(не) мёртвая невеста для некроманта

Глава 2 - Один шанс

Я несколько раз моргаю.

Это что? Шутка?

– Ты не понял. Я…Тиффани…Тиффани Локхарт. Мы в одной академии учимся.

– Учились, – невозмутимо поправляет меня Дариус.

– Учимся, – упрямо настаиваю я и тот устало закатывает глаза.

– Призрак с самомнением и еще упертый. Что дальше? Окажешься из тех, кто насылают проклятия?

– А такие есть? – Уточняю я.

– До тебя не было. Но я не удивлюсь, – хмыкает Дариус.

– Слушай, шутка затянулась. Серьезно. Мне нужно в бальный зал. У меня вообще-то свадьба.

— Свадьба, — Дариус тягуче произносит это слово, — закончилась в момент твоей клинической смерти. Примерно... — Он делает театральную паузу, глядя на невидимые часы на запястье. — Семь минут назад.

Я застываю с открытым ртом.

Клиническая... что?

— Очень смешно, — фыркаю я. — Значит, это твоя идея? Розыгрыш для гостей? «Некромант похитил невесту»? Кеннет, наверное, в восторге.

Дариус складывает руки на груди:

– Слушай, у меня правда нет времени общаться со всякими мертвыми невестами.

— Я не мертвая, — заявляю я, повторив его жест. — Я просто... заблудилась.

Дариус вздыхает, будто объясняет что-то невероятно очевидное трёхлетнему ребёнку.

— Еще раз. Для самых альтернативно одаренных. Ты не заблудилась. Ты — призрак. Дух. Астральная сущность, потерявшая связь с материальной оболочкой. Выбери определение, какое нравится. Суть в том, что твоё тело в данный момент остывает где-то в фамильном склепе Локхартов, а ты — здесь. И мешаешь мне работать.

Призрак. Дух. Я смотрю на свои руки. Они выглядят абсолютно нормально. Немного прозрачными? Возможно, это игра света.

Я трогаю стоявшую рядом склянку.

Точнее пытаюсь.

Мои пальцы проходят сквозь стекло.

– Что за?

Я отшатываюсь.

— Что... что происходит?

— Я только что тебе объяснил, — фыркает Дариус, возвращаясь к своему механизму. — Ты умерла. Точнее, судя по духовному следу тебя убили. Случай классический. Теперь, если не возражаешь, у меня тут как раз работа с настоящими мёртвыми. Без лишней болтовни.

Паника начинает подступать комом к горлу. Нет. Это не может быть правдой. Я не могла умереть.

У меня же... жизнь!

Свадьба!

Медовый месяц!

Карьера артефактора!

Я должна была через полгода сдавать чертежи нового стабилизатора маны!

— Ладно, — говорю я, заставляя свой голос звучать твёрже. — Допустим, я... призрак. Как мне... э... ожить?

Дариус хмыкает:

— Ожить? Милая, ты обратилась не по адресу. Я — некромант. Я оживляю трупы. Тела. Иногда. Если они хорошо себя ведут и не разваливаются на части. Я не занимаюсь возвращением душ в их оригинальную упаковку. Это не моя специализация.

— Но ты же лучший! — не сдаюсь я. — Должен быть какой-то способ!

— Способ есть всегда, — он бросает на меня искоса взгляд. — То, что ты тут бродишь – не просто так. Тебе повезло появиться тут в канун Дня Теней. В это время границы истончаются. У тебя есть семь дней, чтобы найти своего убийцу и заставить его признаться. Тогда есть шанс вернуться. Или раствориться здесь. Мне, в общем-то, безразлично.

Семь дней? Я снова смотрю на свои руки и вдруг замечаю то, чего не видела секунду назад.

На моём левом запястье светится браслет — тонкое серебристое колечко, на котором горят семь маленьких, словно вырезанных из света, тыковок. Они мягко пульсируют тёплым оранжевым светом.

— Что это? — шепчу я.

— Таймер, — безразлично поясняет Дариус. — Когда последняя тыква погаснет, твой пропуск в мир живых аннулируется. Потеряешь форму, сознание, всё. Станешь просто... аурой. Скучно.

Семь дней. Семь тыковок. И я даже не знаю, что случилось.

— Но... я не помню, как я умерла! — вырывается у меня. — Я помню клятву Кеннета, его улыбку... и всё.

— О, какая прелесть, — проворчал Дариус. — Амнезия. Идеально дополняет образ невинной жертвы. Слушай, у меня нет времени на детективные расследования. Убирайся. Иди в тот самый свет в конце тоннеля. Серьезно, мне зачем все это слушать?

Я смотрю на его спину, на этот хаос в комнате, на свои полупрозрачные руки и на светящиеся тыквы. И чувствую не страх, а жгучую, всепоглощающую обиду.

Умереть в день свадьбы? Это просто верх неуважения к собственному жизненному графику.

И позволить какому-то убийце, который лишил меня всех планов спокойно гулять на свободе? Нет уж.

Я, Тиффани Локхарт, лучший артефактор на своём курсе, не позволю так с собой поступить.

Я расправляю плечи и делаю шаг к Дариусу.

— Ладно, — говорю я. — Понимаю. Ты очень занятой парень. У тебя тут... — я окидываю взглядом комнату, — ...творческий бардак. Трупы, которые не разговаривают. И очередной день, когда общения с тобой предпочитают избегать. Очень занимательно.

Дариус не оборачивается, но я вижу, как напряглись его плечи.

— Так вот, — продолжаю я, подбираясь ближе. — У тебя появился шанс пообщаться с кем-то, кто может поддержать беседу. Более того, у тебя появился уникальный проект! Возвращение невесты к жизни. Это же куда интереснее, чем твои жуткие кости и зеленые огни..

Дариус медленно поворачивается. В его глазах чистейшее, неподдельное раздражение.

— Переговорщик из тебя, — кривит он губы, — просто гениальный. От тебя пахнет отчаянием и глупостью.

— Зато от тебя пахнет формальдегидом и одиночеством, — парирую я. — Считай, что мы в расчёте. Ну что, помогаешь? Или тебе нужно время, чтобы настроиться на волну «не быть засранцем»?

Дариус Мэг обжигает меня долгим, испепеляющим взглядом. Но потом его губы кривятся в чем-то, что отдалённо напоминает улыбку.

— Семь дней, Локхарт, — наконец говорит он. — И если ты хоть раз скажешь «ой, я что-то передумала», я сам лично отправлю твою душу в небытие. Ясно?

Я бросаю взгляд на свое запястье. На браслете все так же светятся семь маленьких тыковок. Но первая из них уже начала немного мерцать.