Не измена под Новый Год

Глава 9

Оливия

*****

− Александр Григорьевич, добрый день. Просим прощения за опоздание. Но вы сами понимаете, шоппинг… - Мамочка кокетливо ведёт плечом, когда хостес подводит нас к столу, который занимают два представителя мужского пола.

Улыбается. Придерживает меня за талию, чтобы не сбежала.

И к столу подталкивает.

− Ох, ничего страшного, дамы. Мы с сыном всё понимаем. – Взрослый подтянутый мужчина встаёт из-за стола.

Подаёт руку моей матери. Запечатлевает влажный поцелуй на её тыльной стороне. И улыбается так странно.

− Прошу, Юлия Дмитриевна. – Любезно отодвигает стул.

Прожигает её тёмным глубоким взглядом синих глаз. В них – как будто шторм бушует.

И я чувствую, что он опасен. Очень.

− Спасибо, - мамочка продолжает щебетать. Наверное, уже не один раз общалась с этим мужчиной.

Иначе почему она совсем его не опасается?

Рядом же со мной оказывается его сын. Светловолосый парень с синими глазами и обаятельной улыбкой.

Только взгляд – такой же цепкий, холодный, как у отца. Такой ни с чем не спутать.

− Привет. – Подаёт ладонь для рукопожатия.

Окидывает меня пристальным взглядом, под которым становится неуютно. И я плечом веду.

− Меня Юра зовут. А тебя?

− А я - Оливия. – Не тушуюсь.

И хоть под этим стальным взглядом чувствую себя неуютно, вариантов развернуться и сбежать у меня нет.

Мамочка не оценит подобного порыва. Да и все остальные удивятся.

Так что я осторожно вкладываю свои пальчики в его тёплую ладонь. Вздрагиваю, когда он слегка сжимает её. Помогает устроиться за столом, окутывая приятным освежающим ароматом.

И пульс взрывается где-то в горле.

− Дамы, что будете заказывать? – Александр Григорьевич берёт дело в свои руки. – Мы с Юрой осмелились уже заказать напитки и фруктовую тарелку, не возражаете?

− Мы с Оливией будем сок. – Мама мягко отсекает другие варианты. – Не употребляем спиртное.

Трясу головой, больше напоминая собачку на торпеде автомобиля. Не понимаю, как себя вести. А ещё присутствие Юры отчего-то меня смущает.

Может, дело в его взгляде?

− Александр Григорьевич, так о чём вы хотели поговорить? – Мама не упускает возможности перевести тему.

Скорее всего, ей тоже неловко за столом с двумя мужчинами. Которые явно не настроены на деловой разговор.

− Ну, Юлия Дмитриевна, - мягкий завораживающий голос Круглова-старшего похож на урчание кота-переростка. – Вы же сказали, что у вас сегодня выходной. Так стоит ли говорить о делах?

− Стоит. – Мамочкины брови взлетают вверх подобно ракете. – Вы же вмешались в наши планы, напомнив мне о том, что я - деловой человек. Или это, всё-таки, свидание?

− Юлия Дмитриевна, - мужчина галантно расшаркивается. – Не перестаю удивляться вашей прозорливости. Вы не думали податься в детективы? Дедукция у вас потрясающая.

− Бог миловал. – Мамин взгляд становится цепким и льдистым. – Мне хватает того, что есть.

− А ваша дочь, Оливия? – Синий взгляд устремляется в мою сторону. – Она учится?

− Разумеется. На психолога. – Мама отвечает за меня. – Она сама выбрала эту профессию, и я ей не стала препятствовать.

Я же ловлю на себе удивлённый взгляд Юры. И неловко себя чувствую при этом.

− А вот отец не позволил мне доучиться на врача, как я мечтал. – Подаёт голос.

Сверлит родителя неприязненным взглядом, и я понимаю, что у них в семье тоже не всё так гладко. И тема отцов и детей стоит остро.

− Потому что это – бред. – Мужчина фыркает.

Раскладывает салфетку на коленях, стискивая губы. И по нему видно, как его задевает русло, в которое повернул наш разговор.

− То есть, вы считаете, что сломать жизнь ребёнку, навязав ему ту профессию, которая ему не нравится – нормально? – Голос мамы звенит набатом. – Да вы тиран, Александр Григорьевич. Может и права ваша супруга, что искала утешения на стороне?

− Что? – Круглов-старший краснеет.

Мамочка же уже поднимается из-за стола. Вытирает губы салфеткой, давая мне знак, что обед закончен.

И я поспешно откладываю вилку.

− Да как вы… - Мужчина продолжает шипеть.

− Ну, вы же сами сказали, что это – не деловой обед. Так что профессиональной этики я могу не придерживаться. – Мама хлопает ресничками, цепляя свою сумочку за ремешок. – Жду вас в понедельник в офисе. Всего хорошего.

Бегу за матерью к выходу, ощущая между лопаток огненный шар. Чувствую себя странно. Неуютно.

И когда кто-то перехватывает меня за запястье, вскрикиваю.

Замираю, пригвождённая хваткой Юры. И выдыхаю с шипением.

− Что тебе нужно?

− Позволь… Провожу тебя. Можно?

Оборачиваюсь на маму, словно ища поддержки. Собираюсь отказаться. Уехать вместе с ней.

Потому что у меня, похоже, тоже развилась аллергия на всех мужчин.

Но она расплывается в довольной улыбке. И Юре кивает с мягкостью.

− Разумеется, молодой человек. Вам я могу доверить свою дочь в отличие от вашего отца.

Не понимаю, зачем она это делает. Знает ведь о предательстве Никиты. О том, как больно мне сейчас думать о ком-то другом. О невозможности смотреть на других мужчин.

Или считает, что клин клином вышибает?

А я не верю…

− Благодарю. – Блондин расшаркивается.

Помогает мне одеться, накидывая на плечи пальто. И дверь предусмотрительно распахивает.

− Прошу.

Выпадаем на улицу, попадая под настоящий снегопад. Моментально зажмуриваюсь от летящих в лицо снежинок.

И вспыхиваю, когда рука Юры касается моих пальцев.

− Прогуляемся?