Не кляни Америку

За руки и ноги

Полковник полиции Матвей Абакан яростно ненавидел США. Это был его пунтик, навязчивая фобия. Каждый раз, по поводу и без повода он вспоминал эту державу. Проклиная последними словами. И все ему не нравилось. Вот не подали горячую воду виноваты пиндосы, зарплату не выплатили, тоже ЦРУ приложило руку, погода дождливая - амеры испортили климат. И так далее... Все вина США и никого более. И как случается в жизни, и еще чаще в сказке допекло офицера, что он брякнул, возле иконы чудотворной:

- Пусть стану нигером-бандитом! Да хоть век не быть мне мужиком, но разнесут Америку в клочья... Да пускай хоть дети мои траву едят!

И случилось сие в полнолуние самое, в момент пробуждения высших сил. И столько искренней ненависти было в голосе и жестах полковника, что...

Свершилось чудо великое, раздался из-под неба голос громовой и трубный глас прогремел:

- Да будет так!

И подхватило Матвея Абакана, понесло его волной огненной...

И было ему видение...

Будто полковник полиции, принял облик, воплотив свою душу в тело чернокожего воина-исполина. Отважного бойца поставившего перед собой цель разгромить кровожадного Султана Селима Жестокого. И воитель собирал под свое крыло немалые силы, готовясь к брани. Правда, Матвей получивший мудрость прежних поколений, что жили в этом негритянском юноше, понимал, что сил одних степняков слишком мало. Они и так довольно часто совершали набеги и вдоль восточной границы были расположены встроенные в рельеф местности довольно мощные форты. Особенно сильным была крепость Туц, при ней даже находился столь редкий на планете Благоденствия дрессированный дракон.

Это серьезное препятствие: такой монстр легко способен разогнать целое войско. Огнедышащий, почти непробиваемый не только стелами, но даже камнями катапульт средней величины, крылатый сторож несомненно требовал особого подхода.

После того как тот в чье тело вселился Абакан поджег шатер местного хана, способного одним махом поднять двадцать тысяч всадников, большой набег кочевников стал неизбежен. Но если этим все ограничиться, то вражеская держава станет еще сильнее - наберут новых солдат. Нет, просто ударить и пограбить это не выход.

Юноша скакал по степи, тараканья улитка ( очень даже скоростной зверек!) рассекала лапками изумрудные сплетенные в подобие низенькой изгороди травинки. По бокам колебались золотые колоски, между ними порой мелькали сапфировые и рубиновые, а также цвета топаза цветы.

Воздух был напоен вином и медом, что однозначно говорило о близости полноводной реки. Деревья стали выше, появились похожие верхушкой на елочные украшения пальмы. Похоже, он приближался к селению. Вдали виднелись вышки с лучниками. Матвей Абакан спешился, привязал десятилапую улитку. Затем подбежал к воде, чувствительные ноздри сына тигра уловили запах приближающихся гулей. Значит можно обдумать дальнейшую стратегию, воин вскормленный тигром больше привык действовать телом, чем головой, может вдохновение посетит на месте.

Он спрятался в большущие лопухи, ощущая своим голым торсом их мягкую шероховатость. В такой засаде приятно и посидеть, светило над головой выдает оранжево-золотистое излучение, он отражается от тонкой ряби волны, переливаясь причудливой сеточкой. Воплощенный полковник сказал сам себе:

- И ради чего нам убивать друг друга. Ведь мир полон радости и создан для жизни. Правители, словно большие дети - играют в войну, не замечая причиняемой ими боли! - Потом поправил себя, надув шире грудь. - Но и я не дожжен быть тряпкой, если драться надо - значит будем биться.

Появилась целая группа девушек, в сопровождении пятнадцати богато вооруженных стражников. В процессе эволюции гули, стали очень похожи на людей, особенно фигурой. Поэтому красивые девушки, отличались от человеческих самок лишь мордашкой.

Матвей Абакан тихо шепнул:

- Интересно куда они направились.

Девушки были полуголые в одних набедренных повязках, а это значит служанки или рабыни. Свободная женщина никогда не пойдет с отрытой грудью, по улице. Точно также лишь рабыня или служанка низшего ранга обнажит ноги выше колен при посторонних. Прекрасные невольницы несли на плечах большие сосуды, и сети. На первый взгляд вроде очевидно набрать воды и половить рыбу, а стража, для того чтобы невольницы не разбежались. Хотя, что-то многовато их, чтобы всего лишь сторожить девчонок. Но возможно тут что ценнее рыбы и поэтому их жестко сковали общей цепью, которая позвякивала. Девушки поставили крупные сосуды, поклонились. Сзади их догнал местный жрец: весьма тучный тип, видно как колышется под черной рясой жирок.

Он прочел молитву-манту и дал знак. Шлепая по воде точеными босыми ногами, рабыни стали разбрасывать сети. Действовали они согласовано, словно выполняли это не раз, и цепь им совершенно не мешала.

Затем девушки стали наклонять сосуды. Как выяснилось, емкости были не совсем пустые, из них вытекала масло. Оно расплывалось по воде, создавая переливающуюся всеми цветами радуги ауру. Она двигалась вниз по течению, образуя сплошную пленку.

- Зачем они это делают! - Подумал Полковник.

Тут его, правда, отвлекло чудное видение. Одна из девушек в отличие от своих черных подруг была совершенно белой. Ее кожа отражала лучи, казалось перламутровой. У их расы альбиносы явление редкое, настолько привлекателен цвет чистого жемчуга. Рабыня с такой кожей должна стоить целое состояние, а тут она почти голая, скованная цепью таскает довольно тяжелые сосуды. Странно! Ведь бриллиант достойный гарема султана. И в ней нет ни малейшего изъяна, какая фигура. Похожей была лишь царевна, такая же белоснежная, со сверкающими медью и золотом волосами. Но ее он ни разу не видел обнаженной и лишь в воображении мог представлять ее высокие правильной формы груди, с коралловыми сосками, и легким золотистым оттенком. Как, например, у этой девушки. Абакан словил, себя на мысли, что он любуется ею, при этом представляя другую. Но при этом разве он сам умен, отвечала ли ему царевна взаимностью, а какова она в постели?