Назови ее как меня

Глава 2. Беседа в гостиной

- Каля! Дорогая! Что с тобой, в самом деле?

- Ох, Рита!.. Нет, погоди! Ты проходи, пожалуйста, что же мы тут, на пороге!.. Риточка моя, как я тебя ждала! Мне нужно много тебе рассказать!

Калерия повернулась и снова в большом зеркале прихожей увидела отражение – что уж, выглядит она и правда неважно…

«Мне как будто пару лет набросили… Нужно взять себя в руки. В конце концов, я не одна». 

Девушки прошли в гостиную.

- Ну, красотка, рассказывай, – подруга мягко скрестила ноги, поджав их под бархатное основание молочно-бордового кресла.

Рита – идеальная женщина. Таково было убеждение Калерии. Спокойная в душе, изящная в манерах – казалось, невозможно представить более важных светских черт в этом постоянно бегущем, кричаще шумном современном мире.

- Рита, - начала было Калерия, но почувствовала, что к горлу будто подступает ком – там было все – грусть, обида, не успевшее пройти состояние кому-то чем-то обязанной, от чего еще более усиливалось чувство обиды.

- Рита, - повторила девушка, собравшись, - Он уехал.

Рита внимательно посмотрела на подругу:

- Каля, но… Скажи, а почему ты – здесь?

- Он не позвал.

- Не позвал?

И тут произошло то, что давно должно было произойти – грудь девушки медленно поднялась вверх, и резкое, судорожное дрожание всего тела стало всего лишь маленьким дополнением самого горького рыдания.

- Калечка, прости! Дорогая моя, ты что?!

Рита крепко обняла подругу, стараясь хоть немного сгладить страдания подруги.

- Все хорошо… Теперь, - Рита сделала особенное ударение на слове «теперь», - Теперь, Каля, все будет хорошо.

- Ага! – Калерия продолжала всхлипывать. – Рита-а-а! Ты! Сама-то! Веришь в это?

Девушка постепенно начинала приходить в себя.

- Рита. Просто… Просто я сейчас в таком состоянии, что я не понимаю… Не понимаю, как вообще мне теперь быть.

Рита задумалась. Она медленно отпустила подругу и села рядом.

- Можно? – карие глаза быстро порхнули по лицу Калерии.

- Да. Ты знаешь, тебе можно.

- Хотя нет, не буду, - Рита быстро высунула руку из сумки, и золотая молния на лазерной коже отразила лучи все больше палящего солнца. – Нам сейчас ни к чему дым.

- Вот как теперь? – продолжила Калерия, - Слушай, я вот представляла нашу с тобой беседу. Думала, все обсудим. Я!.. смогу обсудить... – серьезно, спокойно. Что-то я…

- Да ты что, Каля! – Рита встала. – Ты вообще молодчина. Тут даже я растерялась. А ты. Ты – моя героиня. Я даже на пороге не встретила тебя в слезах. Знаешь, Каля… Это к лучшему все.

- Рит. Но так больно.

Рита прищурилась и внимательно посмотрела на подругу. Она пришла в себя и даже подготовила вдохновляющую тираду с планом действий.

- Дорогая моя. «А был ли мальчик?» - Рита улыбнулась. Девушка любила внести новый смысл в забытое старое. – А был ли хороший мальчик?

- Что ты имеешь в виду? – Калерия совсем успокоилась и теперь немного озадаченно смотрела на Риту, пытаясь включиться в процесс собственного возвращения к жизни.

- Эх, Каля… Не знаю, кто прав, кто виноват, но я убеждена: когда любят - не бросают.

Рита серьезным взглядом окинула подругу.

- И если так – то и зачем оно?

- Рита. Но… Неужели… Не любил?

Калерия еще раз судорожно втянула носом воздух и повернулась на окно. Лучи на долю секунду ослепили глаза, в которых еще сохранялись слезы. Девушка зажмурилась, и снова голова закружилась в пучине воспоминаний.

***

- Грустишь? Но солнце не умеет грустить – оно всегда веселое.

Калерия повернулась

- О, я не заметила, как ты подошел! Как я рада тебя видеть!

- Ты снова задумчива. О чем мечтаешь?

- Наверное, о том, чтобы чаще видеть тебя! – Калерия совсем повернулась к Олегу.

В торговом центре было шумно. Выходной давал о себе знать.

- Ну, думаю, скоро это будет очень даже реально! Калечка, мне нужно с тобой поговорить. Пойдем, тут недалеко есть ресторанчик – через парк.

- Пойдем… - девушка просияла.

Ведь перед ней был он – удивительный, сильный, мужественный, способный сказку сделать былью, а проблемы решить, кажется, по щелчку пальцев. Голова приятно кружилась, трезвых мыслей не оставалось, а было лишь одно чувство – пускай так продолжается всегда.