Не место для любви

Глава 6

Пальцы рук он перестал чувствовать практически сразу — у нитриловых перчаток много достоинств, но от мороза они защищают посредственно. Армейские берцы продержались подольше, однако и они не были приспособлены для прогулок по колено в снегу. Так что сейчас Рэй напоминал себе ожившего глиняного истукана, пробирающегося на негнущихся ногах сквозь метель и тьму. Злой колючий ветер то дул в лицо с такой силой, что невозможно вздохнуть, то норовистым конём толкал в спину, отчего Рэй падал — и снова кое-как вставал, с безнадёжным упорством цепляясь за жизнь.

И в конце концов оно было вознаграждено: далеко впереди в снежной круговерти Рэю привиделся маленький жёлтый огонёк.
«Люди!»
Вспыхнувшая в душе надежда согрела почти как глоток горячего питья. На открывшемся втором дыхании Рэй устремился к спасительному маячку, и впечатлённая такой жаждой жизни буря милостиво притихла, позволяя настырному человеку с огромным трудом, но преодолеть сотни метров, отделяющие его от спасения.

В высокую каменную стену полуослепший от холода и снега Рэй впечатался, когда понял, что окончательно потерял огонёк из виду, и что пора морально готовиться к геройской смерти. Возникшее на пути рукотворное препятствие несколько снизило шансы на последнее, однако порадоваться этому обстоятельству у Рэя не вышло — эмоции, казалось, замёрзли вместе с телом. Поэтому он просто немного постоял, сипло дыша и прижавшись лбом к ледяным камням, а потом наобум побрёл вправо. «Один, два, три», — Рэй механически считал шаги, опираясь рукой на стену, пока на счёте «двадцать четыре» вдруг не потерял опору и не рухнул очередной раз в снег. Который неожиданно оказался совсем не таким глубоким, как прежде, да и буран внезапно сбавил обороты.
«Это что, туннель?»
Рэй нащупал рядом каменную кладку и, кряхтя, остатками воли заставил себя подняться.
И вновь увидел впереди огонёк — так близко, что не дойти до него было бы форменным издевательством судьбы.
«Ну, ещё чуточку».
Еле волоча ноги, Рэй побрёл на свет.

Укрытие его оказалось не туннелем, а глубокой аркой, однако вьюжило за её пределами по-прежнему вполсилы. Огонёк же превратился в квадратное окошко над низкой, обитой металлом дверью. Шатающийся, как пьяный, Рэй добрался до неё и, привалившись плечом, из последних сил ударил ногой по деревянной створке. Раз, другой, третий, а на четвёртый за дверью наконец послышались шаги, и до Рэя донёсся чей-то голос. Его явно о чём-то спрашивали — скорее всего, о том, кто он такой и какого хрена шляется по улице в метель.
— Пожалуйста. — Рэй совсем не был уверен, что раздавшийся из его горла сип можно расслышать с той стороны. — Пожалуйста, впустите меня.
Голос за дверью что-то коротко рявкнул, заскрежетали замки, и Рэй ввалился в блаженно тёплый полумрак человеческого жилья.

Дальнейшее он помнил смутно. Кажется, его куда-то тащили — нет, конечно, он пытался идти сам, вот только получалось это отвратительно, — потом стягивали верхнюю одежду и обувь, буквально вливали в рот какое-то обжигающее питьё, растирали обмороженные руки и ноги, и это было так больно, что Рэй мычал сквозь крепко сжатые губы. А затем его уложили на что-то широкое и низкое, с головой накрыли ощутимо пахнущим хлевом, но тёплым одеялом, и он провалился в чёрную яму сна, больше похожего на маленькую смерть.

Очнулся Рэй оттого, что ему вдруг стало тяжело дышать. Выброс адреналина мгновенно прогнал всю сонливость, Рэй распахнул глаза и очутился нос к носу с крупным рыжим котом, который в позе сфинкса лежал у него на груди. Некоторое время зверь высокомерно рассматривал двуногого одной с ним масти, а потом с тихим мявом спрыгнул на пол.
— Våknet til slutt (Проснулся, наконец), — вслед за котом проворчал старческий женский голос. — Hvor mye søvn klarer du å få? Forresten, noe klirret i vesken din. (Сколько можно дрыхнуть? У тебя, кстати, что-то звенело в сумке).
Рэй с кряхтением сел и встретился глазами со сморщенной крючконосой старухой в тёмном платье до пят, красном переднике и красном же, завязанном наподобие банданы платке, из-под которого выбивались пряди грязно-седых волос.
«Форменная ведьма», — решил про себя Рэй, а вслух сказал:
— Здравствуйте, почтенная. Вы уж простите, но я не понимаю, о чём вы говорите, — и для пущей выразительности развёл руками.
Старуха закатила глаза, припечатала непонятным, но явно нелестным словом и с полным достоинства видом отвернулась к висящему над очагом закопчённому котлу, в котором побулькивало какое-то варево. «Не иначе как из непослушных детишек», — усмехнулся Рэй и, пользуясь паузой, внимательно осмотрелся.