Не Адская Академия или Узы брака не предлагать!

3 ГЛАВА

ГЛАВА 3

Комната, в которой мне придется просидеть в заточении ближайший месяц, представляла собой печальное зрелище. Хотя, чего можно было ожидать? Кровать есть, пусть узкая и твердая, но есть, стол и стул. Ах да, за ширмочкой умывальник и унитаз – унизительно, слов нет, только жить хочется. Наверное, в такие моменты и понимаешь, как же хочется жить! Дверь толстая, сантиметров пятнадцать, железная, глухая. Окошко под потолком на форточку похоже, сыро и холодно, чувствую, что уже простужаюсь.

Оглядевшись и вконец погрустнев, я опустилась на  кровать, сгорбилась и поникла. Рион замер на пороге каменным изваянием  и, судя по всему, не мог прийти в себя. Хотелось что-то сказать, съязвить, но я прикусила язык. Он-то ни в чем не виноват. Сама нарабатывала репутацию, и сейчас все сыграло против меня. Кто же так мастерски меня подставил?
- Я убью Рене!

Хватило одного лишь взгляда, чтоб понять, что факультет созидателей сегодня осиротеет. И момент этот очень близко. Прямо холодком повеяло, словно сама смерть прошла мимо меня в поисках жертвы. Только вот добром это не кончится.

- Можно мне мои учебники и тетрадь, чтоб я могла заниматься. Все время не впустую проводить.      

 - Да, - словно выходя из астрала, кивнул разрушить. Мне надо было его отвлечь, чтоб не натворил сгоряча.

- И вещи сменные… и белье, - вот теперь я мучительно покраснела, чем вызвала недоуменно нахмуренные брови на очаровательно-растерянном лице Риона.

- Я ведь даже не подумал, а к тебе никого кроме меня и не пустят. Об этом сама школа позаботиться.

Стремительно шагнув в  клетушку, он безжалостно вырвал лист из своего ежедневника. Своего! Да он к этой тетрадочке относился как к части себя.  Как к живому существу...

Сей факт меня потряс до онемения. Точнее, я сама себе рыбу напоминала и сейчас медленно проходила все стадии эволюции от низших существ к венцу творения – человеку разумному.

- Напиши все, что тебе необходимо, - и участие в голосе неподдельное, - я принесу вещи перед рассветом.       

Н-да, а ведь если он и дальше продолжит так же громко скрипеть зубами, на них вообще эмали не останется. Главное, я совсем уже не переживаю, а он злится. Истерика немного притупила чувства и пока Рион рядом, мне спокойно, что ли.

Рука заскользила над листом, а в голове крутились мысли далекие от произошедшего в кабинете директора.  Почему-то вспомнилось, как пару дней назад разрушитель высшей категории, заместитель директора школы в одних брюках отрабатывал удары во внутренне дворике, совершенно не стесняясь восхищенных взглядов женской половины обитательниц сего курятника. А мышцы так и перекатывались под загорелой кожей и капельки пота алмазами сверкали на солнце. Стоп!!!

- Пижама, тапочки, косметичка…     

Сделав два шага, Рион снова остановился у двери, как истукан. Его брови сдвинулись, глубокие темные глаза сузились, а черты лица обострились.  Именно сейчас он как никогда напоминал хищного зверя, который наметил жертву.  Его угрюмый взгляд  сконцентрировался на носках ботинок. К слову, идеально начищенных и блестящих.  Интересно, о чем он думает?

— Что делать будем? — спросила я, когда список «самого необходимого» заполнил весь лист.

— Добиваться снятия обвинений! — в его голосе слышалась сталь. — Ради простого любопытства, скажи: сколько у тебя врагов?

— Где? – уточнила я, так, на всякий случай. Да и вообще, откуда мне знать?

- В школе, - иронично ответил Рион и криво улыбнулся. – Никто другой не мог организовать то, что произошло, а школа чужаков терпеть не станет, уж поверь.  

— Могу сказать только, что после сегодняшнего, один явный лидер наметился, а больше… даже не знаю. Честно! В силу юных лет мне казалось, что у меня нет врагов? Возможно, удар был направлен не на меня, я лишь послужила удобной ширмой.

— Да. Возможно.

- Ну, вроде все… надеюсь, мне больше ничего не понадобится.

Забрав список, Рион пожелал мне спокойной ночи и, смутившись, быстренько покинул помещение. Комнатой назвать эту клетушку  - язык не поворачивался, а считать себя заключенной в тюремную камеру не очень хотелось.  Когда я осталась одна, как водится, снова накатила тоска и жалость к себе любимой. Правда, орошать твердую подушку горючими слезами я себе не пока позволила. Не дождетесь!  

- Мама, - стоило мне это сказать, как все внутри сжалось, - я так скучаю?

Глаза защипало, и сдавленный всхлип вырвался из груди. Как бы я не старалась отогнать от себя мысли о доме и семье все впустую. Как так получилось, что я осталась совсем одна в огромном чуждом мне и злобном мире? Что стало причиной? 

- Почему? – полувсхлип, полувой заставил усомниться в том, кому он принадлежит. Хотя, нет, в помещении кроме меня никого не было. Совершенно!

 И это та, которая решила, что больше плакать не будет. Ну да, и меньше  - тоже!

Не знаю как, но мне все же удалось забыться беспокойным сном, и как было обещано, Рион вернулся с кучей вещей.

- Значит, уже скоро рассвет?

- Да, но сейчас не об этом. Вот, все что ты просила и еще… чтоб не случилось, знай…

- Опять что-то произошло, и снова обвинили меня? – не скрывая иронии в голосе, спросила я, вскакивая с кровати. Спросонья у меня всегда отвратительное настроение, а твердая кровать и неудобная подушка не способствовали улучшению самочувствия. Я замерзла, тело занемело, глаза болели, словно в них песка насыпали, и горло ко всему першило нещадно.

- Дана, нам надо поговорить.

- О да, за подобными безликими словами обычно скрывают самые плохие намерения. Вроде все так культурно и чинно, а как копнешь поглубже, так и лезет всякое го… хм, нехорошее.