(не) истинная. Фальшивая судьба дракона

Глава 18. Меня раскрыли?

В какой-то момент шум стал не просто громким - он начал давить, будто стены особняка Кроули медленно сдвигались, подгоняя всех к завтрашнему вечеру, словно к краю обрыва. Матушка спорила с появившейся из ниоткуда портнихой о длине рукавов, близняшки уже примеряли украшения перед одним и тем же зеркалом, едва не сталкиваясь лбами, Лиана металась между этажами, а я всё яснее понимала, что если останусь здесь ещё хотя бы на четверть часа, то либо скажу что-то лишнее, либо просто сорвусь.

Поймав момент, когда внимание семьи переключилось на обсуждение оттенка голубого - “слишком бледный” или “достаточно благородный”, - я тихо и почти незаметно выскользнула из гостиной, поднялась по лестнице и, не оглядываясь, скрылась в комнате Алисии, аккуратно прикрыв за собой дверь.

Щёлк замка прозвучал как музыка. Наконец - тишина.

Я прислонилась спиной к двери, позволив себе закрыть глаза и сделать глубокий вдох, словно только что выбралась из бурлящего водоворота. В комнате было спокойно и почти уютно - тяжёлые шторы слегка колыхались от вечернего ветра, на туалетном столике лежала расчёска, книги были аккуратно сложены на полке, и всё это вдруг показалось островком стабильности в мире, который слишком быстро менялся.

Не знаю, как кто, а я всегда считала главным украшением женщины вовсе не ожерелье с сапфирами и не идеально подобранные перчатки, а выспавшееся лицо без теней под глазами и предательских мешков, выдающих бессонную ночь. Ни один драгоценный камень не заменит ясного взгляда и спокойной кожи, на которой не написана усталость.

А усталость у меня была.

Я подошла к зеркалу и внимательно всмотрелась в отражение. Чужое лицо, к которому я уже почти привыкла, смотрело на меня с лёгкой настороженностью. Глаза - немного напряжённые, губы - слишком сжатые. Завтра приём у родителей Кириана. Послезавтра, возможно, разговор об артефакте. А где-то между этим - Камалия с её интригами и мир, в котором за одну ошибку можно заплатить слишком дорого.

Нет уж. Если я и выйду завтра к Драгонийским, то не с видом жертвы, загнанной в угол, а с лицом женщины, которая хотя бы выспалась и не собирается падать в обморок от недосыпа.

Я распустила волосы, сняла украшения и, не раздеваясь полностью, аккуратно устроилась на кровати, позволяя себе редкую роскошь - просто полежать в тишине, не отвечая ни на чьи вопросы, не оправдываясь и не придумывая стратегию на ближайшие сутки.

Пусть весь дом сходит с ума, а я сделаю ставку на сон. Ведь иногда именно он - самое надёжное оружие. Но, как оказалось, счастье было недолгим.

Мне показалось, что я едва коснулась подушки виском, только позволила себе расслабиться, как чьи-то пальцы довольно бесцеремонно сжали моё плечо и встряхнули, выдергивая из вязкой и тёплой полудрёмы. Я разлепила глаза, несколько секунд глядя в потолок и отчаянно надеясь, что всё это - сон, затянувшийся, странный, но всё же сон, и стоит моргнуть чуть сильнее, как я проснусь в своей привычной реальности.

Однако ни потолок, ни тяжёлые шторы, ни знакомый до боли резной шкаф никуда не исчезли.

Я всё ещё находилась в теле Алисии. В мире, где существуют драконы, магия и эти злополучные метки истинности, которые, как выяснилось, можно не только получить, но и подделать - с риском для жизни и репутации.

Выдох вышел длинным и почти обречённым. Я повернула голову к тому, кто меня разбудил, внутренне приготовившись увидеть Лиану - тихую, виновато мнущую край фартука, с очередной новостью о том, что «матушка зовёт» или «платье срочно нужно примерить».

Но я ошиблась. Передо мной стояла Азалия.

И если вчера средняя сестра Кроули выглядела нежным божьим одуванчиком - с мягкой улыбкой, чуть склонённой головой и глазами, в которых плескалась показная скромность, - то сейчас от того образа не осталось и следа. Маска ангела словно слетела, растворяясь в полумраке комнаты, и на её месте проявилось нечто совсем иное: холодный и цепкий взгляд, в котором не было ни растерянности, ни наивности, только расчёт и явное раздражение.

Блондинка стояла у моей кровати слишком прямо и уверенно для той, кто обычно предпочитала быть на полшага позади, и её губы были сжаты в тонкую линию, будто она долго репетировала разговор и теперь не собиралась отступать.

В этот момент я вдруг ясно поняла: передо мной не сестра, случайно зашедшая разбудить старшую. ередо мной - соперница. И, похоже, у неё накопилось ко мне куда больше вопросов, чем у самого Кириана Драгонийского.

- Я наблюдала за тобой вчера, - проговорила девушка, как только мой взгляд окончательно сфокусировался на ней, и в её голосе не было привычной мягкости, только холодная и почти хищная сосредоточенность.

- И что? - поинтересовалась я, стараясь, чтобы интонация прозвучала ровно, будто речь шла о погоде, а не о разоблачении мирового масштаба.

- Ты изменилась, сестричка. Смотришь прямо, не прячешь глаза, больше не стараешься быть невидимкой, - Азалия чуть склонила голову, разглядывая меня так, словно я была занятным экспонатом в лавке редкостей. - А рядом с Драгонийским… ты ведёшь себя как равная.

Она усмехнулась - тонко, едва заметно, но в этой усмешке сквозил тот самый фамильный расчёт, который я уже видела у леди Камалии. Похоже, яблочко действительно упало недалеко от яблони, и если одна Кроули что-то заподозрила, то это лишь вопрос времени, когда догадается и вторая.

Я прикусила губу, мысленно перебирая вчерашний вечер, вспоминая каждую фразу, каждый взгляд, каждое движение. Значит, где-то я всё же дала слабину. Или, наоборот, слишком старалась не выглядеть слабой.

- И к чему ты клонишь? - спокойно спросила, решив, что лучший способ - дать ей выговориться и заодно выудить как можно больше информации о своих промахах.

- Я не знаю, где Алисия нашла своего двойника, - наконец выдала Азалия, и её глаза блеснули торжеством человека, уверенного в своей догадке, - но играешь ты откровенно плохо.

Я не удержалась и тихо усмехнулась.