Называйте меня Элизабет

Глава 7

Обед был потрясающий, но Лиза очень скоро устала от нескончаемой перемены блюд и потока восхвалений мистера Коллинза. Как только выносили новое блюдо, Коллинз рассыпался в похвалах и откровенно льстил леди Кэтрин. Лиза украдкой посматривала на важную хозяйку Розингса, ожидая с минуты на минуту, что леди Кэтрин непременно одернет зарвавшегося льстеца. Но ничего подобного не происходило, напротив престарелая дамочка с довольным видом принимала все похвалы за чистую монету.

Сама Лиза сидела как на иголках, беспокоясь, что перепутает вилку к очередной смене блюд. Хорошо, что Шарлот сидела напротив и она брала только то, что ела миссис Коллинз и зорко следила за столовыми приборами. Лиза вздохнула с облегчением, когда обед наконец. закончился и все переместились в гостиную.

Она села в уголок дивана, рядом с Шарлот, и с неприкрытым любопытством начала рассматривать убранство огромной залы. Можно было не стесняться и выражать свои наивные восторги; как она поняла, именно этого и ждала от них хозяйка. Пока в этом преуспел только Коллинз, практика у него была большая в этом деле. Лиза вынуждена была это признать и даже в душе радовалась, что он был опять на сцене со своими похвалами и восторгами.

Леди Кэтрин величественная и довольно красивая дама, несмотря на преклонный возраст. Замашки царственные, а язык злой – это Лиза уяснила ещё за обедом. Она допрашивала Шарлот с таким пристрастием, как будто речь шла не об огороде и домашней скотине, а о тайнах мадридского двора. Эта дама напомнила Лизе их ректора – женщину в годах, но не потерявшую шарма. Ректор вела себя как английская королева, рассматривая служащих университета как своих подданных, которые должны служить ей верой и правдой за маленькую копеечку.

При мыслях о таком сравнении, Лиза не удержалась от улыбки, которая не ускользнула от внимания леди Кэтрин.

- Элизабет, расскажите мне о своих сестрах, - вдруг потребовала она, возвысив голос.

Лиза испугалась, что ей известно о сестрах Беннет? Совсем немного, к тому же она не знает, каких сведений ждёт старуха.

- У меня четыре сестры. Джейн – старшая. Мэри, Китти и Лидия – младше меня.

- Вот как? И сколько у вас было гувернанток?

- Ни одной! – брякнула Лиза. Она совсем не была уверена в правдивости этой информации, но решила, что никто не будет оспаривать правильность её слов.

- Не было гувернантки? Неужели, ваша мать сама воспитывала пятерых дочерей? О, это просто подвиг с её стороны! Бедная женщина!

Подумаешь, бедная женщина! А как современные мамаши, воспитывающие пятерых, да ещё и работающие, чтобы пенсион себе обеспечить? У мамаши Беннет полный дом прислуги и судя по младшеньким – никто и не заморачивался их воспитанием. Ну, а старшим просто повезло, что мамаша была сильно занята младшими и не успела привить им свой дурной вкус и взгляды на жизнь.

- Элизабет, вы рисуете?

- Ах, нет! Нас этому не обучали!

- Вот как! Очень жаль! Для молодой воспитанной девушки, это прекрасное занятие. Моя дочь могла бы достичь многого на этом поприще. Если бы не слабое здоровье!

Лиза посмотрела на маленькую тщедушную дочку леди Кэтрин. Она весь обед молчала и сейчас, как будто совсем утонула в тени величественной фигуры своей мамаши. Она прикладывала кружевной платок к своему длинному красному носу, похоже у неё был хронический гайморит и от этого она сильно страдала. Опять же, ей не мешала бы хорошенько высморкаться, а не тереть бесконечно свой нос. В душе Лиза пожалела бедняжку. Она сама как-то болела этим гайморитом и ей чуть не пришлось делать прокол. Хорошо всё обошлось, но она помнила, как невыносимо болела голова. У этих несчастных людей, даже аспирина нет, ни говоря об антибиотиках. Что с того, что они живут во дворце и кушают из тарелок тонкого фарфора? Здоровье не купишь ни за какие деньги, тут эта поговорка довольно наглядно работает. Загрузившись этими мыслями, она пропустила мимо ушей очередной вопрос леди Кэтрин.

- Ой, извините, я не расслышала, - пискнула она, почувствовав, как острый локоть Шарлот врезается ей в бок.

Лиза подумала, что она так волновалась последний раз только на экзаменах. Эта леди просто дракон в юбке. Почему она ей должна угождать и унижаться? Эх, надо бы скорее проснуться пока она тут не опозорилась и не подвела Коллинзов под монастырь. Хотя их дом и так отчасти напоминает богоугодное заведение.

- Милочка, вы ведь играете и поёте? – снова повторила свой вопрос леди Кэтрин.

Ну, вот и апокалипсис, который она предвидела! Элизабет играла и пела, но она не Элизабет! Как ей выкрутиться, и кто её спасёт? Уж точно не Коллинз. Вон он улыбается и облизывается. Предвкушает, гадёныш! Нет, не её крах и позор, конечно. Он ведь считает, что сейчас она блеснет своими талантами и удивит его благодетельницу.

- Леди Кэтрин, я давно не играла. Пусть лучше Шарлот сыграет, у неё это намного лучше получается.

- Скромность украшает молодую девицу, но сейчас она неуместна. Я слышала, как отвратительно играет Шарлот. Ах, вот моя дочь поистине талант, но её слабое здоровье – это досадное препятствие. Я вынуждена была прервать её обучение, а какие надежды она подавала! Так что милочка, не стоит вам ломаться и набивать себе цену. Садитесь за инструмент и покажите на что вы способны.

Лиза не посмела больше пререкаться, и с видом обречённой на казнь пошла в дальний угол залы, где стоял рояль. Открыв крышку, она уставилась на клавиши, в отчаянии понимая, что сейчас расплачется и погубит репутацию книжной Элизабет. Робко дотронувшись до белой клавиши наугад, она утопила её до конца и тут же в ужасе отдёрнула руку. Раздался жалкий дребезжащий звук.

Эх, и почему она не посещала музыкальную школу, как многие её школьные подруги? Она даже намекала маме, что ей было бы неплохо вместе с Люськой ездить в эту школу, но мама отказала ей наотрез. Ей, конечно, было обидно. Чем она хуже Люськи? Вот теперь это умение играть спасло бы её от позора, но кто мог такое предвидеть? И почему она никак не проснётся, сыта она по горло этими обедами и шикарными интерьерами.