(не) любимая жена дракона или вернуть истинную

Глава 3

Едва Реймонд скрывается за дверью, преподобный Розет тут же прикладывает ладонь к полотну. От кончиков его пальцев и перстней идет серебристый свет. Расползаясь паутиной, необычное сияние окутывает поверхность.

Поперхнувшись воздухом, наблюдаю за ним.

— Что вы делаете? — увиденное шокирует.

Преподобный и женщина одновременно оборачиваются. Бросают косой взгляд в мою сторону, словно я сказала редкостную глупость.

— Тоже самое, что обычно, миледи, — любезно поясняет женщина. — Вы же не хотите, чтобы ваш супруг нас подслушал.

— Он и так нам не доверяет, — чепорно буркает приподобный. Тряхнув рукавами, извлекает маленькую бутылочку с непонятной зеленой жижей, — пей.

Бутылочку фактичеки сует мне в нос.

— Пей, дитя мое.

— Что это?

— Пей говорю. Ты и так доставляешь много хлопот роду Розет, — скрипит зубами, едва ли не насильно вливая в меня жижу.

— Нет. Так не пойдет, — перехватываю сухощавое запястье мужчины. — Я не употребляю непонятные субстанции, тем более от незнакомых людей.

— Незнакомых? — оба роняют челюсть. Далее преподобный закатывает глаза и устало вздохнув, передает флакон женщине. Она, напротив, дружелюбно уговаривает:

— Миледи, мы вам не чужие. Вы наверное после отравления еще не в себе. Просим вас выпить что дают.

Просьбу пропускаю мимо ушей, отрицательно мотаю головой и упираюсь, заодно напоминаю:

— Кстати, об отравлении, не подскажете, что произошло?

В сознании вспыхивает разговор Реймонда с другим мужчиной, когда тот предположил, что Глорию отравили.

Смотрю на женщину в чепце в ожидании ответа. Она вроде растерянна, но задумывается.

— Да кто ж знает, Миледи. Нам самим интересно, кто посмел. Вы были здоровы…у вас вообще хорошее здоровье. Я ж вас видела накануне. Ну помните? — слова произносит с намеком на что-то важное, даже подмигивает. — Мы обо всем договорились, а потом новость приходит, что вы умерли. Шок-то какой.

Звучит довольно искренне. Или теория о напитке, замедляющем работу сердца — не верна. Или эта женщина, что-то не договаривает. Непонятно.

— Что в этом флаконе? — киваю на зеленую жидкость.

— То что вам нужно. Мы же вам не враги.

— В отличие от некоторых, — шипит преподобный. — Глория, не тяни время!

Приказной тон заставляет меня вздрогнуть. Растерянность и подавленность буквально толкает меня в пропасть. Жидкость пахнет странно. Вроде и запаха как такового нет, но нос щиплет. Тяжелый вздох. Затем выдох.

Вливаю в рот субстанцию. Вязкая горечь вызывает отвращение. Гадость какая…Фу…с трудом проглатываю. Реакция тела тоже непонятная. И холодно и жарко. Кожу пощипывает.

Поморщившись, возвращаю бутылку. Преподобный сразу же прячет ее в рукав.

— Прекрасно, — надменно бубнит. — Теперь можешь смело сообщать о своей беременности.

— Что?! — меня передергивает и в голове что-то взрывается. — В смысле? Зачем?!

— Чтобы избежать правосудия, — фыркает преподобный, — Кто знает, какие важные сведения всплывут во время суда. А если тебя пытать будут и ты лишнего скажешь? Светлоликий конечно милостив, но я предпочитаю подстраховаться.

— Для вас же стараемся, миледи.

— И для великого рода Розет. Дабы глупость одной девицы не кончилась для нас всех провалом.

— Вы обо мне?

— Нет, о той безродной мерзавке, что господин приютил. Ваша сводная сестра, — женщина в чепце аж зарыдала. Интересно, кто она, верная служанка или тоже моя родственница.

— Объявишь о беременности и суд придется отложить. За это время мы сформируем новый план. Тебе также надо будет вернуть магию.

Округлив глаза, я сипло прошептала:

— У меня есть магия?

— Уже нет, — преподобный скривился, — тебя подвергли позорному обряду блокировки после ареста.

Меня аж прошибает озноб и ступор заставляет уставиться в одну точку.

Прихожу в себя от стука в дверь.

— Время, преподобный Розет. Исповедь окончена.

Проклятие!

Преподобный и женщина бросаются ко мне.

— Говори про беременность, настаивай на своем!

Опомниться не успеваю, как Розет снова проводит рукой по двери, снимая сияющую паутину и впускает в комнату мужчину.

Реймонд обводит всех присутствующих пристальным взглядом, задерживается на мне. Я не знаю, куда деться от его глаз, они прожигают насквозь. Хочется поежиться и спрятаться. Чувствую, как мурашки бегут по коже, но продолжаю молча сидеть на том же месте.

— Идем, — сухо и холодно говорит он. — За тобой приехали.

— Ох, миледи, на что ж вы нас покидаете! — заходится в заунывном вое женщина. От ее причитаний даже стены содрогаются.

Преподобный Розет делает пасы руками, очень похожие на религиозные жесты его культа.