✐ Назло бывшему. Спасти академию драконов ✐

Глава 6.1

Вопрос Лайсии на пару секунд приводит меня в замешательство. Интересно, а что я вообще могу сделать с Диареллой? Я же не знаю местных законов! Какое наказание полагается за нецелевое расходование школьных средств?

За такое точно полагается уволить – думаю, это правило будет единым во всех мирах. Вряд ли тут гладят по головке за то, что ректор, пусть даже временный, закупает для себя всякую мишуру, типа ковров, шкафов, причёсок, платьев и портьер. Штраф наверняка могут вкатить, а то и вовсе в тюрьму отправить.

Сделав себе мысленную пометку как следует разобраться в этом вопросе, я решительно говорю:

— Она будет наказана по всей строгости закона, разумеется! Как я уже сказала, я проведу тщательную проверку, куда и на что были спущены деньги, а там уже разберёмся.

В голосе у меня упрямо звучит твёрдость, хотя внутри я сама немного дрожу. Ещё вчера я была обычной учительницей (пусть и с большим стажем), а теперь вот принимаю решения, от которых, возможно, зависит чья-то судьба.

С одной стороны, это пугает. Но с другой, я вспоминаю, что сама рискую оказаться на каторге, если не докажу свою состоятельность. Значит, придётся быть жёсткой, хоть мне и не нравится играть роль “суровой дамы”.

Лайсия, выслушав мой ответ, кивает с явным облегчением — видно, рада, что еще есть справедливость. Но с другой стороны замечаю мелькнувший в ее глазах страх (возможно, боится что Диарелла ей потом отомстит?).

Правда, ни подумать об этом, ни уточнить у Лайссии я уже не успеваю. Сразу после моих слов о наказании, за дверью раздаётся отчётливый шорох. Как если бы кто-то подслушивал.

— Кто там? — моментально вскидываю я голову и подскакиваю к двери.

Резко дёргаю её на себя, чувствуя как сердце бешено колотится. А ну как за дверью стоит эта самая Диарелла. Тогда меня будет ждать очередная порция скандала…

Распахиваю рывком дверь и замираю…

На пороге стоит женщина лет тридцати, невысокая, но с очень прямой осанкой, ее тёмные волосы собраны в тугой пучок. На ней длинная, неброская туника, перехваченная поясом, на котором с одной стороны болтается внушительная связка ключей, а с другой небольшая книжка, можно даже сказать, блокнотик в кожаном переплете. Во взгляде неизвестной читается легкая смесь любопытства и осторожности, а в руке она держит небольшой свиток.

— Прошу прощения… — произносит она с лёгким покашливанием. — Я… эээ… хотела узнать, где сейчас госпожа Диарелла. Она обещала появиться, но что-то её не видно. И, позвольте узнать, что вы делаете в ее кабинете?

Оценивающе смотрю на неё: по виду — как кто-то из «хозяйственной части» или вроде того. Возможно, отвечает за коммуникации, снабжени. Так и хочется назвать её “завхозом”, но, как я уже успела узнать, здесь такое слово ещё неизвестно.

— Во-первых, это не кабинет госпожи Диареллы и никогда им не был. А во-вторых, теперь здесь госпожи Диареллы не будет, — отвечаю я, стараясь говорить максимально вежливо, без эмоций. — Начиная с сегодняшнего дня все вопросы буду решать я. Меня зовут Анна, и я новый ректор этой академии. А теперь, расскажите пожалуйста, что случилось, зачем вам была нужна госпожа Диарелла?

Женщина явно не верит на слово. Дергает бровью, придирчиво оглядывает меня с ног до головы, потом переводит взгляд на Лайсию.

— Да-да, все именно так, — робко, но с готовностью подтверждает она, — Госпожу Анну назначил на это место Магический Совет.

Выдав скептическое “хм”, неизвестная дама пожимает плечами и тяжело вздыхает. По всей видимости, принимает для себя, что это не шутка, хоть и не может поверить в это до конца.

— Даже не знаю… — медлит она, — Тут такая ситуация. Приехали члены комиссии. Месяц назад они уже были в нашей Академии — устраивали проверку. И теперь они вернулись. Сказали, что госпожа Диарелла их ждёт, у них была договорённость. Я и подумала, что они прямо сейчас к ней пойдут. А её-то не видно. Вот я… пришла узнать, где она.

Внутри у меня взрывается коктейль из досады и тревоги.

Комиссия? Только этого не хватало!

Я даже толком не успела здесь ни с чем разобраться, а саму Академию видела лишь мельком. Правда и того, что я увидела мне более чем хватило. Но с другой стороны, страшно тогда подумать какие тут нарушения можно найти помимо тех, что я уже приметила.

И как, спрашивается, мне выкручиваться?

— Просто прекрасно, — роняю я. — Одна проблема за другой. Ладно, я с ними разберусь. Вы можете проводить эту комиссию сюда?

Я показываю жестом на стол и запоздало замечаю все еще лежащий на нем торт, чашки и смятую скатерть от недавнего чаепития.

— Да, — вдруг осеняет меня, — Перед тем как пригласить их, пожалуйста, прихватите с собой вот это всё, — указываю я на торт и чашки.

Не хватало мне еще, чтобы комиссия решила, что это я тут в рабочее время чаи гоняю, пока вороны скачут по развалинам академии.

Женщина слегка поджимает губы, но кивнув, берёт тарелку с тортом и, придерживая другой рукой чашки, нехотя выходит. Перед этим она бросает на меня взгляд в котором читается: “господи, куда мы катимся”, но спорить не решается.

— Лайсия, — поворачиваюсь я к девушке, — тогда ты можешь быть свободна, занимайся теми делами, о которых мы договаривались.