Не лезьте в душу, милорд! Тишина для виконта

Глава 1. Маневр Верховного

Гул над Пустошью стоял такой, будто сама Бездна решила прочистить горло после векового сна. Огромная тень флагмана «Молот» медленно, со скрипом невидимых магических шестеренок, наползала на скалы Скита Молчальников, заслоняя собой бледное, испуганное утреннее солнце.

— Вера Николаевна, если мы сейчас не превратимся в очень быстрых и очень незаметных ящериц, мой муж сделает из нас юридически чистый пепел, — Яна стояла на самом краю каменного уступа, сложив руки на груди.

Её безупречный костюм, в котором она еще вчера собиралась покорять залы Совета, был изрядно помят и украшен живописной полосой сажи на рукаве. Но взгляд за стеклами очков оставался таким же острым, как обвинительный акт в руках опытного прокурора. Она смотрела на «Молот», и в этом взгляде читалась гремучая смесь из глубокой нежности и искреннего желания немедленно засудить капитана этого летающего корыта за грубое нарушение правил парковки в охранной зоне памятников архитектуры.

— Кассиан… — Вера судорожно сжала в руках обгоревший блокнот, на форзаце которого всё еще читалось её имя. — Он ведь обещал дать нам неделю!

— В Ордене «обещать» — не значит «жениться», дорогая, — Яна горько усмехнулась, не сводя глаз с флагмана. — Хотя он и женился, но, как видишь, это ничуть не мешает ему целиться в меня из главного калибра. Кассиан! — неожиданно рявкнула она, и её голос, подхваченный магическим эхом скал, полетел навстречу стальному гиганту. — Ты портишь мне прическу восходящими потоками! Я подам на развод по причине твоей тотальной магической некомпетентности!

На носу флагмана, высоко над ними, замерла одинокая фигура в белоснежной мантии. Верховный Инквизитор Кассиан не шелохнулся. Он смотрел вниз, и Вера кожей чувствовала ледяной холод этого взгляда, пробивающий даже плотный туман Пустоши. Но золотая нить «Поводка», всё еще связывавшая её запястье с грудью Дамиана, вдруг мелко и часто завибрировала.

— Он не стреляет в нас, — прошептал Дамиан. Он стоял чуть позади Веры, окутанный Тьмой, которая сейчас была тихой, настороженной и подозрительно напоминала сжатую пружину. — Посмотрите на основные пушки. Они развернуты в сторону «слепого» сектора, где нет ничего, кроме камней и эха.

В этот момент «Молот» содрогнулся всем своим исполинским корпусом. Первый залп ухнул не по скалам Скита, а по лесу в доброй полумиле от них. Грохот был таким, что Веру подбросило на месте, а Брунгильда, возившаяся у покосившейся телеги, едва не выронила свой огромный боевой половник.

— Мама дорогая… — Вера Николаевна, чей десятилетний стаж кризисного психолога сейчас пасовал перед элементарной физикой взрыва, мертвой хваткой вцепилась в плечо Дамиана. — Это он так… промахивается?

— Это он так «накрывает» нас дымовой завесой, — Яна быстро поправила очки, и в её глазах на секунду блеснули слезы, которые она тут же сердито смахнула. — Мой благородный идиот-муж имитирует атаку, чтобы другие корабли Совета, висящие за его спиной, не видели, куда именно мы уходим. Брунгильда! Заводи свою творческую кобылу, пока он не решил, что для полной правдоподобности нам нужно отстрелить колесо или чью-нибудь лишнюю конечность!

На мостике «Молота» обстановка была настолько наэлектризована, что гвардейцы старались не дышать лишний раз.

— Канонир! — голос Кассиана звучал как удар колокола по пустому ведру. — Цель — западные склоны! Повторный залп!

— Но, господин Верховный Инквизитор, — молодой офицер, чье лицо цветом сравнялось с его серой формой, испуганно покосился на магические радары. — Тепловой след преступников фиксируется прямо под нами, у самого входа в Скит… Там же ваша супруга…

Кассиан медленно повернул голову. Его взгляд был настолько тяжелым, что офицер невольно отступил на пару шагов, едва не споткнувшись о кабель связи.

— В Ските — аномальное искажение пространства, — отчеканил Кассиан так, будто зачитывал приговор. — Вы видите магическое эхо. Настоящая цель уходит лесом по касательной. Огонь по моей команде!

Он снова посмотрел вниз. Там, в разрывах пыли и рыжего дыма, он видел маленькую фигурку в измятом сером костюме. Его Яна. Его личная катастрофа и единственный человек, ради которого он сейчас совершал государственную измену в прямом эфире Ордена. Кассиан сжал перила мостика так, что металл жалобно хрустнул под его пальцами. Он знал: за его спиной, в тени капитанской рубки, стоят два немых эмиссара Азазеля, и каждый его «промах» сейчас заносится в протокол, который к вечеру ляжет на стол Совета.

— Стреляй, Кассиан… — прошептал он одними губами, глядя в бездну под ногами. — Уходи, Яна. Уходи, пока я еще могу врать самому себе и этой стальной банке.

— Прыгайте, детоньки! Быстрее! — заорала Брунгильда, когда очередной снаряд взорвался над ущельем, засыпая их градом мелкой каменной крошки.

Телега, доверху заваленная грязным бельем, какими-то подозрительными мешками и магическим хламом, казалась сейчас самым ненадежным, но при этом самым родным убежищем в мире. Вера буквально занырнула в сено, едва не раздавив Галла, который судорожно икал под горой мокрых наволочек.

— Ик! — Галл высунул из-под ткани взъерошенную серую голову, высекая из клюва ярко-фиолетовую искру. — Николаевна, передай этому своему виконту, чтобы он убрал свою Тьму подальше от моих перьев! Она пахнет горелой надеждой и мешает мне концентрироваться на сложном процессе выживания!

Яна запрыгнула в телегу последней, на лету выхватывая из-под сиденья какую-то флягу и портфель.