Не играй со мной

1. Возвращение

Шасси цепляют полосу и корпус самолета встряхивает. Не успеваем приземлиться, как в салоне эконом класса раздаются аплодисменты и радостные улюлюканья. Даже лица пассажиров бизнес класса озаряют улыбки, правда больше похожие на оскалы.

Многочасовой перелет пришел к своему завершению. Все счастливы.

Все, кроме меня.

Выжидаю, пока ажиотаж в салоне спадет и подхватываю ручную кладь. На выходе подмигиваю хорошенькой стюардессе и подсовываю ей в руку пакетик с влажной салфеткой.

Стюардесса сначала теряется, но хихикает и зажимает пакетик в кулаке, когда замечает на нем аккуратно выведенные цифры моего телефона.

Быстро прохожу контроль и забираю свой багаж. Вглядываюсь в толпу встречающих, но ни одного знакомого лица так и не нахожу. Меня это нисколько не удивляет. Но все же в груди неприятно царапает.

Уже хочу пройти в кафетерий, чтобы вызвать такси, как внезапно взгляд спотыкается на одной из табличек в руках встречающего. На ней большими шрифтом напечатано мое имя.

От неожиданности резко останавливаюсь и чуть не сбиваю с ног мужчину, который в это время шел за мной.

Неужели отец все-таки озаботился тем, как его отпрыск будет домой добираться? И какие, интересно, еще сюрпризы меня ожидают в родном доме?

Лицо водителя не выражает никаких эмоций, когда я, с искренней радостью в голосе, сообщаю, что Кирилл Одинцов на его табличке – это я.

Он равнодушно кивает головой, разворачивается и молча идет на выход. Чемодан мой, конечно, брать никто не собирается.

Стараюсь не отстать от быстрого шага водителя и с удивлением разглядываю его одежду. На водителе униформа и фуражка. Лакированные туфли натерты до блеска. И с каких пор водители отца стали наряжаться и вести себя так, словно членов королевской семьи возят?

Хотя, знаю я, с каких пор. С тех самых, когда я в сердцах все бросил и уехал из родного дома. С тех пор, как в нашу вполне себе счастливую и спокойную жизнь влезла одна выскочка и крутит теперь отцом и его деньгами, как ей захочется.

С первого дня, как эта лживая особа переступила порог МОЕГО дома, она развела в нем бурную деятельность. Мебель видите ли устаревшая, портьеры не того цвета. Серьезно?! Интересно, какая мебель была в той дыре, откуда ее отец вытащил.

Меня в ней бесило абсолютно все. Ее глупые ужимки и хихиканье, когда она утром провожала отца, ее манерность и попытки влиться в наш круг.

Я не упускал ни одного случая, чтобы ткнуть ее носом в ее страхи. Страхи, что ее не примет наше общество. Страхи, что над ней будут смеяться за спиной.

Но вывести ее из себя у меня так и не получалось. Она обжигала меня злобным взглядом, но все обиды молча сглатывала.

Закидываю чемодан в багажник и плюхаюсь на заднее сиденье машины. Усталость растекается по телу. Я не могу спать в полете и даже бизнес класс не спасает. Так и просидел весь полет в кресле и смотрел мелодрамы девяностых.

Водитель молча ведет машину, а я с ленцой изучаю город. Именно изучаю, потому что за пять лет, что меня здесь не было, он полностью изменил свой облик.

На месте пустырей идет активная стройка, и уже много высотных зданий рвутся ввысь в небо. На месте колдобин уложен новый асфальт и машина скользит по дороге, как сыр по маслу.

Нужно отдать должное нашему мэру. Крутой мужик, слово свое держит и старается на благо города. В отличии всех его предшественников, которые дальше кресла в своем кабинете нигде и не бывали.

А ведь когда несколько лет назад он встал на пост, наш бомонд давился слухами, что долго он не продержится. Мол молодой, да слишком правильный. Все только ждали, когда его съедят акулы нашего города и косточки выплюнут.

Да не тут-то было. Он этих акул так за жабры взял, что все разговоры мигом закончились. Сейчас его авторитету может позавидовать любой власть имущий, причем далеко за пределами нашего города.

Я уже начинаю дремать, когда мы останавливаемся у ворот особняка.

Дом, родимый дом.

Пять лет я тебя не видел. И с радостью бы не видел еще столько же.

Родимый дом, из которого я без сожаления сбежал пять лет назад. А все эта нелепая женитьба отца.

Я бы, наверное, и мачеху выдержал, если бы не одно значительное и решающее НО. Прицепом к этой охотнице за денежками моего отца шла ее бесячая дочка. Мы прожили под одной крышей всего два месяца, но эта пиявка мне всю кровь успела высосать.

Вспоминаю это мелкое недоразумение и меня передергивает. Тощая доска, вся усыпанная подростковыми прыщами. Она прятала их за толстым слоем тоналки и становилась похожей на одну из героинь глупых аниме.

После школы я поступил в несколько престижных ВУЗов и долго не мог определиться с выбором. Но эти два месяца под одной крышей с этой мелкой дрянью все решили за меня.

Я объявил отцу, что после долгих раздумий решил учиться заграницей. Собрал вещи и без сожаления рванул на другой край земли. И до сегодняшнего дня ни разу не пожалел о своем решении.

Не успеваю забрать чемодан и захлопнуть багажник, как машина срывается с места и скрывается за углом. Тяжко вздыхаю и поднимаюсь по ступенькам когда-то родного дома.

Все кажется чужим. Чужая дверь, чужая прихожая, чужая мебель, чужие портьеры, даже воздух кажется стал чужим.

Мой дом встречает меня, как неродного. Нет больше места, где прошло мое детство и юность.

Осматриваю гостиную, как вдруг мой взгляд цепляет картина. Яркая и необычная в своем исполнении, она висит над камином и кажется единственной родной мне вещью, хотя готов поклясться, что вижу ее первый раз в жизни. Скорее всего работа какого-нибудь модного в местном бомонде художника. Но не могу не признать, что художника талантливого.

Зависаю на картине и не сразу слышу звуки стремительных шагов. Дверь в гостиную распахивается и в комнату врывается отец. Не успеваю и ойкнуть, как попадаю в его крепкие объятия и вздрагиваю от сильных хлопков по спине.

-Кирилл! Сынок! Наконец то ты дома. Ты смотри как вымахал, а. И в ширину тоже.