Не Курагины

Дружба начинается с улыбки

Лена и Толя стали друзьями лишь спустя некоторое время после того, как новенького Щедрина посадили к ней за парту.

Поначалу Лена была недовольна решением классной руководительницы рассадить ее и ее лучшую подругу Виолетту. В начальной школе их упорно сажали так, чтобы мальчики сидели с девочками. Состав класса это позволял: было четырнадцать мальчиков и столько же девочек. В пятом классе количество учеников уменьшилось: ушел один мальчик и две девочки, а на их место пришло четверо новеньких.

Лена слезно упрашивала классную руководительницу посадить ее с Виолеттой, потому что сосед подруги, Миша, откровенно мешал той учиться. Он был не только лентяем и двоечником, но и хулиганом. Семья у Миши была неблагополучной, а к десяти-одиннадцати годам у этого мальчика было несколько бесед с инспектором по делам несовершеннолетних.

Однажды Миша чуть не воткнул циркуль Виолетте в руку. Наверное, это и заставило учительницу прислушаться к Лене и посадить Мишу вперед, чтобы он вел себя спокойнее. Подругам повезло наконец-то оказаться за одной партой, за которой они провели большую часть пятого класса.

А в шестом классе к ним пришел Толя. И классная руководительница почему-то решила посадить его именно с Леной.

Она умоляла оставить ее с Виолеттой, но учительница была непреклонна. Виолетта отправилась к Алине, еще одной их подруге, а Лене пришлось смириться с тем, что она снова соседствует с мальчишкой.

Лена мальчишек не слишком жаловала: они были чересчур активными, агрессивными и порой по-настоящему буйными, словно сбежали из психиатрической больницы. Мальчишки в их классе просто обожали играть в футбол или волейбол чьим-нибудь пеналом, тетрадкой или учебником.

Они также могли запросто потоптаться на вещах тех, кто им по каким-то причинам не нравится, и однажды Лена вернулась домой с рюкзаком, на котором четко отпечатались два следа подошвы. Еще кто-то из сидящих позади нее мальчишек засунул ей в волосы жвачку. Лена уже приготовилась было прощаться с волосами, которые отращивала едва ли не всю жизнь, но классная руководительница сумела ловко вытащить розовый слюнявый комок. Даже прядь выстригать не пришлось. Никто из сзади сидящих так и не признался, что это он захотел лишить Лену шевелюры.

А один раз ее одноклассник — лучший друг Миши и такой же хулиган — во время перемены обхватил ее за талию и, подняв, принялся кружиться вокруг своей оси прямо с Леной в руках. Ее сопротивление и не слишком тренированный вестибулярный аппарат хулигана привели к тому, что его повело в сторону и Лена ударилась лицом о край колонны, разделяющей оконные проемы.

Ей чудом повезло не лишиться глаза. По возвращении домой Лена увидела, что там, где проходит тонкая перемычка, соединяющая кости лба и скулы, образовалась припухлость, которая при прикосновении отзывалась жжением. Когда мама вернулась с работы, то сразу увидела это и нанесла заживляющий крем. А на следующий день отправилась на разговор с учительницей.

К пятому классу Лена научилась пользоваться учебником в случае, если какой-то наглец вновь покусится на ее здоровье и вещи, поэтому в целом чувствовала себя уверенно. Однако вскоре она убедилась, что Толя совершенно безобиден. Во всяком случае, для нее и других девчонок.

Будучи в меру хулиганистым, все приколы, шутки и шалости Толя тестировал исключительно на мальчиках. Девочек он не трогал. Мальчишки дразнили его из-за этого и предполагали, что новенькому уже понравилась какая-то девчонка, но Толе было все равно. А однажды Лена услышала:

— Да у девчонок чувства юмора нет просто. Неинтересно их разыгрывать.

Лену эти слова разозлили. Она с детства терпеть не могла, когда ей что-то запрещали или судили о ней, приводя в качестве главного аргумента «ну ты же девочка» или «девочки так не делают». В садике Лена спокойно играла как с девочками, так и с мальчиками: например, в дочки-матери они играли едва ли не всей группой, и мальчишки даже дрались, чтобы решить, кто будет играть роль папы. Поэтому все сравнения не в ее пользу, подкрепляемые избитыми фразами в духе «ты же девочка», Лена на дух не переносила.

Она начала было размышлять, как бы так разыграть Толю, чтобы он изменил свое мнение о наличии чувства юмора у девчонок, но потом Лена решила просто подойти и выяснить, что Толя считал смешным.

На удивление, он нормально отреагировал на ее вопрос. Толя рассказал ей несколько анекдотов, которые ему нравятся, и Лена искренне смеялась над ними. А когда увидела радость на лице Толи, сама обрадовалась. А затем попросила его рассказать что-нибудь еще.

Еще примерно две недели Толя ежедневно приносил ей шутки и смешные истории, которые после его рассказа начинали нравиться и Лене. А потом вдруг признался, что больше ничего не может рассказать, потому что все анекдоты из имеющихся дома сборников он уже рассказал.

Но Лене это было уже неважно. Увидев, что мальчишки — точно такие же люди, как она, и тоже могут быть смешными, она вдруг захотела узнать Толю получше. Впрочем, у него было то же самое: однажды он предложил вместе пойти домой после занятий, и Лена согласилась. Она никогда не была против компании.

Когда они дошли до ее подъезда и распрощались, Толя развернулся и пошел в обратном направлении. На вопрос Лены, почему он не идет дальше в том же направлении, куда они шли, Толя просто ответил, что живет совсем рядом со школой. Лена поняла: он хотел подольше побыть с ней. И от этой мысли ей почему-то стало очень хорошо.