Не бывает?

Глава 7

- Так, ну давай тогда сочинение двенадцатое дома, хорошо?

Марта Егоровна, моя учительница по литературе, домой задавала немного, потому что считала меня прирожденным литературоведом и писателем. Верила в меня Марта Егоровна. Просто фантастически верила. Правда, я не совсем верила в себя, потому и решала целые варианты. Марта Егоровна, конечно, этого не понимала, но её внутренний ребёнок, кажется, был рад моей увлеченности. По факту я просто очень боялась провалить этот сраный ЕГЭ. Ваня часто говорил, что я психопатка. И вот! «Зааффирмировал», так сказать.

- Хорошо. - согласно кивнула я, прекрасно понимая, что прорешаю весь вариант. Пусть глубокой ночью, но прорешаю.

- Алис, может ты уже прекратишь себя мучить. Чтобы сдать экзамен, тебе вполне хватит наших занятий и моих заданий. Не нужно каждый раз работать над целыми вариантами. Это, конечно, похвально, но всё-таки…Ты с каждым днём всё бледнее и бледнее, Алис…

Я пропустила замечание Марты Егоровны мимо ушей. Если я не буду решать варианты, то как тогда сдам этот ваш ЕГЭ?

Я сама решу, что, как и когда мне решать. Трудоголичка? Пусть так. Но я в университет хочу! Время не купишь, в карман не положишь и с собой не унесёшь.

- До свидания, Марта Егоровна. Хорошего вечера! – я схватила сумку и вылетела из учительской квартиры.

На город уже опустились сумерки. На небе с каждой минутой появлялись новые звезды. Погода была относительно теплая.

На дополнительный я выскочила в тёплом чёрном худи с капюшоном и в таких же теплых и черных штанах. Спортивный комплект.

До дома нужно было идти минут, этак, двадцать. Утопия, если ты без наушников. Но я такого старалась не допускать. Вот и на этот раз я достала белый бокс из кармана, всунула в ухо наушник, включила на телефоне одну из своих любимых песен и побрела по до боли знакомому пути.

Вдохновляйся многоэтажками,

О мгновение, задержись…

(Мот «Мурашками»)

Когда я уходила на дополнительный, мама собиралась жарить оладушки. Оладушки я любила, поэтому, идя по вечернему городу, уже чувствовала во рту вкус жареного в масле текста. Надеюсь, дома есть крыжовниковое варенье. Моё любимое.

Пятница. Вечер. Оладушки. Крыжовниковое варенье.

Чем не сказка? Чем не урбанистическая пьеса?

Внезапно моё тело захватили в капкан рук. И я бы начала брыкаться и вырываться, если бы не знала наверняка, кому принадлежит этот лёгкий парфюм.

- Трус, у меня вообще-то парень имеется, - здраво рассудила я.

- А у меня девушка. - было мне ответом. – И что с того? Мне запрещено обнимать друга?

Я развернулась в Ваниных руках и встретилась взглядом с его кошачьими карими глазами. Прикольные они всё-таки у него, глаза.

- Смотря какая цель объятий.

- Исключительно дружеская. – он улыбнулась. – Адреналин, я в твоей френдзоне едва ли не с самого рождения.

И это чистая правда! Чтобы мы с Ваней начали что-то, хотя бы отдаленно похожее на отношения, должны минимум проснуться все сразу вулканы.

- Ты что тут делаешь? – сменила я тему. – Тебя же вроде с этим районом ничего не связывает…

- Я у Оли был.

Меня вдруг захлестнула волна обиды. Или не обиды? Что это?

- И как она? – отстраненно спросила я.

В объятиях повеяло холодом.

- Нормально… - нехотя ответил Трус.

- Я не знала, что Свидригайлова здесь живет.

Ваня хмыкнул.

- Это логично, Алиса. Вы же с Олей не best friends. Да и вообще… - он засунул руки в карманы своей кофты, которая, кстати, тоже была черной, и отвёл взгляд в сторону. - К черту Олю сейчас.

Я округлила глаза.

- Вот как ты заговорил… - я не смогла сдержать улыбку.

- Ты с допов? – на этот раз тему перевел он.

- Да. Спешу домой на оладушки. – мечтательно протянула я.

- С крыжовниковым вареньем?

- Да.

Я просто срослась с улыбкой. Ваня тоже улыбался.

- Ты чего улыбаешься? – я первой прервала наше молчание.

Трус продолжил лыбиться, а потом вдруг протянул мне ладонь.

Не поняла.

Я перевела взгляд с Ваниной руки на Ванины глаза и выгнула бровь а-ля «я тупая и ничего не понимаю». Я, правда, не понимала.

- Потанцуем? – наконец просветил меня друг.

Моё нутро на секунду дёрнулось

- Ты серьезно?

Танцы в сумерках среди многоэтажек – это более чем романтично. Но в наших отношениях как-то нет места романтики. У нас и отношений-то нет.

- Абсолютно. – ответил Трус, продолжая держать руку в пригласительном жесте.

- С Олей не натанцевался что ли?

Ну не могла я не упрекнуть его в этом! Хотя какой же это упрёк? Как я могу упрекать Трусова за танцы с Олей, которая вообще-то его девушка. Да и танцы как бы наша, можно сказать, прямая обязанность сейчас. Осталось меньше двух месяцев до последнего звонка. Софья Аркадьевна активно начала ставить нам вальс. Музыку мы выбрали сами. Она… Сказочная, что ли. Завораживает.