"Не" курорт для попаданки

Глава 16.3.

– Казнить! – неожиданно четко выкрикнул король и, обрадованный неожиданным успехом потянулся к кувшину – пересохшее от воплей горло смочить.

Гвардейцы нерешительно топтались у порога, не понимая, что дальше делать. Приказ отдан, четкий и недвусмысленный, только кого казнить и рубить надо? Всех подряд или кого-то конкретного? Персоны в кабинете собрались важные, ошибешься невзначай – и сам под топор палача попадешь.

Первый советник побелел почти до синевы, нервно дернул кружевной воротник и решительно шагнул вперед:

– Его величество говорил обо мне, принцесса тут совершенно не при чем…

– Его величество говорил о вине. Или вино в нем, – перебила я не вовремя проявившего благородство графа, – папенька лишнего выпить изволили, теперь на врагов государства охотятся. Нами не видимых.

Продолжавший хлебать вино родитель расслышал последние слова и в гневе запустил в меня серебряной вазой с фруктами. Промахнулся, конечно. Яблоки заскакали по полу веселыми румяными мячиками, спелый персик разлетелся сочной мякотью, ударившись о нагрудник одного из стражей. Тяжелая виноградная кисть закачалась на ручке двери.

– Дер…жии-ы-ыы! – выдохнул король, тыкая пальцем то ли в крайнего гвардейца, то ли в подкатившийся к моим ногам апельсин. Выпитый кувшин сказался не только на речи, но и на движениях, не зря я о грехе пьянства им с баронессой напоминала.

Охранники понимающе переглянулись, глядя на пошатывающегося родителя.

– Идите и проследите, чтобы никто не мешал его величеству развлекаться, – велела я, – а тут… Тут мы уж сами управимся, поможем всех незримых врагов обезвредить.

Прежние, подкупленные баронессой, может и не поверили бы, только этих гвардейцев Алан из самых верных отобрал. Они хорошо приказ своего начальника помнили – во всем меня слушаться. Нет, на открытый бунт против короля стражники ни за что бы не пошли, но сейчас… Кивнули молча и дверь за собой прикрыли аккуратненько.

Разбушевавшийся родитель окончательно выбился из сил и тяжело рухнул в кресло. И ноги не держали, и сил на новую гневную вспышку не осталось. Я снова подсунула ему бланк с пером и пригрозила::

– Выполняйте обещание, а то вместе на тот свет отправимся. Отравлюсь, Семеро свидетели! И вы тут же помрете!

Папенька в очередной раз разразился бранью, прочитал крупно написанную вверху строчку и накарябал свою подпись. С отвращением отшвырнул бланк и замахнулся на меня пустым кувшином.

Я подняла засветившийся теплым магическим светом листок, бережно свернула и вышла из кабинета. Не прощаясь и не оглядываясь. Все, что надо, я уже получила.

Граф догнал меня только в коридоре и выглядел он неважно. Шумно дышал, словно напуганная лошадь, гримасничал больше обычного. Сухие пальцы непрерывно дергали, разрывая в клочья то манжет, то воротник. Не привык, бедолага, к такому креативному способу государственные дела устраивать. Ничего, скоро пообвыкнется. А я теперь убедилась, что ему доверять можно: и поддержит, и не выдаст. Не ожидала, честно говоря…

– Завтра придется снова с папенькой побеседовать, сообщить, что в его обещании записано. Сами возьметесь или мне доверите?

– Если позволите, я сам его величеству доложу. Он будет сильно гневаться.

Я тепло улыбнулась в ответ и отрицательно покачала головой. Не стоит понапрасну верными людьми рисковать. Советнику намного опасней и труднее придется, меня, по крайней мере, казнить не могут. Пока замуж не выдадут.

Да и вся эта затея – на моей совести, а граф готов собственной жизнью и положением рискнуть, чтобы меня уберечь. Хоть и не просто ему на такой шаг решиться, сразу видно. Хорошо все таки в рыцарские времена попасть… если повезет настоящего лэра встретить.

На подписанном папенькой обещании вверху действительно крупными буквами шло разрешение принцессе разводить на понравившейся земле любимые растения. Только никакие розы, ни белые, ни алые, там не упоминались. С сегодняшнего дня я начинаю любить пшеницу, рожь, ячмень, брюкву и прочие морковки м капустами. Нужные для того, чтобы Раннара от поставок продуктов из Карии не зависела. А нравиться мне будут любые земли, подходящие для их выращивания.

Следующие, очень мелко и неразборчиво заполненные строчки король прочитать не удосужился, а зря. Если бы хоть раз договор о кредите или ипотеке с банком заключал, знал бы, что они самые важные. Там было разрешение открывать любые мануфактуры, которые принцесса пожелает, обещания уменьшить расходы двора, не поднимать в ближайшие пять лет налоги, обеспечить армию довольствием и оружием… И еще с десяток пунктов.

Лично для себя я вписала три условия: пока срок по другому договору не истечет, не торопить меня с замужеством. Жаль, что одно магическое обещание не может противоречить другому, иначе я этот брак вовсе бы отменила. Но хоть три года приставать с ним не будут. Второе условие – выгнать баронессу из дворца, хватит ей тут командовать. А третьим было желание нанять телохранителя. По собственному выбору.

Уезжая из поселка, я не решилась оставить Райту записку – слишком опасно. Уверена, что староста и так ему все расскажет, вот только… Кто простого дворянина во дворец пустит? А мне надежная защита нужна, не стоит про почти удавшиеся покушения забывать. Райт уже не один раз мою жизнь спасал, на него можно положиться. Да и вообще…

Что «вообще» я пока предпочитала не думать, но… При одной мысли о новой встрече то сердце начинало сумасшедший ритм выстукивать, то щеки жгучим румянцем опаляло. И на губах жар чужого дыхания словно наяву чувствовался. Совсем близко, только чуть вперед потянуться.

Хорошо, что я Жаннет во дворец не привезла!