Не Кощеева Майя

Глава 4. Хвостатый союзник в паутине (не)сказочных интриг ❤️❤️❤️

Баюн аккуратно подхватил меня на свои мягкие лапы и положил прямо на застланную вышитым крестиком покрывалом кровать. Сердце колотилось, мысли путались, а глаза упорно не смыкались. Никак не могла заснуть. Кот что-то недовольно прошипел себе под нос и наслал на меня лёгкие сонные чары. Я даже не запомнила, как оказалась в своей опочивальне.

Утром проснулась от встревоженного мурлыканья вперемешку с вполне себе такой понятной человеческой речью:

– Царевна, просыпайся, – мягко и одновременно настойчиво прозвучал голос Баюн. Тень его тела скользнула по ковру, и я сразу поняла, кто рядом. – То, что ты видела раньше, не сон. Это послание от обручального дара твоего «непутёвого женишка». Перстень Додолы… Горыныч украл его. Кощей купил. Баба-Яга наложила проклятье, чтобы никто, кроме неё не смог стать женой этого бессмертного и полновластной царицей Тридесятого Царства.

Я села на кровати, подпёрла голову рукой. Сонное оцепенение никак меня не отпускало, но любопытство уже брало верх.

– То есть… это всё про перстень? – прошептала я. – И ты думаешь, я могу что-то с этим сделать?

Осторожно села на постели и попыталась проморгаться. Сонные чары котика оказались забористой штукой. Расплела волосы, расчесала деревянным гребнем и снова привела косу в безупречный не растрепавшийся после беспокойного отдыха вид.

– Можно многое, – мурлыкнул Баюн. – Сначала нужно понять, чего хочет Додола. После чего вернуть ей драгоценность. Без этого порядок в нашем мире будет всё больше рушиться с каждым днём. Теперь он причиняет немало неприятностей тем, кто оказывается в сфере действия его чар. Да и Додола желает поскорее вернуть пропажу назад.

Я глубоко вздохнула. Ещё немного, и тревога, смешанная с азартом, окончательно захлестнула меня. Ощущение, что передо мной открывается новый мир, усилилось. Совершенно не привычный и необыкновенный. Полный интриг, духов и знаков, которые только видящая может понять.

– Ладно, – сказала я, прогоняя остатки страшноватого видения. – Расскажи всё, что знаешь. Как обращаться с перстнем? Как его вернуть Перунице? Почему Горыныч и Кощей так упёрлись в своём сватовстве?

– Сначала умойся, потом позавтракай. Тогда всё и узнаешь. Каждому делу своё время, Майюшка, – лениво ответил Баюн и сладко потянулся.

Медные кошачьи глаза загадочно мерцали, а по выражению на пушистой мордочке сразу поняла, что мой добровольный защитник снисходительно мне улыбается. Точно я дитя неразумное, а не взрослая девушка на выданье.

– Тайны, знаки и твой первый урок для настоящей видящей будут ближе к ночи. Уже после ужина, чтобы никто ничего не заподозрил и не смог нам помешать.

– Расскажи мне про перстень, который Кощей требует, чтобы я надела на палец, на котором обручальное колечко носить принято?

Баюн удобно устроился рядом, лапы аккуратно сложил под собой, и его медные глаза чуть насмешливо блестели.

– Майюшка, – начал он, – перстень Додолы не для того, чтобы им кто-то кроме неё владел. Он сам по себе артефакт. Живой в своей силе. Твоя задача – помочь ему поскорее вернуться к хозяйке. Своим вниманием, наблюдательностью и пониманием знаков ты можешь направить его. Хитро обходить ловушки и проклятья Кощея, Змея Горыныча, Бабы-Яги и других местных злодеев и интриганов всех мастей.

Я нахмурилась, стараясь представить, как это будет работать.

– Видящая обладает своей магией?

– Нет. Ты – не колдунья, не магичка, а светлая ведунья. Тебя и привела сюда Додола с помощью Кощея, чтобы ты вернула ей через Всеслава её пропажу.

Он насмешливо посмотрел на меня и важно подтвердил, когда поймал мой поражённый до глубины души взгляд.

– Именно, – кивнул Баюн. – Только даже помогать надо с умом. Иначе и тому, кто на тебя рассчитывает, не поможешь, и сама пропадёшь. Перстень чутко реагирует на людей вокруг. Любой неверный шаг может замедлить его путь. Поэтому твоя прозорливость важнее всего.

Я глубоко вздохнула, чувствуя, как азарт и тревога переплетаются внутри в прекрасное кружево судьбы.

– А как я узнаю, что перстень готов к действию? – спросила немного смущённо. Мне ещё в новинку было, что разговариваю с котом, а он мне отвечает человечьим языком. – Есть какие-то знаки?

Баюн слегка наклонил голову и проворчал:

– Символы, знаки природы, шёпот ветра, движения света. Всё это может подсказать. Ты, как видящая, заметишь то, что другим невидимо. Внимание к деталям, вот в чём таится твоя сила.

Я села ровнее, ощущая внутри странный прилив ласковой и тёплой энергии. Впереди был новый мир, полный загадок и интриг. Здесь каждый неверный шаг мог быть опасным, а любая деталь оказаться правильной подсказкой.

– Ладно, – сказала тихо. – Буду наблюдать и учиться у тебя.

Баюн мягко потянулся и мурлыкнул, словно подтверждая, что очень скоро придётся перейти от тревожного ожидания к действию.

В полдень наше уединение прервал довольно-таки деликатный и лёгкий стук в дверь. Я вздрогнула от неожиданности, а Баюн даже не шелохнулся. Он лишь навострил уши с роскошными кисточками

– Впустите, царевна Майя. Я по делу к вам пришёл, – прозвучал чинный, ровный голос.

Дверь приоткрылась, и в комнату вошёл Кощей. Он склонил голову и, почти изысканно учтивым тоном, произнёс:

– Царевна, доброго вам дня. Позвольте показать, чем щедро одарена моя земля, и что могу предложить будущей супруге.

Едва он это сказал, как серебряное блюдечко ожило. Наливное яблочко покатилось по его центру, раскрывая передо мной несметные сокровища. Не только золото и драгоценности притягивали взгляд. Сквозь волшебное зеркало я увидела великолепные рощи, где солнце играло на изумрудных листьях. Поля, переполненные ячменём и пшеницей. Цветущие луга с яркими маками и васильками, где пастухи пасли несметные стада коров, коз, овец и табуны чистокровных скакунов. Дремучие леса с тенью дубов и сосен, полные дичи, грибов, ягод, орехов, лечебных и волшебных трав.

Реки тихо струили свои воды под пение прекрасных русалок, блестя в лучах полуденного солнца. Озёра переливались всеми оттенками лазури. Рыба играла в прозрачной воде, а подводные жители, словно из сказок, мелькали среди водорослей и камней. Всё это великолепие выглядело живым, дышащим. Будто сама земля охраняла свои сокровища.