Не буди лихо, пока тихо

5. Внеплановое занятие по бытовой и практической магии.

Преподаватель бытовой и практической магии Августин Мартиллиусс всегда подходил к своим занятиям с огоньком и выдумкой. «Лучше один раз воочию показать, чем сто раз речами воздух сотрясать», — это древнее изречение было не только его принципом, но и главным руководством к действию. Поэтому каждый выходной профессор вместе с группой студентов отправлялся за пределы Академии на внеплановые практические занятия. Места для них Августин Мартиллиусс подбирал самые разные: то бескрайнюю степь, то кишащие насекомыми тропики, то заснеженную промозглую тундру.

Студентов переправляли порталом в очередное совершенно безлюдное место, и в течение двух дней им приходилось выживать в абсолютно неприспособленных для этого условиях. То среди полярных льдов огонь разжигать, то в тропиках болотной грязью от москитов мазаться, то ещё какой-либо гадостью заниматься.

А профессор Августин Мартиллиусс внимательно наблюдал за их потугами и записывал в свою толстенную записную книжку все промахи и просчёты, чтобы потом в уютной, тёплой и светлой аудитории подробнейшим образом разобрать каждый отдельный случай.

Некоторым студентам подобные приключения даже нравились, но таких неадекватных, насколько я знаю, было подавляющее меньшинство, что совсем не удивительно. Кому в здравом уме и твердой памяти охота по «задворкам» цивилизации лазить, если можно это время с комфортом провести?

Попасть в группу экстималов-выживальщиков могли все желающие студенты. А если желающих вдруг почему-то не оказывалось, то всегда находились штрафники, которым нужно было какое-либо наказание отработать. Ректор с удовольствием засчитывал двухдневный вояж за целую неделю хозяйственных работ. Многие студенты считали, что лучше уж свой законный выходной потерять, чем скотный двор от навоза семь дней убирать.

Любил Флавиан Эридан Маркеллусс на завтрак козье молочко попивать, да и других преподавателей к нему постепенно приохотил, а на подсобных рабочих предпочитал экономить. Зачем на них деньги тратить, если всегда есть проштрафившиеся студенты? «Труд облагораживает», — так утверждал наш ректор. Насколько он прав — судить не берусь. Раз подобного рода наказания помогали провинившимся задуматься о своем поведении, то значит ректор все же был прав.

Узнав, что мы с Лизом каким-то чудесным образом оказались в числе очередных «добровольцев», я ничуть не удивился. Теперь нашу «парочку» начнут отправлять добровольно-принудительно на всевозможные испытания, чтобы магическая связь окрепла, и мы с партнёром научились правильно взаимодействовать.

Прощай, свободное время! Теперь тебя не станет совсем. И это — ещё одна причина, по которой я так долго раздумывал, стоит мне соглашаться на подобный эксперимент с компаньоном или нет.

А через месяц еще межвузовские магические состязания намечаются, и я не я буду, если нас и туда с Лизом не отправят. Шикарная перспектива — почувствовать себя в полной мере мальчиком для битья, ведь выиграть нашему тандему даже чудом не светит. Команды там будут сильные, давно уже сработавшиеся, и мы – маги-недоучки с явным дефицитом взаимопонимания и взаимодействия.

Подавив огромным усилием воли закипающее во мне раздражение, я отправился на поиски Лиза. Надо же напарника обрадовать, а то вдруг он не в курсе, что «день грядущий нам готовит». Долго пришлось мне по Академии побегать и поспрашивать, где же у нас Лиз обитает, прежде чем я его комнату отыскал. А все проклятый насморк виноват! И у оборотней он тоже бывает, оказывается. Где я умудрился простыть, сам не знаю, но последствия ужасные. Нюх пропал напрочь, вот и пришлось вместо того, чтобы просто принюхаться, как сделал бы раньше, бегать и у всех встречных-поперечных дорогу выспрашивать.

Оказалось, что Лиз прямо надо мной живёт. Знал бы, не ноги бил, а глотку драл. Покричал погромче, Лиз бы меня и услышал. Но раз из-за собственной глупости мне пришлось полобщежития оббежать, прежде чем перед дверью его комнаты оказался, то не возвращаться же теперь назад? Я поднял руку и решительно постучал.

Получив разрешение войти, осторожно перешагнул порог и обомлел от изумления, потому что такого великолепия я ни разу в жизни не ещё видел. Стандартная комната при помощи пространственной магии была увеличена раза в три, если не больше, а мягкая мебель явно не нашим скупердяем-комендантом выдана. Одна кровать размером едва ли не со всю мою коморку чего стоит.

А ещё у Лиза вся их иностранная компания в комнате окопалась. Развалившись на низеньком диванчике, фруктами угощались, и на меня посмотрели так (особенно Змей), словно я им мешок золота с прошлого года задолжал и до сих пор даже проценты не вернул.

Лиз тоже посматривал вопросительно, но спрашивать у меня о причине внезапного появления не спешил. Пришлось самому разъяснять что почём. Змей, узнав зачем меня к ним занесло, разозлился не на шутку и ни в какую не хотел Лиза одного отпускать, хотя нас там как минимум с десяток будет, плюс наш руководитель. Он, Змей то есть, даже попытался потом с профессором договориться, чтобы его тоже на практику с нами взяли.

Только преподаватель Змею решительно отказал, пояснив, что количество практикантов утверждается ректором заблаговременно, и все места уже заняты. Я еле сдержался, чтобы не предложить Змею свое место занять, если уж он так за своего подопечного переживает.

Мучило меня какое-то нехорошее предчувствие, как прошлым летом, когда я в охотничий капкан попал и три дня из него самостоятельно выбраться не мог. Поэтому и к незапланированной практике подготовился со всей серьёзностью: одежду подобрал практичную, обувь удобную, в карманы всякую нужную мелочёвку насовал. Хоть и выдадут нам перед отправкой рюкзаки со всем необходимым, по мнению Августина Мартиллиусса, но лучше подстраховаться и самому о себе заблаговременно позаботиться.