(не) достойная дракона. Академия Лоренхейта

Глава 3

Мне бы испугаться. Наверное, тогда я успела бы убежать. Но… Увы и ах, после столь радужного увольнения, все чувства отзывались с большой задержкой. А этот ненормальный почему-то решил, что мое молчание — согласие.

Он смело делает шаг вперед, протягивая свою руку и обдавая меня крепким запахом дешевого вина и недельного пота. Невольно по привычке касаюсь груди, как я всегда это делала в минуты страха, чтобы дотронуться до кулона и почувствовать, что хотя бы иллюзорно нахожусь под защитой. А его нет. И больше не будет.

— Убери руку, — медленно, но со всей злостью, которая накопилась к этому моменту, говорю я. — Вот прямо сейчас.

Кажется, до мужика доходит еще медленнее, чем до меня, поэтому он только демонстрирует свои редкие гнилые зубы в подобии улыбки и делает еще шаг ближе ко мне.

— Ой, сердитая какая! Не бойся, погреемся... Холодно же, малышка.

Иридан реагирует быстрее меня, шипит, приобретает ярко-оранжевую окраску и, выбросив язык, касается им руки мужика. Защитник мой!

— Что это?! — орет мужик.

Естественно, тот, в свою очередь, пугается и отшагивает от меня. Его пьяный мозг с трудом обрабатывает внезапное нападение. А мне только это и надо!

Подхватываю юбку и кидаюсь прочь по узкому проулку позади таверны, который должен вывести меня к более людной улочке. Там-то я и вижу свое спасение. Только вот мужик, похоже, видит во мне сегодняшнюю жертву. Ну или он считает, что убегающая девушка просто флиртует! Потому что он кидается вдогонку.

Сердце колотится где-то в горле, отдаваясь гулкими ударами в такт моим ногам. Дыхание рваное и поверхностное. А неровная дорожка под ботинками с практически до дыр истертыми стельками — не лучшая помощь при беге. Особенно если учесть, что я и бегаю-то не очень.

Когда мне кажется, что я вот-вот уже выскочу из темноты, загребущая рука мужика хватает меня за плащ и тянет назад, да так, что я падаю навзничь. Меня снова обдает перегаром, когда он склоняется надо мной, а я, наоборот, зажмуриваюсь, готовясь отбиваться всем, что у меня есть.

Но… Мне не приходится. Когда я по очереди разлепляю сначала один, а потом другой глаз, то вижу, что напавший медленно сползает по стене, а в проеме арки, выходящей из переулка, стоит чья-то фигура.

Я поднимаюсь на руках и аккуратно отползаю назад, соображая, что же мне делать: бежать-то теперь некуда. Ири выглядывает из распахнувшегося плаща и снова шипит.

— Простите, если напугал вас, — говорит человек в арке. — Позвольте помочь вам.

Он протягивает мне руку в черной перчатке, а я недоверчиво смотрю на нее. Слишком много приключений для одного вечера, стоит ли мне доверять этому незнакомцу?

Видя мою нерешительность, он отступает так, чтобы свет, проникающий сюда через арку, осветил его лицо.

Немолодой. Но и не старый. С усталым, но колким взглядом, крючковатым носом, белой, аккуратно стриженной бородой. Незнакомец слегка улыбается и снова подает руку, чтобы помочь встать.

— Я Гендрик Холливан, — представляется он, и только после этого я позволяю себе принять его помощь.

— Спасибо, господин Холливан, — говорю я. — Надеюсь, меня не обвинят еще и в убийстве.

Оглядываюсь на нападавшего, который сейчас сидит у стеночки и не подает особых признаков жизни.

— Ну что вы! — улыбается мой спаситель. — Как раз до утра проспится, а там встанет и пойдет. Тут и сквозняка нет, не замерзнет. Даже похмельем мучиться не будет.

Невольно улыбаюсь:

— Ему полезно было бы, — говорю я, а потом спохватываюсь, что не представилась. Не хочется, но приличия подсказывают, что надо. — Ярика Сирен.

— Рад познакомиться, — вежливо кивает новый знакомый. — Это же вы очень красиво поставили на место того зарвавшегося молодого дракона?

Меня невольно передергивает. Я догадывалась, что блондин — дракон, но догадываться и знать — разные вещи. Если он посчитает это особо сильным оскорблением, он же из меня душу вытрясет. Не физически, так морально…

— Я ничего не делала, — строго отвечаю я. — Еще раз спасибо и до свидания.

Мне очень не нравится направление разговора. Кто этот Холливан? Журналист и ищет материал для статьи в желтую газету? Один из сыскных? Не зря же так легко справился с напавшим. Сдается мне, Холливан не случайно оказался рядом. Ждал?

Киваю, натягиваю капюшон плаща поглубже и обхожу его стороной, чтобы показать, что не желаю дальше продолжать разговор.

— Я знаю, что вы считаете это случайностью, — следуя за мной, говорит Холливан с наставническим нажимом. — Возможно, так оно и есть. Но весьма... впечатляющая случайность, юная леди.

Меня тоже впечатлило, как я осталась без работы и без… кулона.

Тут действительно более людно: кто-то прогуливается по проспекту, излюбленному месту аристократов, кто-то заглядывается на вывески с питейными заведениями, а кто-то явно спешит куда-то.

Но мне нужно пройти ее почти до самого конца, чтобы свернуть на улицу, ведущую в дешевый, самый дешевый квартал.

— Во мне лишь слабые искры магии, которые не позволили мне поступить даже в магическое училище, о чем еще тут можно говорить? — отвечаю я, не оборачиваясь. — Я пустышка.

Холливан хмыкает, но не отстает. Сжимаю кулаки и ускоряю шаг.

— Я видел вашего... фамильяра, — хамелеон, почувствовав внимание, медленно заворочался, перебирая своими лапками ткань на моем платье. — Очень необычный. И явно привязанный к вам. Судя по нему, у вас должен быть большой потенциал.

Слышала я эти рассказы, меня много раз проверяли. И каждый раз меня настигало разочарование. Надоело расстраиваться, поэтому я решаю закончить этот разговор и резко останавливаюсь.

— Господин Холливан, — твердо говорю я. — У меня нет потенциала. Нет магии. И нет денег. Что вы от меня хотите?

Он также останавливается, делает паузу, глядя мне прямо в глаза.

— Дело в том, Ярика, — говорит Холливан, — что я являюсь одним из меценатов нашей магической академии. И я хочу дать вам шанс. Я считаю, что мы должны быть заинтересованы в... необычных талантах. Я готов ходатайствовать о вашем зачислении в академию. Вне конкурса. На полное обеспечение. Но тут главный вопрос: что на это скажете вы?