(не) достойная дракона. Академия Лоренхейта

Глава 8

Резкий запах вызывает яркие вспышки перед глазами, а потом и вовсе заставляет закашляться. Открываю глаза и не сразу понимаю, где я. Только проморгавшись и заставив мозг напрячься, я вспоминаю, что совершенно бесславно упала в обморок при банальном измерении магии.

Нет, конечно, так меня никогда не проверяли, но это же не повод.

Зрение фокусируется не сразу, слышать я начинаю раньше. Перед глазами пляшут черные пятна, смешиваясь с белизной потолка. Голова гудит, как потревоженный улей, а во рту — противный привкус меди и какой-то травы.

— Она очнулась, профессор Курт, — говорит та девчонка, что сидела на посту.

Она закрывает пузырек, что держала у моего носа, и подкладывает под мою голову еще одну подушку, чтобы я могла лежать полусидя. Иридан перебирается ко мне на грудь и становится тоскливого серого цвета. Сочувствует.

— Спасибо, Си, — отзывается Курт, сидящая на стуле рядом с бумагами, на которых и отмечала все результаты. — Принеси, пожалуйста, настойку Силлириальмиса. Двойную дозу, пожалуй.

Девушка кивает и выскальзывает из-за ширмы, а потом и из кабинета — я слышу, как закрывается дверь.

Курт переводит на меня серьезный, я бы даже сказала, озадаченный взгляд своих вишневых глаз:

— И когда ты последний раз нормально ела?

Ее вопрос оказывается неожиданным для меня. Я-то думала, что она скажет, что с моим уровнем магии тут делать нечего. А она спрашивает, когда я ела.

Приходится задуматься: утром я успела только покормить маму, сама торопилась сюда. Вчера вечером… мне было не до этого. А в обед мне хватило времени только перекусить парой яблок, которые я подняла с земли, проходя мимо одной из яблонь, растущих около богатого особняка.

Я так и не отвечаю Курт, отчего ее глаза сверкают неодобрением, и она качает головой.

— Ярика, — вздыхает она. — Даже если не брать в расчет базовые физиологические потребности организма, любая, даже самая маленькая сила требует хорошей подпитки. А ты вчера… Филиса раскрасила! Удивительно, как ты вообще умудрилась столько времени продержаться!

Я поджимаю губы и рассматриваю свои руки, сжимающие плед, которым меня прикрыли. Обветренные, с рабочими мозолями и коротко-коротко подстриженными ногтями.

— Я просто привыкла, профессор Курт, — отвечаю я. — Мне не всегда доводилось нормально поесть.

— Значит, моя самая первая рекомендация: не пропускать приемы пищи. Никогда, — она строго смотрит, а мне стыдно, как будто я пятилетний ребенок, совершивший какую-то несусветную глупость. — Вот сейчас выпьешь настойку и от меня сразу пойдешь в столовую. Как раз время обеда.

Девушка приносит вытянутый стакан с мерными рисками на стекле, наполовину заполненный резко пахнущей бурой жидкостью. По указанию Курт я залпом выпиваю его и возвращаю Си.

— Передай ректору Ферсту вот эти бумаги, — целительница протягивает конверт девушке. — И скажи, что вечером нам нужно будет встретиться.

Курт дожидается того момента, как помощница выйдет, а потом задумчиво поворачивается ко мне.

— Что касается твоей магии. Ее действительно немного, — произносит Курт, но что-то проскальзывает в ее взгляде неоднозначное. — Но я и не думаю, что ты хотела бы быть боевым магом. Твои результаты, — и снова пауза, как будто она сомневается, — вполне соответствуют факультету Рукописей и Артефактов. Для работы в архиве или библиотеке не обязательно иметь безграничный магический потенциал.

Она говорит, а я даже не знаю, как спрятать глупую улыбку, которая расплывается на моем лице. Только подумать! Книги. Разные. Древние. Новые. И я среди них! А если… Если меня еще и к летописаниям допустят!

Курт немного удивляется моей реакции, но, кажется, она рада.

— Что скажешь?

— Что я самый счастливый человек на свете! — и я именно это и подразумеваю, потому что о прочих проблемах в этот момент не думаю.

— Отлично. Тогда вот твой студенческий кристалл. Это твой пропуск везде: от комнаты до тренировочных полигонов, если вдруг тебе потребуется. В столовой определяет твое меню и место за столом, — говорит Курт. — Думаю, тебе покажут, как им пользоваться.

Мне в руку ложится небольшой охристый кристалл с зелеными прожилками. Как только он касается моей ладони, то слегка мигает внутренним светом, а потом гаснет.

— Спасибо большое, — бормочу я, слезая с кушетки, и беру платье, чтобы одеться.

— Помнишь, да? Сначала столовая, а потом все остальное. Бумаги я все подписала, — целительница протягивает мне три небольших листа и провожает меня к двери. — И если будут проблемы — ни в коем случае не стесняйся прийти и попросить о помощи.

Прижимаю к себе свою законную добычу и сразу же направляюсь к столовой, мысленно благодаря Илиаса, что он мне подробно все рассказал. Мне даже карта почти не нужна.

Не туда я поворачиваю всего дважды и то почти сразу понимаю это, возвращаюсь и нахожу верный путь. Тем более что потом догадываюсь: студенты спешат именно туда, и мне нужно просто идти за ними.

“Главное, не сильно привлекать к себе внимание”, — добавляю мысленно я, но тут же понимаю, что мое личное невезение уже находится тут.

Адреас в компании своих друзей стоит, подпирая плечом колонну навеса около входа в столовую. Мне просто не пройти мимо него незаметно.

Но, может, ему просто будет не до меня? Не одержим же он мной?

И как ответ на этот вопрос — ледяной взгляд Адреаса, направленный на меня. Внимательный. Кусающий. В груди резко сжимается, по спине пробегают ледяные мурашки.

От неожиданности запинаюсь о неровность на дорожке, чуть не падаю, и мой студенческий кристалл выскальзывает из пальцев и летит вперед. Задерживаю дыхание, мысленно повторяя: “Только не разбейся, только не разбейся”!

Но долететь до пола он не успевает: чья-то рука подхватывает его.

— Теперь потерялась не сама, а решила кристалл потерять? — звучит надо мной шутливый голос. — Да, новенькая?

Илиас протягивает мне артефакт, который я тут же сжимаю в ладони.