Не дразните её котейшество, герцог!

Глава 12. Торжественная встреча

Зал для торжественных приемов в Хаар-каштель блистал. Блестели в свете многочисленных газовых ламп высокие колонны из полированного розового мрамора. Посверкивали золоченые рамы массивных картин на крашеных розово-бежевых стенах. Сиял натертый светлый паркет. Искрились драгоценности на придворных дамах, которые стайками разлетелись по большому церемониальному залу.

Пахло мастикой для пола, несло сапожным кремом от мужских сапог, благоухало дамскими духами и мужским одеколоном, воздух, тянущийся из приоткрытых форточек, доносил испарения реки, и над всем этим тонкими струйками разливалось благоухание свежих мандаринов, которые были разложены в больших вазах по периметру зала. Кроме фруктов на столах были приготовлены легкие закуски, которые тоже вносили свою пахучую лепту в общую атмосферу праздника.

В конце зала стоял не трон, но кресло, в котором восседал король. Сегодня его величество Бернольд IV был одет в соответствии со своим статусом: в расшитый золотом темно-синий мундир. Рыжеватая бородка клинышком утыкалась в высокий воротник-стойку. Глаза спокойно обегали зал, в то время как стоящий рядом с королем маркиз ван Ульриц, одетый сегодня для разнообразия в розовый сюртук, наклонившись, что-то шептал королю на ухо.

Андреас держал меня на левой руке и время от времени поглаживал правой.

— Спокойно, Лизз, спокойно, — тихо внушал он мне. — Все будет хорошо.

— Мя? — нервно пискнула я.

— Понимаю, что вы хотели бы стоять в этом зале, одетая в роскошное платье и кокетничать вон с тем блондином. Или, скорее, вон с тем брюнетом. Нет?

Угу, или вон с тем рыжим. Вообще, количество рыжих, рыжеватых и людей сходного колора в Нидерре было немало. Наследный принц, который скучал рядом с креслом короля, тоже слегка отдавал в рыжину. Хотя это его не портило.

Аугуст оказался довольно привлекательным юношей. Он стоял, высоко задрав подбородок и заложив руки за спину. Но мне его поза не показалась надменной — скорее всего, так принца выучили держаться на официальных приемах наставники. Аугуст сильно уступал в росте своему единокровному брату, как и многие другие придворные. Я с невольной гордостью снова отметила, что ни один из находящихся в зале мужчин и в подметки не годился моему патрону — ни по красоте, ни по манере держаться. Свободная и уверенная, она граничила почти с дерзостью.

И это явно отмечали присутствующие здесь дамы. Я поймала множество брошенных на Андреаса любопытных, кокетливых и даже призывных взглядов и сузила глаза. А ну прочь от моего герцога, куклы крашеные! Он мой! То есть… Нечего на него пялиться! Ш-ш-ш!

— Что, брюнет не произвел на вас впечатление, Лизз? — усмехнулся герцог, поняв мое шипение по-своему и продолжая тихий… скорее монолог, чем диалог. — Но всему свое время. Возможно, вам представится возможность показаться всем этим аристократам в своем первом обличье.

Хм. Не буду возражать.

— Ваша светлость!

— Ваше сиятельство!

Андреас склонился перед графиней ван Саксен, которая подплыла к нам на всех парусах. Кажется, мода на платья без кринолина, пришедшая в Нидерру, ее не коснулась, поэтому юбки графини напоминали собой пышную полусферу и не подпускали к их обладательнице никого ближе, чем на пол-ярда. Облепленная мушками, сильно напудренная и обвешанная сверкающими драгоценностями, бывшая главная фрейлина покойной королевы казалась словно сошедшей со старинной картины. Было ли это сделано нарочито, или просто графиня была приверженкой замшелых традиций?

— Рада вашему возвращению, ваша светлость! — растянула губы в вежливой улыбке графиня. Пара чешуек пудры при этом отвалилась с ее лица и спланировала на грудь, закованную в железный корсет. — Вы были, кажется, в Ауралии?

— Нет, на архипелаге Лани-Дель-Торро, — охотно поведал герцог, нисколько не смущаясь нацеленного на него лорнета.

— Ах вот как! И оттуда привезли свою чудесную кошечку?

Теперь лорнет нацелился на меня, но я не подала и вида.

— Да, удачное приобретение, не находите?

— Позвольте вам представить фрейлину принцессы, — сказала графиня, кивая на стоящую рядом с ней рыжую девушку.

Эту девицу я уже видела на выставке, когда она спорила горячо со своей подругой Селин. Сегодня фрейлина была одета в нежно-сиреневое платье, расшитое белыми цветами. Грудь, полуоткрытая в декольте, тонула в пышных кружевах.

— Марит ван Кьельпен, — елейным голоском произнесла рыжая и потупила глаза, приседая в поклоне.

Поднялась и расплылась в слащавой улыбке. Глаза на ее кукольном личике беззастенчиво ловили взгляд герцога, который тоже поглядывал на нее сверху вниз с интересом. Ах ты гнилая акулья печенка, вознегодовала я. И еще больше рассердилась, когда увидела, что Андреас погрузил взгляд в декольте кукольной фрейлины. У него что, мания на рыжих? Когти сами собой вытянулись и вонзились в руку герцога.

— Лизз! — вздрогнул герцог, отрываясь от блуждания по женским прелестям.

И спустил меня на пол. Ах вот как! Обида шептала мне убежать и бросить этого ловеласа. Вот пусть сам делает всю работу! Пусть… Но разум вовремя восторжествовал. Нет! Нельзя провалить миссию. Иначе герцог решит, что я ни на что не гожусь. И вот тогда точно отправит меня назад в колонии.

— Нира очаровательна, — своим низким бархатным голосом, который он использовал в особых случаях, сказал Андреас. Я ревниво постучала хвостом по полу, но все внимание герцога было поглощено Рыжей Куклой. — Но, я слышал, что принцессе хотели найти двух фрейлин, которые бы помогли ей освоиться со здешними обычаями во время пребывания в Нидерре?

— Да, вы правы, — не моргнув и глазом, сказала графиня ван Саксен. — Второй фрейлиной должна была стать Селин ван Орд. Я обучала девушек в течение двух месяцев, но…

— Но?..

— Но в итоге проверку прошла лишь Марит, — показала веером в сторону Рыжей Куклы графиня. — Кандидатуру Селин пришлось отбросить.

— Вот как? И по какой же причине?

— Боюсь, что я не смогу ее разгласить, — с холодной улыбкой заметила графиня. — Но Марит, я уверена, сможет справиться и одна. Не так ли, нира ван Кьельпен?