( Не ) главная героиня

***

— Простите, но вы к кому? — послышался из коридора голос дворецкого поместья Марлоу. — Мы больше никого не ждали.

Мы с ребятами сидели в просторной гостиной за накрытым столом и радовались первой победе в нашем глобальном плане перемен.

— Я за своей служанкой… — знакомый голос скрутил все внутри в тугой ком.

Служанкой? За мной что ли? Да что он себе позволяет?!

— Простите?

— Мне сказали, что Селеста прислуживает Марии, адептке академии магии и сокурснице Эрика Марлоу…

Вот это он осведомлен. Только у меня совершенно не было никакого желания с ним разговаривать! И уж точно я не собиралась никуда с ним идти! О чем и сказала друзьям, после чего демонстративно поднялась из-за стола и сама вышла в коридор к графу, не желая разделять с ним наш небольшой праздничный пир.

— Здесь я, здесь! — недовольно буркнула я, отмечая, что граф даже приоделся зачем-то. — И я давно не ваша служанка!

Дворецкий понятливо на нас взглянул и оставил наедине.

— Послушай, Сэл…

— Селеста!

— Хорошо, — сквозь зубы прошипел вампир, — Селеста! Довольна? А теперь выслушай меня!

— А я должна?

— Прошу…

Резкая перемена в голове на мгновение обескуражила.

— Зачем? Я же говорила, что не вернусь. У меня другая жизнь и она больше не связана с тобой, — в очередной раз перешла я на панибратское «ты», тем самым подчеркивая, что мне он больше не господин. — Ты никогда не изменишься. Каким был таким и останешься. И твой последний поступок только доказывает это.

— Я тебя спасал! Тебя и Талисиен!

— Убивая? Какое же это спасение?

— Иногда другого выхода нет, — не стал отрицать Айзек, — тем более что он заслуживал смерти.

— Я так не считаю и в этом разница между нами.

— Пусть так, но я люблю тебя, Сел…

— Нет, не любишь, — спокойно перебила я. — Хочешь, разве что… и то, потому что недоступна. В этом нет твоей вины. Таковым тебя создал автор.

— Но ты ведь изменилась!

Я даже не удивилась тому, что вопросов не последовало.

— Как и изменила свою судьбу. Она больше не связана с твоей. Теперь я прокладываю себе путь. И этот путь рядом с Талисиеном.

— А мой? — в его голосе послышалась настоящая боль. — Мой путь — одиночество?

— Я думаю, ты еще встретишь ту, кто займет место в твоем сердце, ту которую ты не станешь использовать в собственных целях, играя ее наивностью, ту, которая полюбит тебя не потому, что так захотел автор, а потому что ее сердце потянется к твоему…

— Ты жестока.

— Справедлива.

— Помнишь, как мы встретились впервые? — вдруг спросил он. — Как я увидел тебя в той таверне. Это было еще до того раза как я предложил пойти со мной. Я ведь приходил прежде. Ты обслуживала меня, но даже не замечала.

Сказать по правде я не знала, что на это ответить. До того как себя осознать, я и правда верила в чувства Айзека, но со временем поняла, что их нет. Зачем же он сейчас все это говорит?

— Знаешь, ведь я не умею благодарить…

— За что?

— За то, что хотя бы на время скрасила мое одиночество, — он грустно улыбнулся, демонстрируя острые клыки. — Я с самого начала был один. Всегда. Ты помогла найти мне настоящего себя. Спасибо. Думаю, мы с тобой еще увидимся в следующей сцене.

Сцена?

— Что же, — не стал настаивать граф, — надеюсь, ты будешь счастлива с Талисиеном, а Маша отыщет путь домой.

Я поняла, что это уже не его слова. Без всяких звоночков и предупреждений. Вот просто на подсознательном уровне ощутила, что все это говорит автор.

— Уже отыскала, — поделилась я хорошей новостью, — и силу вернула. Так что все будет хорошо!

Неужели Елена Смирнова приняла во внимание наши желания? Неужели согласна вернуть Машу, а значит… сделать меня главной?!

— Я рад…

Только радостным вампир не выглядел. Грустным. Одиноким. Потерянным. Я не могла этого исправить, ведь мое отныне сердце принадлежало другому. Поэтому не стала останавливать, давая Айзеку уйти. Или правильнее сказать, автор давал такую возможность, наконец, разрешая выбрать самой. Впервые, наверное, за всю историю!

— Ты уверена? — раздалось со спины. — Ведь ты так мечтала быть рядом с ним.

Я удивленно обернулась к Генриху, за спиной которого стоял молчаливый Талисиен. И только Маша с Эриком не вышли к нам.

— Это была не моя мечта, — счастливо призналась я, — ведь я всегда хотела найти настоящую взаимную любовь…