неплохо сработались. А доверие, знание, что тебе завсегда спину прикроют, огромную роль играет в таком опасном деле, как охота на тварей навьих. Именно по этой причине менять команду мне и не хотелось.
Тут нужно действовать хитрее. Помимо денег дать ещё то, от чего они отказаться никак не смогут. Надо бы только узнать, чего они жаждут больше всего на свете. Да и посулить им это за их помощь. Не думаю, что желания простых ведьмаков такими уж запредельными да неподъёмными будут для меня, сына царского.

Прода ещё будет на выходных)