"Не" курорт для попаданки - 2. Хозяйка горной страны

Глава 7.1.

Райт

Добродушный пухленький лекарь деловито послушал пульс, еще раз придирчиво осмотрел вычищенные и заштопанные раны. На взгляд самого Райта такого пристального внимания они не заслуживали. Бывало и хуже. Если бы не тюремная грязь да перевязать вовремя – вовсе не стал бы здесь отлеживаться. Особенно теперь, когда собственное положение не ясно.

Хотя… что уж тут непонятного? Он до последнего сомневался, не верил в причастность Меллиты к злополучному приказу. Но узнав, что сестру именно к ней доставили…

Сколько можно самому себе врать и очевидное не замечать?

Беспокойство за Дару ломило душу намного сильнее, чем ковыряющийся в открытой ране врачеватель. Помог девчонке, называется, доброе дело сделал! Вместо обещанной им зашиты в заложницы угодила.

Навещавший Райта гвардейский офицер ясно сказал: Дарита у принцессы. Везли их по отдельности, и когда его самого в казематы швырнули, приемную сестру к Меллите отправили. Зачем? Для чего ей могла понадобиться совершенно незнакомая девчонка? Или… что она потребует в обмен на ее свободу?

Тьма побери, он бы и так для Меллиты все сделал. Даже просить не надо, сам ведь собирался!

– Стоило, конечно, вас еще с недельку тут подержать, – прервал невеселые размышления лекарь, – наших ребят уж точно так быстро не выпустил бы. Но если лэр Алан поторапливает… Сами понимаете, с ним не поспоришь. Раны ваши заживают хорошо, нагноений нет. Постарайтесь лишний раз их не тревожить.

Это уж вряд ли. Не для того его сюда привезли, чтобы он тут прохлаждался. Для какой-то срочной надобности, не иначе, принцессе понадобился. Но не объяснять же это добродушному пожилому лекарю?

К покоям Меллиты провожали (или конвоировали?) двое гвардейцев. Впрочем, обращались вежливо, даже рапиру с дагой вернули. Понятно же, что ни сбегать, ни драться он не станет: некоторые обязательства крепче любых кандалов держат.

И ведь надо было так глупо попасться, второй раз в одну и ту же волчью яму угодить!

Тогда, восемь лет назад, его ошибка дорого им всем обошлась. Наставник чудом остался в живых, но ни в седле удержаться, ни нормально ходить никогда уже не сможет. Сам Райт… Пять лет жизни, отданных на откуп чужой воле.

Не слишком ли высокая цена за глупую веру в любовь?

Именно во время ненавистной службы он поклялся больше никому не вручать свой меч и верность, не подчиняться чужим приказам. Не верить скромно опущенным глазкам и притворным чувствам. Надо сказать, не так уж и трудно это было.

До того самого дня…

Вначале Райт и не разглядел ее толком. Понял, что попала в беду, убил наемника, вернулся, чтобы помочь и успокоить. Она стояла в кустах, зачем только туда полезла? Огромные глаза отливали изумрудной прозеленью листвы, Растрепавшиеся золотистые пряди, которые даже с лица отбросить не пыталась. Напуганная, почти отчаявшаяся, но не сдавшаяся. Сломать, да можно, наверное, согнуть, усмирить – не получится.

Нежная лилия со стальным стержнем, Которую от всех бед и невзгод защитить хочется.

А потом служанка назвала ее по титулу. Райт и сам не мог понять, от чего его такое бешенство накрыло. Темное, тяжелое, изнутри душу рвущее. Потому ли, что от Меллиты он обмана вовсе не ждал? И ее ненужная ложь болезненным ударом под дых отозвалась. Память о предательском вранье Клариссы всколыхнула.

Или потому что враз увидел, всеми оголенными нервами почувствовал встающую между ними стену? Непреодолимую, непробиваемую, высоченную. Которая простого дворянина от наследницы престола отделяет. Навсегда, безвозвратно, безнадежно.

Оставалось только попрощаться, да уйти, пока кошель с серебром к ногам не швырнули. За оказанную услугу. Сохраняя остатки гордости и надежду поскорее забыть. Застрявшей занозой выдернуть.

Не получилось.

А после второй встречи он уже все для себя решил, каким бы глупым это не казалось.

Тьмовый (ругательство, нечто вроде «чертов») барон взял с Райта слово, что тот ни шагу из поместья не сделает, пока хозяин не вернется. А сам застрял на поминках, будто вместе с покойником в землю врос. Намертво.

Сразу же после его приезда Райт поспешил к охотничьей башенке, но опоздал. Меллита вернулась в столицу, об этом рассказал староста. Но и такое несовпадение с рассказами об изгнании не заставило насторожиться, О другом думал.

В тот день, когда к дому нагрянули королевские стражники, он в последний раз к лэру Марену ездил. Барон ни в какую не хотел отпускать толкового мастера оружного боя: двойную оплату предлагал и отдельные покои с прислугой в собственном поместье. Еще бы! Только Райт сумел его оболтусов-сынков приструнить и хоть чему-то научить. Да и весь замок барона во время его отсутствия в порядке держал. Большем, чем при хозяине.

Пришлось потратить несколько дней, чтобы стрясти с неуступчивого и упрямого лэра рекомендательное письмо. С ним, да еще продемонстрировав собственные умения, можно было поступить в дворцовую гвардию. Барон никак не мог взять в толк, для чего менять престижную и выгодную должность наставника на такую службу. Подозревал, что учителя просто переманили, больше серебра посулили.

А Райт от тревоги за доверившуюся ему девушку места себе не находил. На все был готов, лишь бы снова ее увидеть. Помочь. Защитить.

Дарите о своих планах он раньше срока не говорил, -- не знал, как объяснить свое внезапное решение. И как раз ее дожидался, чтобы про отъезд рассказать. Следующим же утром хотел в дорогу пуститься.

Приказ Меллиты об аресте успел добраться до него первым.

________________________________________________

Напомню, если немного подзабыли: Райт о побеге Дары от стражников и ее знакомстве с принцессой не знает. Девочка побоялась признаться, что хотела снова прежнее ремесло вспомнить и Меллиту обокрасть. Да и за ночные прогулки ей бы от брата досталось.

Сам Райт о своем знакомстве с наследницей престола тоже промолчал. Дара только гадать могла, отчего он в последнее время себе места не находит.