(не) фиктивная семья для босса

Глава 6

— Тебе нужно на работу. С детьми побудет проверенная няня — хорошая женщина, работает на моего брата. Я договорился, она присмотрит за Ваней и Варей, пока мы не подберём садик.

И опять звучит как-то по-семейному. Неправильно. Или наоборот?

— А дети брата?

— У него пока только сын, с ним его мама справляется. Она сейчас на каникулах, и ей помощь не особо нужна. Поэтому Ольга Викторовна с удовольствием согласилась нам помочь.

Это «нам» снова отзывается в самом сердце, склоняет к тому, что надо рассказать Демьяну правду.

— Дядя Демьян, смотри.

Варя придвигается ещё ближе, садится вплотную к нему. А Ваня, глядя на сестру, ревниво сопит. Ещё причина раскрыться: дети тянутся к нему.

Мужчина берёт протянутый листок и с интересом рассматривает.

— Это мы, мама и папа. У всех должен быть папа, да?

— Да. — отвечает дочери, но при этом сверлит взглядом меня, от которого меня бросает в жар, и я чувствую себя преступницей. С облегчением выдыхаю, когда он переключается на Ваню: — а что у тебя? Покажешь?

Сын начинает весь светиться от счастья и протягивает свой рисунок. Варя тут же суёт любопытный носик.

— Ты неправильно нарисовал.

Хочет отобрать лист, но Демьян не отдаёт.

— А мне нравится. Красиво.

Дочь насупленно дышит, но обиды хватает ненадолго.

— Мальчишки, что с них взять. — звучит как приговор, и я, не удержавшись, хмыкаю.

Демьян тоже не сдерживает улыбку. Красивую.

Вот же зараза.

— Мне то покажете, что нарисовали?

Дети торопливо отбирают свои художества и наперегонки показывают мне. У Вари изображена семья. Кривоватая. Сложно различить, где её брат, а где предполагаемый папа, но всё равно мило.

У Вани же большая машинка. Теперь ясно, что не устроило дочь: машины она любит не меньше брата. Куклы её никогда не интересовали. И если Ваня отдаёт предпочтения большим машинам, как на рисунке (хотя больше на автобус похоже, чем на проходимый паркетник), то Варя — за спортивные экземпляры.

— Красиво. Вы у меня молодцы.

— Мам, а раз нам в садик больше не надо, пойдём в парк кататься?

— Вы по-прежнему наказаны.

— А завтра мы ещё будем наказаны? — невинно интересуется дочь и не забывает ресничками хлопать.

— Будете.

Образ принцессы моментально испаряется. Складывает руки на груди, нижнюю губу выпячивает, всем своим видом показывая своё отношение к несправедливости этого мира в целом, и моего решения в частности.

— Лучше бы на скамейке посидели.

В кафе мы долго не засиживаемся. Демьян отвозит нас домой, предварительно скидывает контакты няни и предупреждает, что завтра утром она будет у меня. Как мать, меня подкупает такое внимание к детям. Я прекрасно справляюсь с ними сама, ну ладно, иногда ситуации выходят из-под контроля, но это никак не связано с тем, что я мать-одиночка. Просто мои Чертятки бывают слишком активными. Только я не могу отрицать, что им хочется иметь отца. Они стали реже задавать вопрос: где папа. Но вот такие рисунки или завистливые нотки в голосе, когда разговор заходит о чужих отцах — нет-нет да промелькнут.

Я никогда не пыталась специально найти им отца. Глупая затея: не каждый мужчина примет чужих детей. А здесь их родной папа, который вроде даже переживает за них. И мне ведь не обязательно строить отношения с Демьяном. Просто нужно позволить общаться с детьми.

Но прежде чем рассказать правду, нужно собрать побольше информации о нём. К счастью, у меня есть кладезь офисных сплетен и не только.

— Можешь приехать? — сразу спрашиваю Аньку, когда она отвечает на звонок.

— Одна или с красненьким?

Задумываюсь на минуту — после такого дня бокальчик красненького точно лишним не будет. Поэтому даю подруге добро. По её приезду малышня окружает её, забирает себе всё внимание. Утаскивают в детскую и не выпускают, пока не укладываю их спать.

— Рассказывай, что случилось.

— Мне нужна информация. Всё, что ты знаешь о Демьяне Борисовиче.

Подруга разочарованно стонет в голос. Делает большой глоток и с возмущением смотрит на меня.

— Только не говори, что ты тоже пала под его обаянием.

Мотаю головой и ныряю в прорубь, отрезая себе путь к отступлению:

— Помнишь, я тебе рассказывала про мерзавца — отца чертят? — не дожидаясь ответа, продолжаю: — так вот, это и есть Демьян Борисович.

Подруга какое-то время сидит, парализованная новостью. Я её не трогаю, даю возможность спокойно переварить информацию.

— Очуметь.

Наконец, приходит в себя. Делает ещё один глоток, разом допивая ароматный напиток.

— Это же как так встрять нужно было.

Пожимаю плечами.

— Я думала, там какой-нибудь простой мужик, а не птица такого уровня. Это засада, Дань.

Теперь моя очередь делать большой глоток напитка. От охватившего волнения не замечаю пряного вкуса.

— Что ты имеешь виду? Ты же всегда его называла «лапочкой».

— Он лапочка, но ты не забывай о его возможностях: деньги и огромные связи — жуткая смесь. В начале лета ходили слухи: Лев — старший брат Демьяна — отобрал у родной матери ребёнка и вышвырнул из дома, а на её место привёл удобную замену.

— Бред какой-то.

— Бред или нет, но простому смертному с ними не тягаться.

— Предлагаешь не рассказывать?

— Не знаю, Данька, чисто теоретически, если его не злить, то можно с ним договориться. И у Чертят будет всё и больше.

— Они и так ни в чём не нуждаются.

— Но с ним у них будут лучшая школа, универ, и не только этой страны.

Когда звала подругу в гости, надеялась, она развеет остатки моих сомнений. Но нет. Теперь у меня их стало ещё больше. И появились страхи. После ухода Аньки я долго сижу в интернете, ищу информацию о братьях Макаровых. Особенно уделяю внимание истории с ребёнком Льва. Со стороны всё выглядит как бред жёлтой прессы, но не бывает дыма без огня.