( Не) его пара. Запах искушения

Глава 15

Эйра

Просидеть взаперти вечность не получилось. Голод и удушающая тишина комнаты начали давить сильнее, чем воспоминания о пережитом. Мне нужно было выйти. Нужно было почувствовать под ногами твердый пол, а не зыбкую почву своих кошмаров. И, признаться честно, работа в библиотеке была единственным якорем, который удерживал меня от того, чтобы окончательно не признать себя сумасшедшей.

Я переоделась в чистое – то, что принес Ксейдан. Простая одежда, но из такой качественной ткани, которую раньше видела только в модных бутиках. Выходя из комнаты, я ожидала чего угодно: стражи, новых замков, окриков. Но коридор встретил меня странной, почти торжественной тишиной.

Перемены ощутились сразу. Слуги, чистившие гобелены, замирали при моем приближении, вжимаясь в стены. В их глазах не было дружелюбия – там читалось глухое, суеверное опасение. Для них я больше не была случайной гостьей или пленницей. Я была той, от кого чувствовался запах крови Альфы.

На повороте к главной лестнице я едва не столкнулась с Маркусом.

Он стоял, прислонившись к колонне, с перевязанным предплечьем – тем самым, которое я полоснула серебряным ножом. Его лицо, обычно бесстрастное, на этот раз было жестким. Он не расступился, как слуги. Напротив, он выпрямился, преграждая мне путь, и я почувствовала исходящую от него волну подавленного раздражения.

— Госпожа Эйра, — его голос звучал сухо, как треск сучьев под ногами. — Рад видеть, что вы нашли в себе силы покинуть комнату. Хотя, признаться, после ваших… подвигов, я ожидал, что вы предпочтете не показываться на глаза тем, кто действительно заботится о безопасности этого дома.

Я вскинула подбородок. Внутри снова шевельнулось то самое колючее чувство, которое я испытала в кабинете.

— Если ваша безопасность заключается в том, чтобы запирать людей и игнорировать их право на жизнь, Маркус, то вы плохо справляетесь со своей работой. — Маркус сузил глаза. Он сделал шаг вперед, вторгаясь в мое личное пространство.

— Вы едва не погубили его, — процедил он сквозь зубы. — Своей истерикой, своим ножом. Вы не понимаете, в какую игру ввязались. Вы – человек, хрупкое создание, которое по какому-то нелепому совпадению стало значимым для Альфы. Из-за вас он подставился под удар. Из-за вас стая сейчас на грани войны. А вы… вы кусаете руку, которая вас кормит.

— Я защищала себя! И его! — выкрикнула я, чувствуя, как щеки обдает жаром. Он ведь не мог знать, что я укусила Вардена, правда?

— Вы защищали свою собственность, — отрезал Маркус. — Даже если сами этого не понимаете. И вы сейчас – самая большая проблема этого замка.

Он наконец отошел в сторону, но его взгляд продолжал жечь мне спину, пока я не скрылась за дверями библиотеки. Его злость была понятной: я была системной ошибкой в их идеальном мире силы и подчинения. Была той из-за кого пострадал их вожак.

В библиотеке пахло старой бумагой и пылью – этот запах всегда меня успокаивал. Но стоило мне сесть за рабочий стол, как дверь снова отворилась.

Ксейдан вошел без стука. В руках он держал небольшой кожаный футляр и тяжелую папку.

— Не обращай внимания на Маркуса, — произнес он, проходя вглубь зала. — Он предан Вардену до мозга костей. Для него всё, что делает Альфу уязвимым – это враг. Даже если этот враг – его истинная пара. Правда о вашем статусе не знает никто кроме меня и Варда.

— Я ему не враг, — буркнула, не глядя на него. — И я не его пара. Это… это ошибка.

Ксейдан молча положил футляр передо мной на стол.

— Ошибки не ускоряют регенерацию так, как это делаешь ты. Кстати, Варден встал на ноги. Сегодня утром он уже раздавал приказы, хотя любой другой на его месте пролежал бы в коме неделю.

Он открыл футляр. Внутри на бархатной подложке лежала старинная брошь – серебряное плетение в виде ветви омелы с вкраплением странного, мерцающего камня.

— Это нужно реставрировать? — спросила, стараясь перевести тему на профессиональный лад. Ксейдан внимательно посмотрел на меня, игнорируя вопрос.

— Эйра, я пришел не только ради работы. Я пришел предупредить. Твой… поступок в лазарете. Укус. — я замерла. Сердце забилось чаще.

— Он злится? — голос предательски дрогнул.

— Зверь – нет. Зверь в восторге, как бы дико это ни звучало. Но человек внутри Вардена сейчас пытается выстроить стену. Укус человека не дает магической привязки, как укус оборотня, но он создал канал. Варден чувствует тебя. Твой страх, твою ярость, твое присутствие. Ты теперь для него как пульсирующий маяк. — он пододвинул ко мне папку с документами. — Здесь новые артефакты для описи. Но на самом деле, это повод оставить тебя здесь, под защитой этих стен. Варден стабилизировался, и он хочет тебя видеть. Сегодня вечером, в кабинете.

— Я не пойду, — отрезала, вспоминая жар его тела и клыки у своего горла.

— Пойдешь, — мягко, но непреклонно возразил Ксейдан. — Потому что Зов уже начал менять и тебя. Ты ведь почувствовала это, верно? Когда Маркус злился на тебя, ты ведь не испугалась? Ты хотела ответить ему тем же. Твои чувства обостряются, Эйра. Твой организм подстраивается под ритм Альфы.

Я вспомнила вспышку золота в зеркале и промолчала. Ксейдан поднялся, направляясь к выходу.

— И еще одно. Напавшие вчера были из клана Черных Скал. Они искали информацию о случае на границе. То, что ты знаешь… это важнее, чем ты думаешь. Посмотри в папке третий раздел. Там копии отчетов десятилетней давности. Возможно, ты найдешь там знакомые имена.

Когда он ушел, я долго сидела неподвижно. Тишина библиотеки больше не казалась уютной. Я открыла папку, пролистывая технические описания, пока не дошла до пожелтевших страниц, помеченных грифом «Секретно. Только для внутреннего круга Вайгурдов».

Мой взгляд зацепился за фотографию, прикрепленную к отчету. Старая, размытая съемка с камер наблюдения. На ней был изображен лесной кордон и маленькая фигурка ребенка, стоящая перед огромным волком.