(не) фиктивная жена для миллионера

Глава 1. Адская встреча. Часть 1

Утро понедельника в кондитерской «Карамель и корица» начиналось идеально, пока на пороге не появился он. Кира Лебедева, поправляя выбившийся из-под фартука локон ярко-рыжих волос, критически осматривала витрину. Капкейки с лавандовым кремом стояли ровными рядами, а фирменный черничный торт манил глянцевой глазурью. Кира любила свою работу. В свои двадцать три года она была не просто владелицей этого уютного уголка на тихой улочке мегаполиса, но и главным художником-кондитером. Ее огромные зеленые глаза, обычно светившиеся мягким теплом, сейчас сузились от подступившего раздражения.

Дверной колокольчик бешено зазвенел, и в помещение буквально влетел ураган в дорогом костюме-тройке. Мужчина был высок, широкоплеч и излучал ту безумную, давящую энергетику, от которой у обычных людей подкашиваются колени. Даниил Воронцов. Циничный инвестиционный банкир, холодный, властный, абсолютно не терпящий легкомыслия. Кира сразу узнала его, хотя видела до этого только в экономических новостях и судебных хрониках. Жесткое, словно высеченное из гранита лицо, холодные серые глаза, напоминающие ледники, и идеально уложенные темно-каштановые волосы. Каждая деталь его облика – от платиновых запонок до начищенных до зеркального блеска туфель – кричала о неприличном богатстве и абсолютной власти. Он ненавидел Киру заочно: месяц назад ее курьер на скутере случайно подрезал его премиальный лимузин, спровоцировав глупую аварию, из-за которой Даниил опоздал на подписание важнейшего контракта, и его бизнес серьезно пострадал.

– Кофе. Черный. Двойной эспрессо. Быстро, – процедил он сквозь зубы, даже не глядя на Киру, и уткнулся в экран своего ультратонкого смартфона.

Голос у него был низкий, бархатистый, но в нем отчетливо слышался металл. Человек, привыкший, что весь мир вращается вокруг него по первому щелчку пальцев.

– Доброе утро, – вежливо, но с ледяной интонацией ответила Кира, намеренно растягивая слова. – У нас принято здороваться. И вообще-то у нас самообслуживание у стойки, но ради исключения...

– Девушка, у меня нет времени на любезности и лекции об этикете, – перебил ее Даниил, наконец-то соизволив поднять на нее свой леденящий душу взгляд. – Через пятнадцать минут у меня сделка года на пятьдесят миллионов долларов. Если я опоздаю из-за того, что вы тут возитесь, я выкуплю это заведение и снесу его к чертям. Живее.

Кира почувствовала, как внутри нее закипает настоящая, праведная ярость. Этот высокомерный индюк смеет угрожать ее кофейне? Месту, которое она по крупицам создавала вместе с мамой? Ну уж нет, Воронцов, ты нарвался не на ту кондитерскую. Ей хотелось высказать ему все, что она думает о заносчивых банкирах, которые скупили половину исторического центра города.

Она резко повернулась к кофемашине. Пальцы слегка подрагивали от злости, когда она наливала кипящий, ароматный напиток в большой бумажный стакан. В голове созрел дерзкий план – плеснуть ему туда побольше сиропа чили, чтобы спесь сбило. Но судьба решила распорядиться иначе и закрутить сюжет гораздо более карикатурным образом.

Даниил, не переставая говорить по телефону со своим лучшим другом и адвокатом Артуром, сделал шаг вперед, вплотную приближаясь к стойке. Он жестикулировал свободной рукой, его безупречно скроенный пиджак распахнулся.

– Да, Артур, контракты у меня. Все под контролем, эти нищеброды подпишут все условия... – уверенно чеканил Воронцов.

В этот самый момент Кира разворачивалась со стаканом, доверху наполненным обжигающим черным эспрессо. Ее короткая джинсовая юбка зацепилась за выступающий край коробки с салфетками, которую рассеянный бариста оставил на краю стойки. Кира потеряла равновесие. Из ее горла вырвался короткий вскрик. На секунду ей показалось, что время замедлилось, как в дешевом кино. Она летела вперед, а стакан с кофе вырывался из ее пальцев, описывая идеальную параболу прямо в направлении безупречно белой, накрахмаленной сорочки Даниила Воронцова.

Шлепок. Шипение. И оглушительный, яростный рык, который, казалось, заставил задрожать стекла в витринах кондитерской.

Весь стакан темного, горячего напитка ровным широким пятном расплылся по груди миллиардера, мгновенно пропитывая дорогую ткань, пачкая шелковый галстук и затекая под жилет. Горячая жидкость явно обожгла его кожу, потому что Даниил резко дернулся, роняя свой телефон прямо на кафельный пол. Экран смартфона с тихим хрустом покрылся паутиной мелких трещин.

В кофейне повисла мертвая, звенящая тишина. Кира, чудом удержавшись на ногах и ухватившись за край стойки, во все глаза смотрела на дело рук своих. На секунду ей стало искренне жаль парня – кофе действительно был очень горячим. Но когда она увидела, как его лицо наливается багровым гневом, а серые глаза превращаются в две амбразуры, жалость мгновенно испарилась, уступив место инстинкту самосохранения.

– Ты... ты хоть понимаешь, что ты натворила, девчонка?! – прорычал Даниил, отряхивая руками мокрую ткань, которая теперь жалко липла к его накачанному торсу. – Этот костюм стоит больше, чем вся твоя жизнь вместе с этой убогой забегаловкой! Из-за твоих недоумков на скутерах я уже потерял контракт, а теперь ты решила лично меня доконать?!

– Во-первых, я не девчонка, у меня есть имя! – вскинулась Кира, упирая руки в бока и упрямо вздергивая подбородок. В ней проснулась фамильная гордость Лебедевых. – Во-вторых, вы сами под руку полезли и дернулись! И вообще, не нужно было хамить. Это карма, поняли? Карма за ваши пятьдесят миллионов!

Даниил тяжело дышал, его широкая грудь вздымалась. Он сделал шаг к ней, преодолевая разделяющую их стойку, так что Кира почувствовала дорогой парфюм с нотками табака и сандала, смешавшийся теперь с запахом горелого кофе. Он выглядел как разъяренный хищник, готовый растерзать добычу. Его пальцы сжались в кулаки.