Не беси, сосед — приворожу!

Глава 4

В какую сторону идти я долго не раздумывала.

Разумеется, налево!

Ни за что не пойду просить помощи у блондина.

Налила полный чайник воды из бутылки и отправилась к соседке. Знакомство наше не задалось, но и не прогонит же она меня. Заодно и свечу выпрошу со спичками. Кто его знает, вдруг свет до утра ждать не стоит.

— Зелье варить собралась? — встретила меня старушка.

— Ага. Приворотное. Откуда узнали?

— Так ты же ведьма.

Тьфу!

Нет, это уже не смешно. Не хватало, чтобы и меня в местную нечисть записали.

— Да с чего вы взяли?

— А как же? Бабка твоя ведьмой была, теперь тебе дар в наследство предала, — искренне удивилась моей непонятливости соседка. И тихо, себе под нос, но я расслышала, добавила: — Карга старая, чтоб ей икалось на том свете.

— Дом она мне свой завещала, это правда, но большое ничего. Или сами не помните, какой жадной была Настасья? — подмазалась к соседке, давя на желание посплетничать.

— А ну, перекрестись! — приказала женщина.

Покорно сделала как она велела.

— Теперь верите? Давайте лучше заново познакомимся. Моё имя вы знаете, а я ваше нет.

— Баб Нина я, — соседка почти успокоилась, поверила в мою непричастность к тёмным силам. — Проходи. Чего тебе? Чайник согреть? А сама что?

— Света нет.

— Случается здесь такое, — кивнула баб Нина. — То у кого-то одного отключат, то у всей деревни разом. Садись, сейчас чай пить станет.

Чай у баб Нины оказался волшебным. Ароматным, травяным.

— Вкусно! — Зажмурилась от удовольствия.

— Сама собирала, сама сушила, — похвасталась соседка, доставая угощение.

Мысленно дала себе оплеуху. Пришла в гости и с пустыми руками. Надо было хоть конфет с собой прихватить.

— Ты уж на меня не обижайся, да только бабка твоя, не к ночи помянута, взаправду ведьмой была. Теперь-то я вижу, взгляд у тебя голубой, совсем не Настасьин. Зато она бывало как зыркнет глазищами своими чёрными, так и спотыкаешься на ровном месте. Представь, каково мне с ней по соседству жилось? Через забор-то! Никуда от неё не спрячешься. Выйду поутру огород полоть и чую как меж лопатками горит, а к вечеру в пояснице так и прихватит.

Хотела сказать, что спина у соседки, скорее всего, начинала болеть от долгой работы, но смолчала. Интересно, какие ещё байки здесь ходили о моей бабули?

— Шастали к ней постоянно. И из города приезжали и из столицы. Машины такие блестящие, красивые. Женщины из них выходили все из себя, сразу видно богатые, с деньгами.

Интересное кино. Получается, ведьмой Настасью считали не только местные жители. Более того, бабуля успешно освоилась в этой роли и зарабатывала неплохие, судя по обстановке в доме, деньги. Теперь понятно, для чего предназначалась убогая комнатёнка при входе. В ней бабка принимала посетителей, разыгрывая из себя ведьму-бессребреницу.

— Я уж как не стало её, в церковь забежала, свечку за упокой на радостях поставила. Ой! — У соседской сплетницы всё же хватило такта замолчать.

— Только не помогло это, — понизила голос баб Нина. Оглянулась на окно.

Я последовала её примеру, но ничего не увидела. Только собственный дом с тёмными окнами тонул в сгущающихся сумерках.

— Всё кажется смотрит на меня Настасья.

Вода в чайнике давно вскипела. Пора уходить отсюда. Я всё узнала, да и спать хочется.

— То молоко скиснет, то кролики разбегутся. Шалит Настасья. Не пришлась видать ко двору на том свете, вот и бродит призраком, неприкаянная.

Голова моя пошла кругом. Хватит с меня информации на сегодня.

— Спасибо, баб Нина. — Вежливо, но решительно поднялась, взяла чайник. — Пойду я, поздно уже.

— Ох, деточка, в нехорошее ты место приехала, — запричитала соседка мне вслед. — Уходи, уезжай отсюда, пока беды какой не случилось.