Не кради у ведьм

Глава 93

Мои глаза были плотно закрыты. Даже ресницы не дрожали. Постепенно страх уходил. Лежа на холодном камне, несмотря на ожидания, я испытывала лишь безмерное спокойствие.

Дышать было легко, хотя я почти этого не делала. Моя грудь не вздымалась, руки, покоящиеся на животе, не двигались. Меня могло выдать только колотящееся в груди сердце, но и его удары были тщательно замаскированы.

Я помнила свое первое впечатление, когда увидела каменный постамент в лабиринтах Маркиза. Ощутила исходящую от него силу, смешанную с мирной тишиной. Тот камень стал эпицентром всемирного равновесия.

Но видеть камень издалека и лежать на нем — совершенно разные вещи. Сейчас я ощущала себя поблекшей звездой, пойманной в банку. Стены моей тюрьмы прозрачны, я вижу мир вокруг и даже родное небо. Однако все мои мечты о возвращении недосягаемы. Я оказалась лишь в иллюзии спокойствия и покоя. И я знала, что несмотря на разливающуюся по телу истому, моя жизнь находится под страшной угрозой.

Я лежала на постаменте, играя отведенную мне роль. Я притворялась той, кого презирала и жалела одновременно. Моя роль была противоречива и глубока. Я стала Лидией.

Мне не приходилось думать о том, как я оказалась на ее месте, как Стефано наложил вуаль и каким образом переместил на опустевший постамент. Я думала лишь о том, что делать дальше. Все мои мысли крутились вокруг страхов, которым даже не нужно было обличаться в слова. Я ощущала их всем своим телом, всей своей сутью.

Под моей спиной лежал кинжал. Он был заколдован пиритом, принадлежащим Маркизу, и нес в себе опасность для ведьмака. А для меня он значил одно — разрушение. Я должна была вонзить его в сердце своего заклятого врага, чтобы дать Стефано возможность убить его.

Несмотря на внешнее смертельное равнодушие, написанное на моем красивом исхудалом лице, внутри я вся горела. Меня словно сжимали и крутили чьи-то огромные властные руки, растягивая и разрывая слабое тело.

Когда вокруг засвистел ветер, а сквозь плотно закрытые глаза засияли проблески искр, я поняла — воскрешение началось. Из разума Маркиза меня перенесли в зал для приношений, в котором уже и так было слишком много боли.

Рыжие волосы растрепались, несколько прядок упали на лицо. Я лежала неподвижно, хотя руки едва ли не дергались в желании отвести волосы в стороны. Мне нельзя было даже дышать, что уж говорить о легком взмахе рукой.

Стефано позаботился и о том, чтобы моего дыхания было не видно. Но его вуаль была слаба перед Маркизом, поэтому у нас было мало времени. Старший ведьмак рано или поздно раскрыл бы подвох.

Когда холодные шершавые пальцы коснулись моего лица, я собралась всем телом, не позволяя себе дрожать. Маркиз навис надо мной сверху. Он поправил мои волосы.

— Пришло твое время, дорогая, — вкрадчиво прошептал он, явно всматриваясь в мое лицо. — Мы так долго этого ждали.

На несколько мгновений воцарилось напряженное молчание. Я не знала, здесь ли Стефано и Кристиан, или я осталась совсем одна с Маркизом. Мне нельзя было раскрыть глаз, чтобы посмотреть. А непроницаемая тьма перед глазами сводила с ума.

— Что мне нужно делать? — голос Стефано, предельно-серьезный, послышался в отдалении. Я тут же ощутила облегчение.

— Пока тебе лишь нужно смотреть и наслаждаться.

Послышались гулкие шаги. Маркиз отошел в сторону. Потом я различила шелест бумажных страниц. Кажется, он открыл книгу заклинаний.

Все, что я сейчас могла, — это судорожно вслушиваться в звуки, шаги и голоса. Различать по ним, что происходит вокруг. И у меня перед глазами вырисовывались настоящие сюжеты.

— Что ты делаешь? — напряженно спросил Стефано.

— Эта книга не поможет мне воскресить Лидию, но в ней достаточно сил, чтобы поддержать мою магию.

— Тебе не хватает сил?

— Темные энергии слишком рано начали забирать плату за магию малума, — не без раздражения пояснил Маркиз. — Я планировал оставить эту книгу, но теперь у меня нет другого выхода.

— Ты ослабеваешь? — спросил сын с подозрением.

— Возможно, — нехотя ответил Маркиз.

Послышался вздох пламени. Я четко различила шелест огня и хруст сжигаемой бумаги. Маркиз избавлялся от своей семейной реликвии.

— Ми виадо да пирио, — вкрадчиво заговорил Маркиз. — Моя кровь станет частью этой силы.

Носа коснулся запах едкого дыма. Магия внутри меня забурлила в негодовании. Маркиз убивал то, что связывало и меня, и его воедино. Книга была такой же силой, что хранилась и внутри нас. Вот только вся ее магия переходила к Маркизу.

Я едва поборола приступ боли. Лицо задрожало, но я не сморщилась. Мне нельзя было даже дышать. Поэтому я упрямо терпела тлеющую боль в груди.

Шаги раздались ближе. Маркиз вновь оказался рядом.

— Теперь, когда наших сил достаточно… — он коснулся моих волос своей рукой. — Мы можем начинать.

— Хорошо, отец.

Внутри все горело и пылало. И даже холодный камень, отдающий мне свое спокойствие, не помогал. Я едва ли сдерживала шумное дыхание и дрожь в руках.

— Я начну читать заклинание, — заговорил Маркиз. — Ты продолжишь его следом за мной. Главное: не останавливайся.

— Я тебя понял.

— Но для начала… — дыхание Маркиза опалило мое лицо. — Я верну настоящее тело моей жены.

Когда холодная сильная рука сжала мое горло, я резко раскрыла глаза и в изумлении уставилась на ожесточенное лицо ведьмака. Он до синяков вжал меня в каменный постамент, глядя в мои глаза с неконтролируемой яростью.

— Вы действительно думали обмануть меня этим дешевым фокусом?! — взревел Маркиз, сильнее стискивая руку. — Он не сработал в Пантеоне, не сработает и сейчас!