Не бойся, никто не узнает

Глава 8

Глава 8

Как же хочется пить.

Я будто сутки без воды провела.

Ужасное ощущение.

Чтобы поскорее избавиться от него, я привычным движением тянусь к прикроватной тумбочке справа, где по обычаю стоит стакан с заранее приготовленной на такие случаи водой. Вот только вместо стакана рука натыкается на что-то тёплое и дышащее. Провожу ладонью, желая убедиться в обратном, но под пальцами… стук. Ровный, ритмичный. Так бьётся чьё-то сердце. Мягкая кожа хранит под собой твёрдые мышцы. Мужские. Скольжу ниже, всё ещё не веря в то, что ощущаю. Чувствую бугорки пресса.

Чёрт!

Приоткрыв один глаз, молюсь, чтобы мои ощущения меня всё же подвели. Хотя бы раз в жизни. Но увы. Рядом со мной действительно лежит парень. Точнее это я на нём возлежу. Светлая кожа, прокачанные мышцы живота, переходящие в зону паха. Тоже твёрдого такого, как и его пресс. Прикрытого лишь одними тонкими боксерами.

Какого?..

Вместе с вопросом, разум наполняют воспоминания.

Папа. “Подружки”. Мармелад. Холодный душ. Захар.

Захар!

Первородные, скажите, что это неправда!

Мне всё приснилось, да ведь? И не было между нами… Ничего не было!

А Захар рядом в таком виде, потому что… потому что это утро, после того, как он вынудил меня ночевать в его комнате!

Да. Хорошая отмаза. Была бы. Будь мы в его комнате. Но мы не в ней. Стоит только перевести внимание на окружающее нас, в глаза бросаются мятные стены и больничные койки.

Медблок. Женское отделение.

А значит…

Не приснилось.

Ничего!

Ой, мамочки-и…

— Если сдвинешь руку ещё ниже, мне будет приятнее.

Как кипятком шпарит. Тут же шарахаюсь от него прочь. Чуть не падаю, но это не важно. Для меня. А вот Захар реагирует молниеносно. Ловит и притягивая обратно к себе. Недавно укрытая одеялом, я оказываюсь лежащей на нём голой грудью.

Голой, блин!

— Ты… — начинаю, но замолкаю, так и не найдясь со словами.

Да и он смотрит на меня с привычной насмешкой, убивая любое желание что-то говорить ему по этому поводу.

— Отпусти меня, — пищу полузадушенным голосом.

— Уверена, что именно этого желаешь? — ухмыляется он.

— Уверена!

Захар вновь ухмыляется. И руки от меня убирает. Разводит их в разные стороны. Вот только я не спешу вставать, как говорила. Сперва тяну повыше сбившееся на талии одеяло. Оно как назло не подтягивается. Нужно приподняться, чтобы поправить его, но опять же, если приподнимусь, засвечу грудь перед этим озабоченным мерзавцем. И он это знает. То-то лыбится широко и радостно. Чудовище!

— Помочь? — уточняет, не скрывая веселья.

— Обойдусь! — парирую гордо.

И укладываюсь обратно на него. Ну а что? Он сам первый меня на себя уложил, я здесь не причём.

Слышу хриплый смешок, а затем его руки вновь оборачиваются вокруг меня. Ладони накрывают почти всю спину, защищая от прохлады не хуже одеяла. В голове рождается новая вспышка из череды воспоминаний. То, как он обнимал меня в душевой. Осторожно, бережно, защищая. А я… Я откровенно и нагло домогалась его в ответ.

Боги, какой кошмар!

И то, что я пребывала не в себе, нисколько не успокаивает.

Я-то искренне считала, что за свою жизнь достаточно настыдилась, чтобы не реагировать на такие моменты, но нет, оказывается, это чувство во мне ещё очень даже живо. Более того, растёт с каждой пройденной минутой и новым калейдоскопом воспоминанием.

Кажется, мне снова нужен холодный душ. Но уже чтобы не сгореть от стыда и смущения перед Захаром.

Ну почему меня нашёл именно он? Нельзя было кого-то другого послать? От кого бы можно было легко отмахнуться и забыть этот свой очередной позор. Будто мало мне безобразной сцены с отцом, которой он стал свидетелем ещё раньше. Не знай я, что все ведьмы вымерли много веков назад, решила бы, что меня в самом деле прокляли на него.

Ужас просто!

— Булочка? — зовёт меня Захар, и я невольно напрягаюсь.

— Что?

— Я так никогда не успокоюсь, — заявляет.

И невесомо проводит подушечками пальцев вдоль всего моего позвоночника.

— Только попробуй… — тяну предупреждающе, когда они достигают поясницы.

Моё персональное чудовище расстроенно вздыхает.

— А ещё недавно умоляла продолжать, — произносит обиженно.

— Это был временный бесплатный пропуск. Дальше только по подписке, — язвлю.

Слышу вибрацию зарождающегося смеха в его груди и почему-то тоже улыбаюсь.

— М-мм… А подписка, так понимаю, штамп в паспорте? — уточняет он с весёлым фырканьем.