Не королевский гамбит. Система дала сбой.

ГЛАВА ПЯТАЯ: УКАЗ И ПРИЗНАНИЕ

ГЛАВА ПЯТАЯ: УКАЗ И ПРИЗНАНИЕ

Сон на «Капелле» был иным. Не глубокой, тягучей темнотой уставшего тела после долгого рейса, а поверхностным, тревожным полусном, в котором мозг продолжал прокручивать схемы, досье и алые символы «Пандоры». Поэтому, когда в 05:30 по корабельному времени в правом ухе Марса раздался не резкий сигнал, а тихое, мелодичное переливание нот, он открыл глаза мгновенно, без промежуточных стадий. Тело было в напряжении ещё до того, как сознание полностью осознало себя.

«Доброе утро, лейтенант, — прозвучал в его ухе голос Кристалла. Он звучал свежо, без намёка на цифровую усталость. — Оптимальное время для подъёма с учётом вашего циркадного ритма и предстоящего дня, насыщенного событиями с вероятностью 89,7%. Температура в комнате 21,3 градуса, влажность 45%. Рекомендую начать с гипервентиляции лёгких.»

— Ты когда-нибудь спишь?

«Моя архитектура не требует дефрагментации памяти в классическом понимании. Я могу выполнять фоновый анализ, пока ваш примитивный биологический процессор восстанавливает нейронные связи. Считайте это моей версией медитации. А теперь, если позволите, перейдём к разминке. Я замечаю непроизвольное напряжение в трапециевидных мышцах. Стрессовое. Связанное не с физической, а с эмоциональной нагрузкой.»

Марс потянулся, позвонки хрустнули с удовлетворительной тишиной. Он встал и начал стандартный комплекс королевской гимнастики, движения его были выверенными, автоматическими. В тишине апартаментов Главнокомандующего, которые казались сейчас слишком большими и пустыми, лишь шелест его одежды и ритмичное дыхание нарушали покой.

«Интересное наблюдение, — продолжил Кристалл, его голос приобрёл лёгкий, игривый оттенок. — За последние 17 часов 43 минуты ваши физиологические показатели в присутствии капитана Йодианны Сейт демонстрируют статистически значимые отклонения от базовой нормы. Учащение сердцебиения на 12%, не связанное с угрозой. Микродвижения зрачков, указывающие на повышенное визуальное внимание. И — что самое занимательное — изменение паттерна дыхания в её сторону. По моим базам данных о человеческом поведении, совокупность этих факторов с вероятностью 76,8% указывает на зарождение романтической или глубокой симпатической привязанности.»

Марс, выполнявший выпад, споткнулся и едва не рухнул на дорогой ковёр. Он выпрямился, чувствуя, как по щекам разливается неожиданный жар.

— Что? Нет! У тебя короткое замыкание в твоей нейросети? — прошипел он, стараясь говорить тише, чтобы не разбудить сестру. — Это профессиональное уважение. Она компетентна. И в сложной ситуации. И её взгляд... то есть, её анализ ситуации был...

«Был «чётким и холодным, как луч лазера», если процитировать ваши внутренние логи в тот момент, — невозмутимо закончил Кристалл. — Поэтично. Но не очень убедительно с точки зрения статистики. Не волнуйтесь, лейтенант. Я не сообщу об этом в Центральный Империум. Пока. Это просто... интересный набор данных. Для личного архива.»

— Твой «личный архив» скоро получит хороший электромагнитный импульс, — проворчал Марс, возвращаясь к упражнениям, но теперь его движения были чуть более резкими, будто он отрабатывал приёмы на невидимом противнике. — И хватит болтать. У тебя же были «полезные советы»?

«Конечно. Переключаюсь. Ваша стандартная рутина оптимальна для поддержания формы, но не для пиковых нагрузок, которые могут потребоваться. Наблюдая за вашей биомеханикой, я могу предложить модификации. Например, в упражнении номер четыре: сместите центр тяжести на 3 сантиметра вперёд, это увеличит нагрузку на квадрицепс на 18% без риска для коленного сустава. Также я проанализировал архивы тренировок «Сириуса». Могу смоделировать гравитационные аномалии или сопротивление виртуального противника через имплантированные манжеты вашего костюма. Для реализма.»

Мысль была заманчивой. Тренироваться с персональным, сверхразумным тренером, который видит каждую мышцу.

— Ладно. Попробуем после. Сейчас... — Марс замолчал, выполняя серию резких ударов ногами в воздух. — Сейчас просто нужно разогнать мысли.

«Мысли о миссии? О сестре? О принце, который сейчас, вероятно, ворочается в своих королевских покоях этажом выше и тоже не спит?»

Марс замер, опустив руки. Шутливый тон Кристалла куда-то испарился, сменившись нейтральной, но не холодной констатацией.

— Да, — тихо признался он, глядя на свои сжатые кулаки. — Мы украли данные, влезли в чёрный ящик системы, получили доступ к целому кораблю... и теперь играем в правительство. Пока настоящая угроза где-то там. В ядре «Арктура». И отец... — он не договорил.

«Ваш отец действует в рамках парадигмы, которую считает единственно верной. Вы же начали создавать новую. Это вызывает когнитивный диссонанс. И страх. Страх ошибиться и погубить тех, за кого отвечаешь. Это логично.»

— Спасибо за диагноз, доктор, — с горьковатой усмешкой сказал Марс. — А лекарство?

«Информация. Действие. И доверие к вашей команде. Уран проводит расчёты, вероятность успеха которых я оцениваю как высокую. Кеплер... он ваше моральное ядро, даже если сам в этом сомневается. А я — ваш тактический процессор и, если позволите, друг. Мы не дадим вам упасть. Если, конечно, вы не разобьёте себе лицо, глядя на капитана Сейт, а не под ноги.»

Неожиданный возврат к шутке заставил Марса фыркнуть. Напряжение чуть спало.

— Ладно, ладно. Задолбал уже. Дай план тренировки на сегодня. И... напечатай нам с Уран завтрак. Что-нибудь калорийное. Судя по её планам, день будет долгим.