(не) Истинная королева

Глава 2

Звуки труб и глухие удары барабанов возвестили о начале торгов. Сегодня на главной площади Закуана было оживленно. Закутанные в белые одежды торговцы приветствовали первых посетителей, учтиво кланяясь и почти касаясь высокими тюрбанами утоптанного песка. А сами мысленно считали прибыль. Публика собралась что надо: три представителя кланов оборотней, пять высших демонов, четыре светлых эльфа, три дроу. Даже Иваорааит, советник повелителя морских глубин, оказал честь своим присутствием.

День обещал быть жарким. Во всех смыслах.

На палящее солнце уже стали выставлять первый «товар». Тот, что предназначен для разогрева. Стариков, изможденных работой; детей, годных разве что для подношений богам. Сильных мужчин и красивых женщин приберегли напоследок, как самое лакомое блюдо.

Да, в Закуане продавали людей. И не только.

На торги выставляли также представителей иных рас. Иногда даже высших. Вообще-то, официально работорговля была запрещена и здесь, как в любом уважающем себя мире. Но раз в год за вознаграждение разрешалось возвращать повелителям их подданных, плененных во время войн, или пойманных на чужих территориях и осужденных за тяжкие преступления. Разумеется, этим не преминули воспользоваться ушлые торговцы. За малым дозволением последовала огромная вседозволенность. На торги попадали те, кто не подходил ни под одну разрешенную категорию.

Но на это закрывали глаза.

К чему обращать внимание на такие мелочи, как чья-то жизнь? Особенно если при этом одним можно разжиться золотом, а другим обзавестись бесправными игрушками?

На всех рабов было наложено заклятье молчания и полного повиновения. Сгрудившись в кучу, полуобнаженные люди стояли под палящим солнцем, не чувствуя ни жара, ни боли. У них отобрали все, включая чувство собственного достоинства. Немногие решались поднять головы и заглянуть в лица покупателей, рассевшихся на удобных стульях под навесами из невесомых перьев гигантской птицы Урулах.

— Добро пожаловать в Закуан! — провозгласил старший торговец. — Не стесняйтесь и ни в чем себе не отказывайте. Наш товар только для вас. Выбирайте, что вам по душе. Смотрите, щупайте, кусайте. Только не забудьте заплатить, если окончательно испортите.

Одобрительный гомон стал ему ответом. Кое-кто из покупателей даже рассмеялся в голос, как будто услышал остроумную шутку.

И вдруг все резко замолчали.

Повернули головы в сторону ворот, в которые входил серебряный дракон в своем истинном виде. Огромное змеиное тело, несмотря на габариты, двигалось плавно и величаво на мощных когтистых лапах. Вскинутая голова горделиво покачивалась в такт шагам. Пронзительно-серые глаза не смотрели ни на кого, но видели всех и сразу.

— Чудовище Эльведора… — послышались робкие шепотки.

— Продает или покупает? — задал кто-то тревожный вопрос.

Задал, и тут же смолк, едва не рухнув замертво от одного пронзительного взгляда серебряного дракона. Как и во многих мирах, представителей этой расы считали самыми опасными и могущественными. А драконов Эльведора еще и сумасбродными. Их ненавидели и боялись. Боялись до дрожи в коленках. До икоты. До болезненных спазмов в желудках.

Не удивительно, что именно дракону выделили лучшее место. Дракону и его советнику, высокому и худому как жердь магу с короткой рыжей бородой и буйными кудрями, топорщившимися во все стороны и никак не вязавшимися с образом достопочтенного старца пятисот лет от роду.

Торги начались!

И в который раз за последние годы большая часть живого товара досталась чудовищу Эльведора. Серебряный дракон выкупал всех, кого собственные правители отказались забрать и вернуть домой. В основном это были больные, старики, маленькие дети и некрасивые женщины. Все те, у кого не оказалось собственного золота и влиятельных друзей, готовых помочь. Те, кого ждала печальная участь пожизненного рабства.

— Зачем они ей?.. — снова зашептались окружающие.

— Мать чудовищ должна кормить своих детей, — ехидно заметил Иваорааит. — Для чего еще пригодны эти отщепенцы?..

Королева Дулисифрея мрачно повернула голову и смерила говорившего презрительным взглядом, от которого тот, испуганно булькнув, вжал голову в плечи. Ей не было нужды посвящать посторонних в свои планы. Правде все равно не поверят, а сказанное переиначат так, что в глазах окружающих она все равно останется чудовищем. Гораздо важнее то, что платила она драгоценным белым драконитом, металлом, способным исцелять и дарить долголетие. Ее цену не мог перебить никто. Да и не пытался.

На помост вывели еще одного раба. Мужчину.

Он был высок, поджар и при этом невероятно силен. Исходящая от него мощь ощущалась буквально на физическом уровне. Пронзительно синие глаза бесстрашно взирали на толпу. Несмотря на множество ранений, запекшуюся на теле грязь вперемешку с кровью, жалкий клочок мешковины, едва прикрывающей бедра, и сковывающие руки и ноги цепи, он держался так, словно был не просто ровней представителям знати, но и стоял выше их всех. На его плече виднелся запекшийся ожог, под которым опытный магический взгляд мог различить татуировку меча, вонзенного в драконий череп.

— Рыцарь ордена Вольных, — заметил Хивелтрум, советник королевы Дулисифреи. Покачал головой и недовольно добавил: — Защитник света и ярый ненавистник драконов.