Не хочу тебя знать, дракон!

Глава 1

В очередной раз игла вонзилась в палец, отчего я вздрогнула. Кровь слизала языком и продолжила работу. Надо было срочно закончить свадебное платье для дочери местного торговца. На вырученные деньги я смогу закупить ткань, пошить одежду и потом ее продать по более выгодной цене. Эта мысль грела.

— Еще немного, — шептала я, тщательно выводя стежок. — Ещё один…

На заказ ушло много времени, а уже к утру все должно быть готово. Красивое платье получалось, простое, конечно, но красивое. Жемчуг был не по карману ни мне, ни невесте, так что на шлейфе я заменила его бисером, и вышло просто замечательно. Элиана будет довольна, как ее жених и родители. Надеюсь, кто-нибудь еще закажет себе наряд у меня.

Игла выпала.

— А-ах…, — не сдержалась я, прижимая руку к груди от внезапной боли.

Только потом посмотрела на левое запястье. Кожу нестерпимо жгло, будто внутрь залили расплавленный металл. Я, спотыкаясь о разложенный по полу подол, бросилась к умывальнику в углу мастерской и опустила запястье в ледяную воду. Однако боль не утихла ни на грамм. Я села на колени, из глаз выступили слезы.

— Что… что со мной… что… происходит…

Я вытащила руку и замерла. На коже проступал алый рисунок. О нет! Только не это! Метка истинности! Истинное проклятье для любой девушки!

Древняя магия крови, проклятие, выпадавшее одной женщине из ста тысяч. Метка не спрашивала, не выбирала по любви, не считалась с обетами и сословиями. Она просто проявлялась на коже той, чья суть станет источником магической силы для отмеченного мужчины. В истинной паре нет места любви, это всего лишь магическая связка. И по закону отмеченная девушка сама должна была явиться к своему избраннику, а тот обязан ее принять.

Тем временем линии начали чернеть, и я увидела вытянутый щит, внутри него два скрещенных меча, а поверх изогнувший шею дракон с короной из языков пламени.

Сердце пропустило удар. Этот герб знали все — от прачки до короля, его даже чеканили на монетах в южных провинциях. Этим гербом метили клинки перед военными походами.

— Нет, — выдохнула я. — Нет, нет, нет…

Я прижала ладонь ко рту, чтобы не закричать от страха.

Герб принадлежал генералу-дракону Данте Альваресу, которого боялись все и даже сам король. Тому, кто жег врагов, а потом спокойно ужинал на пепелище. Тому, чьи глаза, как рассказывали выжившие, светятся в темноте красным, словно у настоящего демона.

— Я не пойду, — прошептала я, срывающимся голосом, — Я не пойду к нему. Лучше умереть.

Метка отозвалась ласковой пульсацией. Я вскочила, забыв о заказе, схватила плащ с крюка, накинула на голову капюшон, спрятала меченую руку глубоко в рукав, взяла сумку и выбежала на улицу.

Брусчатка под башмаками была мокрой от дождя. Я чуть не упала пару раз. Лавка «Магические травы» была в нескольких кварталах. Я бежала не разбирая дороги. Метка тем временем будто поняла мои намерения и начала болезненно пульсировать. Руку будто опускали в кипяток вновь и вновь.

— Тише, — шипела я сквозь зубы своей же руке. — Тише, тварь, тише…

Лавка располагалась в подвале. Над дверью вместо вывески висел пучок сушеной полыни. Я сбежала по ступеням, забарабанила в дверь обеими кулаками.

Окошко в двери приоткрылось.

— Закрыто. Завтра приходите, — недовольно проскрипела старая женщина. — О-го-го. Девочка, у тебя на рукаве свет горит. Прячешь, а оно светится.

— Это срочно. Пожалуйста, очень надо, — слезы сами собой потекли из глаз.

Старуха что-то проворчала, но дверь открыла. Я быстро забежала внутрь.

— Что тебе нужно?

— Зелье сокрытия, — выдохнула я, срывая капюшон. — Мне нужно зелье сокрытия. Самое сильное. И мазь, для стирания магических следов.

Старуха нахмурилась и с ног до головы осмотрела меня. Я спряла руку за спину.

— Деньги есть?

— Да.

— Что тебе спрятать надо?

— Это не важно.

— Для меня, милая, важно. Для каждого предмета или человека своя норма сокрытия, — покачала она головой.

— Метку истинности, — выдохнула я.

Старуха удивленно присвистнула.

— И кому ты досталась?

Я отрицательно мотнула головой, показывая, что не желаю говорить.

— Понимаю, — сказала она. — Эх, красавица… кому же ты так дорогу перешла, что судьба тебя подвесила?

— Зелье. Пожалуйста. У меня есть деньги.

— Деньги, — фыркнула старуха. — У тебя нет столько денег. Сокрытие от метки истинности — это не румяна, девочка. Это против самой крови идти. А истинный тебя уже чует. Прямо сейчас. Где бы он ни был, стоит и смотрит туда, где ты.

Я почувствовала, как подкашиваются ноги.

— Сколько, — выдавила я. — Назовите цену. Любую.

Старуха хищно улыбнулась.

— Хорошо, — сказала она наконец и потянулась к верхней полке. — Я дам тебе флакон. — Ее сухая рука замерла над склянкой, где была белая жидкость. — Но запомни, оно скроет метку на пять дней. Не больше, может, даже меньше.

— А если ее потом еще раз применить?

— Скроет. Но готова ли ты всю жизнь бегать. Тем более что в какой-то момент зелье прекратит действовать.

— Я готова руку себе отрезать.

Старуха понимающе кивнула и дала склянку.

— Один глоток, и густо помазать саму метку.

Я схватила снадобье, быстро откупорила и сделала глоток, потом отвернулась, закатала рукав и натерла кожу. Но метка не исчезала. Я разочарованно выдохнула.

— Время надо, — поняла меня без слов старуха, — минут десять. Иди домой. Обещаю, что не обманула.

Я кивнула и вышла. Домой дошла как во сне, все время проверяя запястье. Когда вернулась, была совершенно измотана, но надо было дошить платье. Так я и уснула за столом. Разбудил меня громкий стук в дверь. Наверное, Элиана пришла примерить платье. Мне совсем немного осталось. Я быстро встала и открыла дверь, и тут же замерла столбом, парализованная страхом.

На пороге стоял Данте Альварес.