( Не) его пара. Запах искушения

Пролог

ВАРД

Кровь пульсировала в висках тяжелым, размеренным ритмом. Ритмом зверя, который слишком долго сидел в клетке из дорогих костюмов, графиков доходности и политических интриг стаи.

Я смотрел в панорамное окно своего кабинета на сорок четвертом этаже. Город внизу казался россыпью дешевых стекляшек. Люди – муравьями, занятыми своей суетой. Я был их негласным королем, Альфой «Северного Клыка», но сегодня внутри меня разверзалась пустота, которую не могли заполнить ни власть, ни деньги.

Старейшины давили. Совет требовал союза. Скандинавские кланы ждали моей слабости, а брак с Ингрид – дочерью Альфы восточных территорий – был единственным способом зацементировать границы. Она была красива, породиста и предсказуема. Её волчица была сильной. Мой разум понимал выгоду. Мой зверь... мой зверь просто хотел вцепиться в глотку каждому, кто произносил её имя.

— Вард, — голос моего беты, Ксейдана, прозвучал за спиной. — Пришла девушка по объявлению о реставрации архива. Стажер из университета. Ты просил прислать её сразу, как только она появится.

Я не обернулся. Раздражение вспыхнуло во мне горячей искрой. Архив. Старые свитки моего деда, которые начали рассыпаться в прах. Мне нужно было спасти историю клана, но сейчас любая мелочь казалась бессмысленной.

— Пусть ждет, — бросил я ледяным тоном. — У меня нет времени на человеческих девчонок.

— Она уже в приемной, — Ксейдан замялся, что было на него не похоже. — От неё... странно пахнет.

Я замер. Слово «пахнет» в нашем мире имело слишком много значений. Я медленно развернулся, втягивая воздух ноздрями. Сначала я почувствовал запах кондиционера, дорогого парфюма секретаря и свежесваренного кофе. А потом...

Запах ударил мне в лицо, словно таран.

Это не был аромат духов. Это был запах дикой малины, прихваченной первым морозом, и теплого летнего дождя на раскаленном асфальте. Он был настолько чистым, настолько живым, что мой внутренний зверь, до этого момента дремавший в летаргическом сне, внезапно вскинулся, вонзая когти в мои внутренности.

«МОЯ» – прорычал голос в моей голове. Глухой, первобытный, не имеющий ничего общего с цивилизованным Альфой в костюме от Brioni.

Я судорожно выдохнул, вцепившись пальцами в край дубового стола. Дерево под моими руками жалобно хрустнуло.

— Вард? Ты в порядке? Твои глаза... — Ксейдан сделал шаг назад, непроизвольно принимая защитную стойку.

Я знал, что мои глаза сейчас горят расплавленным золотом, а зрачок вытянулся в вертикальную щель. Зверь рвался наружу, он хотел снести дверь, разделяющую нас, прижать это маленькое, пахнущее солнцем существо к полу и пометить так, чтобы ни один самец в радиусе тысячи миль не посмел даже взглянуть в её сторону.

Этого не могло быть. Это была ошибка. Статистическая погрешность. Очередная шутка богов. Она – человек. Я чувствовал её хрупкое, едва слышное сердцебиение через две стены. Оно частило, сбивалось – она нервничала.

«Человечка. Слабая. Пустая», – твердил мой рассудок. «ЖИЗНЬ. СМЫСЛ. ПАРА», – отвечал зверь, раздирая меня изнутри.

Я не мог позволить ей войти. Если она войдет, моя жизнь, какой я её знал, закончится. Мои планы на брак с Ингрид, спокойствие клана, моя репутация рассудительного вожака – всё это сгорит в пламени этого безумного, запретного Зова. Альфы не выбирают людей. Это путь к вырождению. Это позор.

Но моя рука, помимо моей воли, нажала на кнопку селектора.

— Просите. Пусть войдет, — мой голос надломился, став похожим на низкий рокот.

Я сел в кресло, стараясь придать лицу выражение ледяного безразличия. Я сцепил пальцы в замок, чтобы скрыть мелкую дрожь. Я был самым сильным хищником в этом городе, но сейчас я чувствовал себя загнанным в ловушку.

Дверь медленно открылась.

Сначала я увидел её туфли – простенькие, чуть поношенные балетки. Затем – узкие джинсы и огромный, явно не по размеру, серый свитер, в котором она почти тонула. У неё были растрепанные светлые волосы и огромные, испуганные глаза цвета лесного ореха.

Она сделала шаг в кабинет, и концентрация её запаха стала невыносимой. Мои клыки начали удлиняться, царапая внутреннюю сторону губы. Кровь во рту была соленой и горячей.

Она замерла в нескольких метрах от моего стола, прижимая к груди папку, словно щит. Она была такой маленькой. Такой нежной. Один мой удар – и её кости превратятся в пыль. Одно моё слово – и она исчезнет.

— З-здравствуйте, — прошептала она, и звук её голоса отозвался в моем позвоночнике электрическим разрядом. — Я Эйра... я по поводу архива.

Я смотрел на пульсирующую жилку на её шее. Там, под тонкой, прозрачной кожей, текла жизнь. Моя жизнь. Моя погибель.

В этот момент я понял две вещи. Первая: я никогда не женюсь на Ингрид. Вторая: эта девочка никогда не покинет это здание свободной. Даже если мне придется сломать её, чтобы спасти от самой себя.

— Подойди ближе, Эйра, — мой голос прозвучал как приговор. Для неё. И для меня.

Я еще не знал, что через пять лет буду готов вырвать себе сердце, лишь бы снова услышать этот шепот. Что я предам её, уничтожу её доверие и вышвырну в ледяную неизвестность, чтобы спасти её от своих же законов.

Но сейчас... сейчас я был просто голодным зверем, который нашел свою истинную пару. И мне было плевать на весь остальной мир.