Не будите в ректоре дракона!

Глава 7. Грация, ревность и сумасшествие

Рассказать степень моего охреневания? Она намного больше, чем это, хм, строение. Неее… я конечно что-то себе такое наверное и представляла бы, если бы мне сказали “Академия магии”, да и вообще любая академия… звучит-то как! Академия!

Мы находились на втором этаже, судя по всему, но если посмотреть, перегнувшись через перила идущие вдоль широченной галереи, то такой вид был у меня с четвёртого этажа квартиры. Внизу что-то вроде внутреннего двора, но такого здоровенного, как парковка у ТЦ, офигеть, зачем столько места? Или — а сколько же здесь учеников?

Надо сказать, что Хьюго стоял рядом со мной, терпеливо ждал, пока я охала и ахала на то, что видела. На внешней стороне перил были всякие высеченные из камня гербы, но не вот типа знаете им сто лет в обед, и облупилось всё, а такие детализированные, красивые. Можно залипнуть не на один час, изучая. И, кажется, я залипла. А это мы ещё даже от дверей его комнат (это ведь комнаты ректора были, да?) не отошли.

— Мари, пойдёмте? — позвал меня Хьюго, улыбаясь. Я смутилась под его взглядом.

Отлипла от перил, кивнула и засеменила следом с грацией медведя… ну, а как тут ещё? Такая юбка. Не, я надевала на себя такое платье, в пол в смысле, целых два раза. Но согласитесь, надо учится в таком ходить. Это в детстве завернулась в плед и такая — королевишна! А тут — крабы элегантнее ходят. Безумно боялась наступить на юбку, которая не волочилась между прочим по полу, и обувь классная: удобные сапожки до середины икры, на шнуровке и небольшом каблуке позволяли, как мне кажется, даже бегать, но эта юбка меня дико пугала.

Я вообще немного зависла, когда увидела платье. С одной стороны — внутри встрепенулась та самая маленькая девочка, завёрнутая в плед, потому что понятно, что этот наряд теперь, на какое-то время, станет повседневным, а это всё же приятно, побыть “принцессой”. Но принцессе помогали надевать всё это, а я — моя обычная одежда это брюки с джинсами, кроссовки и свитера с футболками. А не вот… что это вообще? Панталоны? Нижняя юбка? А это типа корсет? Те платья, которые мне удалось поносить были на молнии — просто и понятно всё!

Удивительно, но я справилась, потому что — ни за что не стала бы просить Хьюго сделать это. Вот же… только о мысле, что он будет меня одевать покраснела, как помидор. Ещё и грудь эта! Надо же, подумала, а потом ещё и ляпнула ему! Ну, Маша, кто такое говорит мужчине, а? Да-да, ты и говоришь! И мало того, что малознакомому, так ещё и в мире, где вот носят кринолины, или как там правильно эта пышная юбка называется?

Стыдно было невообразимо, но я не только смеюсь, когда паникую, я ещё и глупости всякие начинаю говорить.

И жди, Маруся — этот шикарный мужчина отправит тебя домой намного быстрее, чем ты сама себе можешь представить. А домой не хотелось. Вообще. Может я дурочка, но — вау!

— Матрона Вархарт, — позвал Хьюго, когда мы зашли в огромную залу, напоминающую прихожую, но с диванами, столами, отсюда шли потрясающе красивые лестницы наверх, а за ними невероятного размера окна, с разноцветными стёклами.

Я осматривалась, поражаясь красоте, поймала себя на том, что у меня рот не закрывается. Одёрнула себя, когда Хьюго обернулся на меня.

— Мари, — тихо проговорил он, — простите, но совсем забыл вас очень попросить — постарайтесь никому ни при каких обстоятельствах не показывать, что у вас есть способности.

— Магические? — переспросила шёпотом.

— Всё верно, — подтвердил он. — Сможете?

И как тут быть? Смогу ли я, если вообще не понимаю, что к чему. Но, глядя в глаза этого богического представителя местного сильного пола, сказала совершенно честно:

— Я очень постараюсь!

Хотела спросить: “а что вообще такого?”, но не успела, потому что к нам вышла статная, высокая женщина, строгая, привлекательная блондинка, на вид лет тридцати пяти. Она не просто вышла, она выплыла к нам с грацией балерины. Увидела Хьюго и расцвела. Улыбка в половину лица, глаза сияют, румянец на щеках.

Я грустно вздохнула.

— Господин ректор, — пропела она, — новая ученица? — увидела меня и окинула таким взглядом… вот словно вообще всё обо мне знает и даже больше. И совершенно точно, ей не понравилось то, что она увидела. Даже улыбка как-то подпрокисла.

— Нет, Эсбет, — кашлянул Хьюго, — это Мари, моя родственница, с этого момента — она моя помощница.

Кажется эта Вархаммер, или как там её, сейчас меня соржёт! Спасало только присутствие ректора, от которого эта мадам просто млела, и слепой бы увидел, как она растекалась лужицей, смотря в рот своему начальнику. Он же тут начальник, получается? Босс… блин!

— Ваша родственница? — так она спросила. Брррр… словно я не могу быть троюродная племянница его двоюродного дяди, а он меня на помойке нашёл. Хотя в сущности… если расценить, как нам под окна дома мусор частенько кидали — откуда-то оттуда я на него и свалилась.

— Да, моя родственница. Род Ван дер Караманов обширен и имеет много ветвей, — заметил Хьюго. — Мари издалека, и я дал обязательства присматривать за ней. Надеюсь, вам не составит труда подготовить для неё комнаты, что находятся прямо над моими?

— Но они смежные и… — ох, ей определённо составит труда. Она меня оттуда в окно выкинет. И простите — смежные, это в смысле соединённые с комнатами ректора? То есть комнатами Хьюго? Да?

Так. Мария! Соберись! Что за шальные мыслишки, приправленные пошлостью, полезли в твою бедовую голову? Он просто заботится о тебе. Просто обещание выполняет! Не больше, не меньше.

— Да, всё верно. Что-то не так? — и вот видно, что он уже утомился, но вежливость не позволяет ему на неё прикрикнуть или приказать.

Нда… мягкий начальник — теперь понятно, почему ему надо расписание составлять и почту разбирать. Какие вообще дела, когда он простую вещь просит сделать с таким расшаркиванием. С ума сойти.

— Пссс, эй, ты, эй! — позвал шёпотом низкий, словно прокуренный мужской голос.