(не) Любимая жена для генерала

Восьмая глава

Кроме тех слуг, которые должны были работать на самой свадьбе, остальным вход на церемонию был категорически запрещён. Об этом сегодня с сожалением успели рассказать Дина с Анной.

Роза взглянула на меня напоследок полными боли и щемящей тоски глазами, а затем подошла ближе. Подбадривая, она тихонько сжала мою ладошку так, чтобы не заметил отец, и улыбнулась. Нежно подцепив фату ловкими пальцами, старушка опустила мне её на лицо. Пора идти.

По дороге к месту проведения церемонии отец молчал, но так сильно сжимал мою руку, будто боялся, что я передумаю и сбегу. Было больно. Наверняка останутся синяки. Впрочем, сейчас это не имело никакого значения: я всё чётче ощущала, как каждый шаг приближал меня к бездне, из которой нет выхода.

Стоило нам с отцом ступить на красную ковровую дорожку, тянущуюся к часовне, как нарядная толпа по обе стороны взревела и взорвалась овациями. Чему они так радуются? Неужели никто не знает, что это за брак? В Эллингтоне столь тщательно оберегают от толпы принятые политические решения? Тогда наш союз ещё большая фальшивка, чем мне казалось.

Вверх взметнулись мириады белоснежных лепестков роз. Символ невинности, чистоты души и помыслов. Как иронично… Ведь я насквозь греховна. Согласившись на порочный брак, я понимала: эту грязь с души не получится смыть даже кровью.

Но я знала, на что иду. От моего решения зависела судьба жителей королевства, и уже только одно это не оставило мне выбора. Отказываться от принятого решения поздно. Остаётся лишь смело взглянуть в глаза неизбежности.

Внезапно почувствовав на себе пронзительный взгляд, я распрямила спину и с болью в сердце, но гордо шагнула вперёд. Никто не должен увидеть ни моих сомнений, ни моих страхов.

Отец вёл меня к алтарю, а вокруг радостно улыбались люди. Если бы они только знали… Я опустила взгляд и не смотрела ни на кого из них, тихонько вдыхая и выдыхая, чтобы успокоить стучащее набатом взволнованное сердце.

Когда я прошла примерно половину пути до алтаря, то нашла в себе силы посмотреть на своего жениха. Подняв глаза, я едва не перестала дышать, а сердце вновь заколотилось с сумасшедшей силой. Изумление рвалось из меня наружу, но не находило выхода.

У алтаря стоял невероятный красавец! Высокий, подтянутый, опасный. Чёрные волосы и как будто бы хищная улыбка ещё больше подчёркивали его схожесть со зверем. Ни единого шрама на прекрасном и жёстком лице.

Идеально сидящий на герцоге кроваво-красный мундир действительно словно впитал в себя кровь его врагов. В груди болезненно кольнуло, а душу вновь оплели холодные щупальца страха.

Кажется, последние шаги дались мне с огромным трудом. Отец, холодно и со злобой взглянув жениха, резко отпустил мою руку. Он развернулся и ушёл, не сказав ни слова и даже не посмотрев на меня напоследок.

Я стояла под изучающим взглядом зверя, как будто готового к прыжку, и не могла пошевелиться от страха. Через несколько секунд он неожиданно мягко улыбнулся и протянул мне руку.

Что это за показательная доброта? Для чего? Или он просто хочет казаться идеальным в глазах своих подданных? Но я не поверю в его хорошее отношение ни на секунду. Расслабляться нельзя!

С опаской вложив свою руку в его, я шагнула к алтарю. Подхватив мою фату, герцог откинул её назад и… Мне показалось, что он вздрогнул! Да нет, глупости, не может ведь такого быть. Внимательно всмотрелась в его лицо, но оно снова стало холодным и безразличным, как в тот момент, когда я шагала навстречу ему по дорожке.

Священник окинул нас обоих взглядом и приступил к церемонии.

– Рейна Паттон, согласна ли ты взять в законные мужья Айварса Видара, чтобы любить и почитать его, быть с ним в горе и радости, болезни и здравии, богатстве и бедности до тех пор, пока смерть не разлучит вас?

Вот и всё. Прямо сейчас я должна буду соврать перед лицом Господа. Теперь меня точно будет ждать после смерти лишь Ад…

Я замешкалась, пытаясь хоть как-то справиться с приступом паники. Слова словно застряли в горле, в глазах начало темнеть, а воздуха катастрофически не хватало.

– Рейна Паттон? – повторил моё имя священник.

Не найдя в себе никаких сил, чтобы произнести слово, отделяющее меня от бесконечного мрака, я лишь медленно кивнула. Впрочем, священника это полностью устроило.

– Айварс Видар, а согласен ли ты взять в законные жёны Рейну Паттон, чтобы любить и почитать её, быть с ней в горе и радости, болезни и здравии, богатстве и бедности до тех пор, пока смерть не разлучит вас?

– Согласен, – моментально ответил герцог.

И ведь совсем не дрогнул, не задумался ни на секунду! Солгал так легко, как будто совершенно не боится быть проклятым.

– А теперь в знак любви и верности я прошу Айварса Видара и Рейну Паттон обменяться кольцами, – торжественно провозгласил священник.

Почти неуловимым жестом герцог подхватил мою руку и надел на неё изящное витое колечко. Надевая в ответ кольцо на его палец, я не могла унять дрожь.

– Властью, данной мне богом, объявляю вас мужем и женой!

Вот и всё, я обречена. Пока гости радостно аплодировали, я с трудом держалась на ногах, пытаясь из последних сил не упасть в обморок.

– …Жених может поцеловать невесту, – закончил тем временем служитель церкви, а у меня внутри словно натянули тугую струну.

Поцелуй с этим чудовищем! Неужели без него никак было не обойтись? Почему? Зачем?!

Чувствуя себя словно в кошмаре, я медленно подняла глаза на герцога и поймала его взгляд. Пронзительный, манящий, дурманящий. Эти глаза цвета весенней зелени будто напоминали мне о чём-то далёком, неуловимом и прекрасном.

В тот же момент я почувствовала уверенную сильную руку на талии, а моих губ очень осторожно коснулись чужие губы. Легко, почти невесомо, и тут же отстранились.