Не бойся ночи, там есть Я

3\2

Остаток дня я решила посвятить собственной бабуле. Та жила недалеко по соседству и была крайне неординарной личностью. В свои шестьдесят с небольшим она днями пропадала на ипподроме, в театрах и мюзик-холлах, ведя настолько насыщенную жизнь, что застать ее дома казалось невозможным. Но я позвонила заранее и потому решила прогуляться в гости, прихватив с собой своего нового питомца. Куки давно проснулась и с любопытством выглядывала из корзинки, крутя головой по сторонам.

Светлый особняк в английском стиле, спрятанный за высоким кованным забором, встретил меня яркими окнами и классической музыкой. Бабушка играла в гостиной на рояле любимую Лунную сонату. Она любила красивые дорогие вещи, такие, как этот величественный инструмент и свой большой уютный дом, в котором жила совершенно одна, лишь изредка приглашая гостей.

Облокотившись о косяк у входа в комнату, я не спешила обозначать свое присутствие. Но Куки оказалась не согласна с таким раскладом. Выпрыгнув из корзинки, она помчалась к роялю, чтобы усесться рядом, запрокинуть свою круглую голову и страдальчески завыть. Бабушка повернулась, и ее пальцы соскользнули с клавиш. Собачка тут же замолкла, выпучившись на неё в ответ.

– О боже, буквально на секунду показалось, что в зеркало гляжусь!

Я рассмеялась, подходя поближе.

– Нет, это всего лишь Куки, моя новая подружка, Рик подарил.

– М-м-м, – протянула она, наклонившись, чтобы погладить мопсика по голове, – и что он вытворил на этот раз?

Я закатила глаза.

– Как оказалось, всего лишь пытался спасти меня от очередного ухажера, выставив в неприглядном свете.

– Полагаю, безуспешно?

Я кивнула. Бабуля взяла с тумбочки колокольчик.

– Давай выпьем чаю, и ты расскажешь мне об всём.

Спустя пару минут нам принесли поднос с ароматным напитком и мятными галетами. Я уселась на диван, наблюдая за Куки, с важным видом досконально обнюхивающей новую локацию.

– Его зовут Эмиль Колтер, он сын отцовского партнера. Родители хотят, чтобы мы начали с ним встречаться, мол, чтобы закрепить сделку или что-то в этом роде… Короче, полная дичь. Где это видано? Будто средневековье какое-то.

Бабуля негромко рассмеялась.

– Пускай хотят чего угодно. Главное, чего хочешь ты сама.

– Это понятно, – выдохнула я, отпивая чай, – но в этой семье не так-то просто быть собой. Ты знаешь, я может и сходила с ним куда-нибудь разок-другой. Но он же просто ужасен…

И я в красках и по ролям рассказала все впечатления от нового знакомства, не упустив ни малейшей подробности, на что бабушка только покачала головой.

– Да-а, угораздило тебя. Но не думаю, что всё так страшно на самом деле, – улыбнулась она, наблюдая, как Куки пробует на зуб ножку винтажного журнального столика.

Не страшно? Хм, ну для неё может так и есть. Хорошо быть независимой. Я, в отличие от бабули, этим похвастать не могла.

Она убежденно кивнула.

– Угу. Сама подумай, ну что они тебе могут сделать? Что родители, что этот недалёкий ухажер. Ну наорут, ну оскорбят, и что? Это не должно отражаться на твоем самочувствии. Отращивай броню, Лиля. В этом обществе без нее не выжить. В любом случае, никто не сможет тебя заставить. Сейчас не то время…

Отличный совет, если не знать, что броня лучше всего нарастает на свежие раны. Конечно, бабулю трудно в чём-то упрекнуть, она сама прошла через нечто гораздо худшее. В восемнадцать родители выдали её замуж за настоящего тирана, превратившего ее жизнь в ад. Благо ад закончился через двадцать лет вместе с мужем, потому как тот оказался гораздо старше жены и имел серьезные проблемы со здоровьем. Бабуля очень жалела, что в свое время просто не сказала нет. Но, что сделано, то сделано. Я никогда не пожелала бы подобной судьбы ни для кого, а уж тем более для себя, да и броня далеко не всегда дает стопроцентную защиту. И что же делать? Видимо, здесь мне никто не поможет. Это лично моя проблема, а значит и решать её только мне.

Я поменяла тему, дабы не портить себе настроение еще больше. Изначально планировалось договориться насчет Куки. У бабули жили множество собак, не мопсы, правда, а таксы и корги. И я рассчитывала оставлять у нее иногда свою новую подружку, чтобы та не скучала, если у меня выпадет длинный день в институте. Бабуля без вопросов согласилась. Я пообещала занести Куки завтра с утра, и, захватив из бабушкиных запасов немножко корма и пеленок, отправилась обратно.

Давно стемнело. Благо, идти было недалеко, по прямой через красивый природный парк, где вековые сосны соседствовали с кустами шиповника и барбариса. Эдакий островок ухоженной природы посреди каменных джунглей в окружении дикого непролазного леса. Этот лес наседал на наш обособленный поселок со всех сторон, а с большим городом нас связывала лишь одна единственная приличная дорога. Остальные были неприличными, и никто ими не пользовался. Местные жители частенько задавались вопросом, почему бы не привести в порядок весь лес, или хотя бы полосу вдоль забора метров в сто? И красиво, и практично. Но вопрос оказался риторическим. Управленцы притворно сетовали на ограниченный бюджет, с пеной у рта доказывая уникальность сложившегося положения. Мол, так специально задумано, что наш жилой комплекс словно оазис среди пустыни. В общем, уболтали, решив ограничиться оформлением единственного парка, распихав излишки бюджетных средств по карманам. Всё, как всегда.

Да и на том спасибо. Но по вечерам парк всё равно мало отличался от диких зарослей, угрожающе темневших за высоким поселковым забором. Вымощенная дорожка, хоть и подсвечивалась фонариками сродни взлетной полосе, но деревья, растущие по её обочинам, сливались в одну жуткую массу в лучших традициях фильмов ужасов. Не хватало только волчьего воя в отдалении, да уханья совы над головой. Стараясь абстрагироваться и думать только о завтрашнем зачёте, я зашагала быстрей, прижимая к себе корзинку с притихшей собакой.

Как назло, никто в этот час не горел желанием гулять по сумрачным аллеям, дорожки совершенно обезлюдели. И потому, почувствовав спиной чей-то недобрый взгляд, я на всякий случай зашагала побыстрей. Но это не помогло. Через несколько метров мне повезло поскользнуться на ровном месте и плюхнуться наземь, едва не выронив корзинку и больно ударившись локтем. Только со мной могло случиться нечто подобное… Собачка взвизгнула и свернулась в комок на дне корзинки, мелко дрожа. Я поднялась, кряхтя, как древняя бабка и тут же застыла в страхе. Неподалеку, в густой тени кустов барбариса возвышалась тень с жуткими звериными глазами.