Не дразните её котейшество, герцог!

Глава 6. Мы сбегаем

— Ее хотят погубить? — округлила я глаза.

— Скомпрометировать, как минимум. И мы должны этому помешать. На подготовку у нас всего несколько дней.

— Говорите, что делать!

— Пока еще не придумал окончательно, но…

Тут я схватила Андреаса за рукав и прижала палец к губам. Герцог понятливо замолчал.

Даже в своей нынешней ипостаси я обладала слухом, превосходящим обычный человеческий. И сейчас я тоже услышала тихие шаги — кто-то крадучись шел по коридору. Потом шаги замерли за дверью.

Я двумя пальцам, «шагая» по ладони, изобразила, что какой-то соглядатай подкрался и подслушивает наш разговор. Герцог хмыкнул и пошел к двери. Я быстро скинула халат и снова стала кошкой.

— Ой! — воскликнула Трисс, когда Андреас быстро провернул ключ и рванул на себя створку. Но она тут же кинулась герцогу на шею. — Андре! Вы ушли так резко! А я не успела извиниться перед вами. У меня был нервный срыв! Я испугалась вашего питомца. Где он, кстати?

Рыжая Мочалка заоглядывалась. Увидела меня, непринужденно разлегшуюся на диване, и поджала губы.

— Только не начинайте снова, Трисс! — торопливо сказал герцог.

— Даже не буду! Я очень рада, что вы дома. Я правда соскучилась…

И голубки слились в поцелуе. Я сердито забила хвостом. Ну что герцог нашел в этой дешевке? Чем она смогла его увлечь? Загадка!

— Поужинаем вместе? — предложил герцог.

— Я поздно вернусь из театра, — смущенно сказала Трисс. — Вы же не возражаете? Там сегодня поет Камелия. Я пригласила в вашу ложу пару друзей… — тут рыжая умоляюще посмотрела на герцога.

— Разумеется, дорогая, развлекайтесь! Вы не обязаны оставаться дома из-за меня.

— Вы такой добрый! Тогда я пойду собираться.

Мне показалось, что они оба выдохнули с облегчением. Трисс снова подставила губы, чем герцог не преминул воспользоваться. Дверь за девушкой закрылась.

— М-да, — поерошил волосы Андреас. — Кажется, мы не сможем нормально поговорить дома. Тут слишком много ушей. Давайте прогуляемся! Вы не против, киса?

— Мяу? — недоуменно вопросила я.

— Ну конечно, не в таком виде, — пояснил герцог. — Пойдемте!

И я побежала за ним вон из курительного салона.

Мы прошли коридором, причем герцог комментировал: «Мой кабинет. Моя спальня. Гардеробная…» и тому подобное. Из каждой комнаты раздавались звуки уборки и голоса горничных — слуги спешно приводили господские комнаты в порядок. Коридор закончился дверью, которую герцог открыл ключом.

— Это, Лизз, правое крыло, в котором вы будете жить.

Он распахнул высокие створки, и на меня пахнуло холодом и запустением. Я с любопытством прошла вперед, наблюдая, как мои лапки оставляют в пыли следы. Человеческие тут тоже были. Герцог замкнул дверь на ключ за собой.

— Пока слуги не взялись за уборку этого крыла, но потом здесь все станет чисто и уютно, — извинился герцог. — Смотрите, не так уж и плохо. Тут есть спальня, гостиная, отдельная ванна с туалетом. А главное — вы будете здесь единоличной хозяйкой. Ключ от правого крыла хранится только у Эмиля и меня.

— Мя-я-яу-у!

— Рад, что вам нравится. Я дам вам ключ, и вы будете держать дверь, которая ведет в коридор, постоянно закрытой.

— Мяу? — озадачилась я.

— Да. Вы правы! Прикажу столяру сделать маленькую дверцу-лаз внизу. Чтобы вы могли свободно ходить туда-сюда как кошка.

Герцог пригласил меня жестом в одну из комнат. Я прошла внутрь.

Судя по зачехленной кровати, это была спальня. Слой пыли намекал на то, что в этих комнатах давно никто не жил. Посередине на ковре стояли сундуки с моей одеждой и другими вещами, которые в путешествии мне накупил герцог. И он не поскупился!

Рядом с сундуками стоял саквояж. Герцог с трудом вытащил из утрамбованной одежды меховое пальто.

— Переоденьтесь, Лизз! А шляпка… шляпка должна быть в одной из тех картонок, — растерянно сказал он, обводя рукой груды багажа. — Неужели я вам все это накупил? Вы меня, наверное, загипнотизировали. Не мог же я в трезвом уме и твердой памяти согласиться на такое транжирство?

— Ш-ш-ш!

— Ну да, ну да. Вспомнил! Именно к этому аргументы вы прибегали каждый раз, когда я пытался остудить ваши шопоголические потуги.

— Мря-у-у! Ш-ш-ш!

— Ладно. Вам помочь одеться?

— Мя-яв! — решительно заявила я, прыгая на сундук: уходи, мол, сама разберусь.

— Вы с таким постоянством мне отказываете в этом невинном удовольствии.

— Ш-ш-ш!

Подумать только! Пять минут назад целовался с Мочалкой, а теперь и ко мне подкатывает!

— Мя-я-я!

— Понял, не дурак! Тоже ухожу одеваться.

И Андреас ретировался.

Через десять минут я была полностью одета.

— Побили все рекорды по переодеванию, — заметил герцог, ожидающий меня в коридоре, и захлопнул крышку карманных часов.

Он уже был одет в шубу, но, сюда по запаху, не в ту, в которой приехал: от нее прилично так несло нафталином. Кажется, в правом крыле у герцога был дополнительный гардероб. В одной руке у него были перчатки, а в другой трость с серебряным набалдашником. Одет он был теперь по здешней моде — насколько я смогла это понять, выглядывая в окно кареты.

— Могильный холод, который стоит в комнатах, не способствует долгому переодеванию. А пыльные зеркала прихорашиванию, — заметила я.

— Замерзли, киса? — ласково спросил герцог и взял мои руки в свои. Поводил вдоль тыльной стороны ладоней, и от его рук разлилось тепло. — Пальчики совсем ледяные. Простите! Прикажу слугам завтра же протопить и убраться в комнатах.

— Ничего, — смягчилась я, улыбаясь: никогда не могла сердиться на герцога долго.

— Из крыла есть потайной выход на улицу. Скажу честно, я им сам пользуюсь в случае необходимости. Вот смотрите! — герцог нажал на правый угол стенной панели, и она отошла, открывая ступени вниз. — Запомнили?

Я принюхалась — пахло сыростью и грибами. Неприятный какой-то проход. Вопросительно посмотрела на герцога.