( Не) его пара. Запах искушения

Глава 13

Медицинский блок замка больше напоминал секретный научный центр, чем больницу. Холодный свет ламп, тихий писк мониторов и запах антисептиков. Но даже здесь я чувствовала его – Вардена. Тяжелый, горячий запах зверя, который теперь был смешан с запахом лекарств.

Как только Ксейдан подтвердил, что жизни Вардена больше ничего не угрожает, плотина внутри меня рухнула. Та яростная защитница, что махала ножом в кабинете, исчезла. На её месте осталась просто Эйра – напуганная девушка в мужской куртке, залитой кровью.

Я забилась в самый угол глубокого кресла у его кровати, поджав колени к подбородку. Меня трясло так сильно, что зубы стучали. Весь ужас ночи – вой, хруст костей, золотые глаза и осознание того, что я чуть не погибла на том карнизе – накрыл меня ледяной волной. Закрыв лицо руками и беззвучно разрыдавшись, начала раскачиваться из стороны в сторону.

— Эйра.

Голос Ксейдана заставил меня вздрогнуть. Он вошел тихо, неся стопку чистой одежды и стакан воды. Поставив всё на столик, он сел напротив, внимательно изучая моё состояние.

— Они хотели... они хотели убить его моими руками? — выдавила я, вытирая слезы. — Тот мужчина в кабинете... он говорил о документах, о записях.

— Это был другой клан, Эйра, — Ксейдан вздохнул, его лицо осунулось. — Конкуренты. В нашем мире власть – это не только деньги, но и территории, и сила Альфы. Они хотят свергнуть Вардена, разрушить наш порядок и забрать эти земли. Ты для них была идеальным рычагом. Тот случай на границе, который мы так тщательно замалчивали... ты обмолвилась о нем, и они поняли: что ты что-то знаешь. — я подняла на него покрасневшие глаза.

— Значит, это всё же эксперимент? Генетика? Вы…вас и этот «Зов» создали в лаборатории? — Ксейдан горько усмехнулся и покачал головой.

— Нет, Эйра. Никакая лаборатория не способна создать то, что создавала природа веками. Мы не генетический эксперимент. Мы оборотни.

Я замерла, ожидая, что он рассмеется, но его лицо оставалось серьезным.

— В нашем мире всё еще течет древняя магия, — продолжал он. — Люди привыкли её не замечать, списывать на сказки. Но дриады, водяные, русалки... бабайи, которыми пугают детей – они существуют. Они живут среди вас, просто в другом слое реальности. И мы – часть этого мира. Магия создала существ, способных менять облик, чтобы выживать.

— Оборотни... — прошептала я, глядя на спящего Вардена. — Значит, то, что я читала в «Хрониках» про Зов... Это не биологический резонанс. Это... как Истинная пара в дурацких книжках?

Ксейдан едва заметно улыбнулся.

— Именно оно. Самое древнее и сильное проявление нашей природы. Варден услышал Зов, его зверь почувствовал своё. И теперь он не отпустит. Никогда.

— Это безумие, — нервно хихикнула, чувствуя, как сознание пытается отторгнуть эту информацию. — Я – обычный реставратор. Я не могу быть частью «древней магии».

— Магии плевать на твою профессию, Эйра.

Мы проговорили долго. Я задавала вопросы, а Ксейдан терпеливо объяснял устройство их мира, пока за окном не начал брезжить серый рассвет. В какой-то момент, когда тишина стала совсем тяжелой, я не выдержала. Пересела на край кровати Вардена и осторожно, почти невесомо, накрыла его ладонь своей.

Его рука была горячей, как печь. Кожа на его запястье всё еще была покрыта мелкими ссадинами, но стоило моим пальцам соприкоснуться с его кожей, как произошло нечто странное.

Я почувствовала легкое покалывание, как от статического электричества. Ксейдан, который в этот момент проверял показатели мониторов, замер. Мы оба увидели это: края рваной раны на плече Вардена, которые еще минуту назад были воспаленными, начали на глазах стягиваться. Гематомы на груди бледнели, а его дыхание стало ровным и глубоким.

Ксейдан посмотрел на наши сцепленные руки, потом на меня. В его взгляде больше не было усталости – только благоговейный трепет.

— Регенерация ускорилась втрое, — тихо произнес он. — Зов работает. Ты – его лекарство, Эйра.

Он медленно поднялся и направился к выходу, понимая, что его присутствие здесь больше не нужно.

— Оставайся с ним. Теперь я вижу, что он в надежных руках.

Дверь тихо закрылась, оставляя меня наедине с человеком-волком, который перевернул мою жизнь. Я не отпустила его руку. Наоборот, сжала её крепче, чувствуя, как в глубине моей собственной груди начинает зарождаться новое, пугающее, но невыносимо теплое чувство.

Я не заметила, как задремала, прижавшись щекой к краю его кровати. Моя рука всё еще лежала в его ладони, и мне казалось, что тепло, исходящее от Вардена, согревает меня изнутри.

Тихий хрип заставил меня вскинуться. Варден открыл глаза. Но это не был взгляд человека, приходящего в себя после наркоза. Его зрачки были расширены настолько, что золотая радужка превратилась в тонкую кайму. В этом взгляде не было узнавания, не было нежности – только голодный, первобытный инстинкт.

Он медленно, почти лениво, провел большим пальцем по моей ладони. Его кожа была обжигающей. Это движение было обманчиво ласковым, но я почувствовала, как по спине пробежал холодок.

— Варден? — прошептала я, пытаясь высвободить руку. — Ты пришел в себя. Тебе нельзя двигаться, Ксейдан сказал, что рана еще…

Он не ответил. Он просто смотрел на мои губы, и я видела, как его ноздри трепещут, втягивая мой запах.

— Варден, лежи спокойно! — прикрикнула я, пытаясь включить тон строгого врача. — Это приказ! Тебе нужно восстанавливать силы, а не…

Слово «приказ» подействовало на него как удар хлыста. Его зрачки вспыхнули. В одно мгновение, которое мой мозг даже не успел зафиксировать, ситуация изменилась. Рывок – и я оказалась под ним. Варден повалил меня на кровать, придавливая своим тяжелым, горячим телом.

— Приказ? — его голос был утробным рыком, от которого завибрировали мои ребра. — Ты смеешь приказывать Альфе, Чертёнок?

Его руки, всё еще покрытые мелкими шрамами, залезли под куртку, обжигая кожу. Он целовал меня не так, как в кабинете. Это было не нападение – это было клеймение. Его губы, жадные и требовательные, сминали мои, а зубы опасно скребли по нижней губе. Он дышал тяжело, как зверь после долгого бега.