( Не) единственная

Глава 10.2

Глава 10.2.

Талина

Я выскользнула из комнаты, прикрыла дверь, за которой Игнат и Алина ругались, выясняя про сына. Быстро вернулась к себе, заперлась, опасаясь мести Алины, и повалилась на кровать.

Думала о том, что только что услышала от мачехи. У нее есть сын, у Стаса есть сын, но я ни сном ни духом. Все вокруг врут. Мне врут.

От обиды перехватило горло. Хотелось расплакаться под одеялом, жалея себя.

Ну уж нет! Лить слезы я не стану. Оба не заслуживают и крохотной слезинки.

Я поднялась и решительно открыла дверь, собираясь прогуляться до кухни за кофе. Навстречу мне по коридору шла пара. Я запнулась, решив, что идущий с полноватой женщиной рядом - это Стаса. Через секунду поняла, что обозналась. Мужчина, вернее парень, был намного моложе и совсем не похож на отца. «Сын», - предположила я. Припомнила, что его зовут Руслан. Женщина, вышагивающая рядом, с интересом поглядывающая по сторонам, скорее всего, была его матерью. Раиса приехала к финалу. Мирослав решил понять рейтинг, пригласив ее на заключительную часть? Зачем она ему? Свою роль она сыграла.

Окинув ее взглядом, я отвернулась, не найдя для себя ничего примечательного в ее внешности. Располневшая женщина, которой не шел слишком обтягивающий неидеальную фигуру сарафан, выбранная стрижка и синие концы прядей на волосах. Духи у нее тоже не очень.

Рая цепким взглядом прошлась по моей фигуре, уставилась в лицо и неприязненно скривилась. Я скривилась в ответ, унюхав сладкий тяжелый шлейф восточных духов. В следующий момент меня кинуло на стену, впечатав плечом. Раечкина туша нависла сверху, отравляя воздух духами. Я глянула на светлые разводы дезодоранта подмышками на платье.

Нельзя столько антиперспиранта наносить. У женщин, кто пользовался постоянно, врачи нашли под кожей подмышек алюминий, который входит в состав дезодоранта.

- Слушай сюда, девочка, - жарко дохнула на меня недавно съеденной пиццей Рая. – Ты знаешь, кто я такая. Я тебя предупреждаю, отвянь от Стаса по-хорошему. Мы с ним давно вместе, тебя еще в проекте не было. И у нас сын.

Сын флегматично загорал в стороне, глазея по сторонам, предусмотрительно не вмешиваясь в женские разборки. Я бросила на него оценивающий взгляд. Вблизи любое сходство со Стасом терялось. У отца и сына одинаковый разрез глаз и форма носа, но у этого парня и близко не было ничего похожего на профиль бывшего. Симпатичный, но очно не в Стаса породой.

- Его сын? Не очень-то он похож на Стаса, - я толкнула ее в плечо, заставив отступить в сторону. – Без теста ДНК я бы такими заявлениями не бросалась.

- Да как ты смеешь! – возмутилась Рая, меня цвет лица на свекольный. – Соплячка малолетняя, сопли под носом не высохли, а еще и хамишь!

Она распалялась, и вслед неслись слова покрепче. Спускаясь с лестницы, передумала на полпути.

А чего это я все дома сижу? Города и моря так толком не увидела, только во время съемок. Надо бы прогуляться, сделать фото, а то скоро сама начну кидаться на людей как Рая.

Сказано – сделано. Через полчаса такси везло меня прочь от особняка в город. Я неторопливо гуляла по улицам, где к вечеру становилось все многолюднее, посидела в кафе на набережной, неторопливо потягивая кофе, слушая прибой и крики детей, носящихся по пляжу… И щелкала, щелкала телефоном, делая фото и записывая видео. Снимала все подряд: столики с завсегдатаями, поедающими свои десерты, голубей, нагло вырывающих кусочки выпечки прямо из рук; домики у самой набережной, лепящиеся один к одному; загорелых до черноты рыбаков, решивших причалить далеко от пристани, и море с его пятьюдесятью оттенками синего, уверенная, что потом буду пересматривать отснятое и не раз.

За прогулкой не заметила, как подкралась ночь. Я брела по одной из улочек, молясь, чтобы меня не узнали, глазея по сторонам. Толпа молодых мужчин, возникшая на пути и непрерывно отъезжающие машины, привели меня в бар. Вывеска ярко мигала неоном. Я разглядывала надпись, расшифровывая и решая, кутнуть ли мне сегодня или самое разумное сейчас отправиться спать. Как раз спать и быть разумной мне совсем не хотелось. И я решительно направилась в сторону шумной толпы подвыпивших парней и девушек, тусующейся у дверей бара.

Внутри меня оглушила музыка и ослепила светомузыка. Тела на танцполе хаотично дергались, двигались, подчиняясь ритму. Я слегка растерялась, не зная, что делать дальше. Всей смелости хватило зайти.

- Привет. - На плечо легла чужая ладонь. Мужская и очень наглая. Я скинула руку и оглянулась на нахала. С удивлением в нахале узнала Руслана.

- Привет. А как… - хотела сказать «тебя сюда отпустила мама», и осеклась, проглотив обидные для самолюбия парня слова.

- Потанцуем… - Ритм сменился плавной мелодией. И Руслан потащил меня в толпу. Обнял, сжав горячими ладонями талию. В лицо дохнуло алкогольным коктейлем. Я отвернулась. Кусала губы, оглядываясь на танцующих, ища знакомые лица. Руслан меня одернул, жарко и противно шепча в ухо: – Расслабься ты. Даже если ты будешь голой отплясывать на столе, какая разница, что о тебе подумают другие. Ты видишь их первый и последний раз.

Он сам последовал своему совету. Начал отплясывать дикие танцы, веселя толпу. Я пыталась его урезонить, увести. Но с неожиданной для его конституции силой Руслан вырвался и продолжил вакханалию. И мне осталось только его снимать и отправлять видео Аньке, умирающей от желания знать, как я провожу вечер.

- Я не его сын, - пьяно икнув, выдал Руслан, подняв на меня мутный взгляд. Я везла его в гостиницу, где он проживал, кляня про себя на чем свет стоит за решение зайти в бар. Отдохнула, называется. Навязала себе на голову эту пьянь малолетнюю. – Мать всем врет. Но бабушке она призналась, что мой отец другой мужик. Он женатый. А ей хочется замуж.

- Обязательно за Стаса?

- Она хочет его вернуть и вернет.

- Ты так уверен?

- У меня есть брат-близнец. Позор нашей семьи. Он сидит. Отец пытается его вытащить. Нужны деньги. Он нашел тебя... спон-сор-шу, - по слогам выговорил рудное слово.