Не бойся 2

Глава 5. Охотники в зеркалах

Спуск с небоскреба превратился в изнурительное испытание. Здание, некогда бывшее вершиной инженерной мысли, теперь словно обрело зачатки враждебного разума и сопротивлялось их уходу. Лестничные пролеты, которые ночью казались твердыми, теперь вибрировали под ногами, издавая стоны, похожие на звуки расстраиваемого альта. Светящийся мох на ступенях стал маслянистым и скользким, выделяя густую липкую субстанцию, пахнущую озоном и жженой резиной. Каждое движение сопровождалось эхом, которое возвращалось к ним с задержкой, создавая иллюзию, что кто-то невидимый следует за ними шаг в шаг.

Когда они наконец вывалились из дверного проема на улицу, город встретил их плотным, молочным туманом. Это не было обычное атмосферное явление. Туман состоял из мельчайших светящихся частиц — спор или нано-кристаллов, которые искажали законы оптики. Здания за пеленой тумана казались то бесконечно далекими, то нависающими прямо над головой. Расстояния стали субъективными.

— Держись за лямку моего рюкзака и не отпускай, что бы ты ни увидела, — скомандовал Артем, его голос звучал приглушенно, словно через слой ваты. — В этом мареве компас бесполезен, а наши чувства лгут. Сканеры Организации, если они еще функционируют, будут здесь сходить с ума от помех, но это значит, что и мы абсолютно слепы.

Они двинулись вдоль фасадов, которые когда-то принадлежали процветающим банкам, модным бутикам и уютным кафе. Теперь витрины этих заведений претерпели пугающую метаморфозу. Стекло не разбилось — оно превратилось в идеальные, кристаллические зеркала, лишенные малейших изъянов. Но отражали они не ту реальность, в которой находились Лена и Артем.

Сначала это было лишь мимолетное движение на периферии зрения Лены. Странная тень, которая не соответствовала ее собственной походке. Она резко обернулась — за спиной был только туман и мертвая тишина пустой улицы. Но когда она снова посмотрела в зеркальную поверхность витрины заброшенного магазина одежды, ее сердце пропустило удар.

В отражении, в нескольких метрах за ее спиной, стояла фигура. Она была высокой, неестественно тонкой, с конечностями, которые казались слишком длинными для человеческих пропорций. Кожа существа имела тусклый оттенок ртути, а вместо лица была абсолютно гладкая, зеркальная поверхность, в которой дрожало искаженное лицо самой Лены. Существо не двигалось в физическом мире, его не было на асфальте рядом с ними, но оно отчетливо стояло там, в мире отражений, наблюдая за ними из той стороны реальности.

— Артем... в зеркале... за нами... — выдохнула Лена, чувствуя, как холодный пот стекает по позвоночнику.

Артем мгновенно развернулся на месте, вскидывая пистолет. Его движения были отточены годами тренировок, но сейчас они казались бесполезными. Улица была пуста. Только туман, обломки машин и ржавые остовы фонарных столбов. Никаких ртутных существ.

— В отражении, Артем! Смотри в стекло, а не на дорогу! — закричала она, указывая на витрину.

Он взглянул в зеркальную поверхность. Ртутная фигура была там. И она была не одна. Из глубин отраженного торгового зала, из-под перевернутых вешалок и призрачных манекенов, начали выходить еще десятки таких существ. Они двигались синхронно, абсолютно бесшумно, копируя позы Лены и Артема, но с едва заметной задержкой в долю секунды, словно старая кинопленка.

— Фазовые перевертыши, — прошептал Артем, и в его голосе Лена услышала узнавание. — Я видел секретные отчеты в архивах Совета. Это существа из «промежуточного состояния» материи. Теоретически, они не могут коснуться нас в нашем слое реальности, пока...

В этот момент ведущее существо в зеркале сделало то, чего Артем не ожидал. Оно не просто стояло. Оно подошло к стеклу с той стороны и с силой ударило по нему ладонью. Стекло не разлетелось на осколки. По нему пошла тяжелая, маслянистая рябь, как по поверхности ртути. И из этой ряби в наш мир начала медленно просудываться длинная, бледная рука с пальцами, заканчивающимися острыми кристаллическими когтями. Граница между отражением и реальностью начала истончаться.

— Бежим! — рявкнул Артем, хватая Лену за воротник куртки и дергая вперед.

Они сорвались в безумный бег по изломанному асфальту. За их спинами раздался странный звук — не звон разбитого стекла, а тяжелый, рвущийся звук, словно кто-то кромсал плотную парусину. Перевертыши выходили из витрин, из глубоких луж, из хромированных деталей брошенных машин — из любой поверхности, способной отражать свет. Они не бежали в привычном смысле слова. Они «перескакивали» из одной отражающей точки в другую, мерцая, как испорченные голограммы, и с каждым скачком они становились все более материальными в этом мире.

Артем развернулся и открыл огонь. Грохот выстрелов в замкнутом пространстве улицы был оглушительным. Но пули просто проходили сквозь ртутные тела, оставляя в них лишь мгновенные воронки, которые тут же затягивались. Существа лишь на секунду рассыпались на мириады искр, после чего собирались снова, становясь еще ближе.

— Обычный свинец их не остановит! — крикнул Артем, втаскивая Лену в узкий, темный переулок, заваленный строительным мусором и пахнущий плесенью. — Они питаются кинетической энергией!

Перевертыши окружили выход из переулка. Их зеркальные лица теперь отражали не Лену, а самые страшные кошмары, которые таились в ее подсознании. Писк, исходящий от них, стал невыносимым, он ввинчивался в череп, вызывая тошноту и головокружение.

— Лена, вспомни резонанс! — Артем прижал ее спиной к холодной стене здания. — Твоя кровь, твой генетический код — они созвучны этому миру! Вспомни, как ты перегрузила кристалл в пещере! Ты можешь изменить частоту пространства вокруг нас! Сделай это, или они выпьют наши жизни через наши же тени!

Лена зажмурилась так сильно, что перед глазами поплыли кровавые пятна. Она чувствовала, как ртутный холод существ приближается. Она сосредоточилась на пульсации в своих ладонях — той самой силе, которая раньше приносила только боль. Теперь она приняла эту боль как инструмент. Она представила, что реальность вокруг них — это натянутая струна, а она — медиатор. Ей нужно было ударить по этой струне так, чтобы звук разрушил чуждую гармонию перевертышей.

Она резко вытянула руки вперед, широко расставив пальцы, и закричала — не от страха, а от яростного желания выжить. Из ее ладоней вырвалась не вспышка, а видимая волна чистого, белого искажения. Это не был взрыв. Это была вибрация такой запредельной частоты, что туман вокруг них мгновенно аннигилировал, а бетонные стены зданий покрылись сетью глубоких трещин.

Существа-перевертыши замерли на месте. Их зеркальные тела начали покрываться миллионами мелких трещин, словно лопающееся лобовое стекло. Они задрожали, издали звук, похожий на скрежет металла по стеклу, и рассыпались в мелкую, ледяную крошку, которая, не успев коснуться земли, испарилась, оставив после себя лишь запах озона.

Лена рухнула на колени, ее грудь тяжело вздымалась. Ее правая ладонь дымилась, кожа на ней стала пугающе прозрачной, так что можно было рассмотреть светящиеся, пульсирующие вены и кости, которые теперь казались сделанными из матового стекла.

— Ты справилась... — Артем опустился рядом с ней, его руки дрожали, когда он осторожно коснулся ее плеча. В его взгляде восхищение боролось с глубокой тревогой. — Но цена слишком высока. Каждое такое использование силы... оно переписывает тебя, Лена. Ты становишься частью этого мира быстрее, чем мы успеем найти ответы.

— Я уже не чувствую себя человеком, Артем, — она посмотрела на свои прозрачные пальцы. — Я чувствую себя инструментом, который кто-то забыл настроить. И этот город... он хочет, чтобы я начала играть.